Де Валлен | 5
Нассау | Багамские Острова
Саша звонит в тот момент, когда Ахилл опускается передо мной на колени. Я сбрасываю звонок, думая, что он промахнулся контактом. Следующий вызов идет по видеосвязи. Срочных рабочих вопросов сегодня быть не может — я в отпуске. Да и что вообще может случиться в мое отсутствие?
«Ответь немедленно», — вызов прерывается сообщением и через секунду возобновляется снова.
На экран налип мокрый песок, я смахиваю его прежде, чем ответить.
На Саше голубая рубашка в мелкую клетку и твидовый пиджак. Он сидит в офисном кресле, за его спиной пустая белая стена.
— Хотел посмотреть на тебя.
В прямоугольнике внизу экрана я вижу себя. У меня слипшиеся волосы, сгоревший на солнце нос и намокшее платье.
— Хорошо отдыхается?
— Да, — мои губы сами расползаются в улыбке.
Во мне две Багама Мамы с тройным ромом и много соленой океанской воды.
— Где ты сейчас?
— Я не работаю, у меня отпуск. И я не обязана отвечать на твои вопросы.
— Да, ты не работаешь, но все-таки. Покажи мне. Я хочу видеть.
Я не знаю, как переключить фронтальную камеру, поэтому просто поворачиваю телефон, показывая потемневший океан и разбивающиеся о парапет белые брызги.
— Ка-я, — голос Саши меняется, — Где ты находишься?
— Я плавала, но начался шторм. Меня сбило волной и потащило по острым камням. Спасатель меня выловил, как какую-то селедку.
Ахилл брызгает чем-то очень щиплющим на мои коленки. От боли я шиплю и роняю телефон в песок. Стерильной салфеткой спасатель промакивает кровь с моих разодранных коленок, смазывает их прозрачным холодящим гелем и накладывает сверху пластыри.
Из песка доносится недовольный Сашин голос. Наверное, ему не нравится, что его бросили вот так.
Ураган Эмма хлещет улицы дождем, сгибает пальмы, смывает в океан припаркованные на променаде автомобили.
Через два дня приезжает Стивен. Он сходит на берег вместе с другими пассажирами круизного лайнера и ведет меня обедать.
В моей Багама Маме снова тройной ром, в его супе — три вида морских рыб и моллюски.
— Девочка, — он гладит меня по щеке, — Я так рад, что ты согласилась прилететь.
— Всегда хотела посмотреть на водоплавающих свинок.
Стивен ждет от меня более развернутого ответа. Я вылавливаю из салата кусочки зеленого манго.
— Ты, наверное, устала мотаться с ним по всему свету?
— Это моя работа, меня все устраивает.
— Работа, — Стивен тянет это слово, будто хочет расслышать скрытые в нем смыслы, — Так вы это называете? Мне показалось, он бывает с тобой жесток.
— Мы взрослые люди, и знаем, что делаем.
Его взгляд скользит по моему лицу, по черной обтягивающей майке, спускается к короткой белой юбке и останавливается на ободранных коленях. От Саши мне бы давно влетело, а этому никогда в голову не придет ударить меня по щеке за дерзость.
— Что это за работа такая — раскрашивать цветными карандашами детские картинки? — Стивен отодвигает суп.
— Я не просто раскрашиваю. Я смотрю и слушаю, а потом говорю Саше, стоит ли инвестировать в компанию, которая хочет его денег.
От мягкой улыбки мне становится холодно, будто кондиционер в зале стал дуть на всю мощность.
— Он просто придумал все это, — говорит Стивен, — Люди, встречи, города, перелеты. Это все не настоящее. Он таскает тебя за собой, как театральный бинокль на шнурочке, просто потому что хочет видеть тебя рядом. Я не знаю, по какой причине он выбрал именно рабочий формат. Может, ты просто скрашиваешь ему унылые инвесторские будни.
Нам приносят второе блюдо. Я нарезаю стейк, достаю из кремового соуса перчинки и раскладываю на краю тарелки. Стивен смотрит, как я выстраиваю их по размеру. Двенадцать холодных, фарфорово-гладких китайцев и взлохмаченный Шу, спугнувший мою цаплю. Саша забыл его предупредить, что мне нужно следить за ходом беседы, я не расслышала и десятой части его перевода.
— На самом деле, я всегда это знала, — еще одна перчинка присоединяется к ровному ряду, — Я вообще люблю игры. У Саши хорошо получается подбирать правильный антураж для них. Ты так умеешь?
Стивен кладет на стол вилку и нож.
— Закажи десерт, — говорю я прежде, чем он снова откроет рот, — Я хочу мороженое.
Через три дня я лечу домой. В аэропорту группа женщин в черных одеждах и никабах спешит к эскалатору. У каждой — по большой луивитоновской сумке. Женщины разговаривают, смеются, жестикулируют. Луивитоновские сумки плывут у них на головах.
«Отдохни хорошо после своего отпуска», — пишет Саша, — «Через неделю мы едем в Амстердам».
Часть 0 https://alterlit.ru/post/68323/
Часть 1 https://alterlit.ru/post/68361/
Часть 2 https://alterlit.ru/post/68584/
Часть 3 https://alterlit.ru/post/68624/
Часть 4 https://alterlit.ru/post/69486/