Современная поэзия. Плагиат
Когда десять лет назад я начинала заниматься поэзией в лит. объединении, то считала себя злостной плагиатчицей. На постоянной основе дёргала у великих мысли и слова, и выдавала их за свои.
Но в ЛИТО я узнала, что такой метод называется аллюзия, поскольку произошло переосмысление классики, короче, то, что на Але называют: кавер.
А вставка в свои стихи известных строк – это цитирование. Оно может быть прямое, может быть косвенное.
Ну, как у Гребенщикова, помните?
Вот она, пропасть во ржи.
Под босыми ногами ножи.
Как же достало жить не по лжи.
Мама, я не могу больше пить!
В это строфе поэт сделал сразу три цитирования: Сэлинджер, Высоцкий, Солженицын. И лишь последняя строчка – крик души, принадлежит самому поэту, хотя, сдаётся мне, он дёрнул её у алкашей.
Значит, всем можно? Так появились мои стихо-фанфики по известным лит. произведениям: «Анна Каренина», «Евгений Онегин», «Война и мир» и др.
Однажды я распоясалась настолько, что взяла целую строфу у поэта Серебряного века и присобачила её к своим виршам, которые позже стали романсом. Чисто ради научного интереса приведу здесь этот стих целиком, а вы, думаю, без труда угадаете по качеству строк, какие из них принадлежат не мне. Только чур не гуглить, окей?
Всегда погибает – женщина
в той драме, что жизнью зовут.
Будь Анна иль Эмма, увенчана
терновым венком из минут
признанья, и ожидания,
и страсти с бедой пополам,
Ей люди твердят назидания,
ей небо глаголет: Воздам!
Воздастся за все треугольники,
за молодость и красоту,
за то, чем грешили поклонники,
за детскую эту мечту:
остаться желанной, божественной.
Лариса, Сесиль, Натали –
всегда умирает – женщина
на сцене бессмертной любви
Порой извелась ты от боли вся,
в душе догорели огни.
И всё же мы, мучаясь, молимся:
Спаси его и Сохрани.
За белое имя спасения,
за тёмное имя любви
прощаются все прегрешения
и все преступленья твои.
Однако, как было сказано графом Альмавивой в бессмертной «Женитьбе Фигаро»: «Но я же не мог подумать, что в то время, как я соблазняю чужую жену, кто-то занимается этим же с моей!» (цитата неточная).
Настал и на моей улице чёрный день. Однажды присоединилась онлайн в клубной поэтической вечеринке, где один из участников прочёл известные стихи Игоря Иртеньева:
Женщины носят чулки и колготки,
И равнодушны к вопросам культуры.
Двадцать процентов из них –идиотки,
Тридцать процентов – набитые дуры.
Сорок процентов из них – психопатки,
В сумме нам это дает девяносто.
Десять процентов имеем в остaтке,
Да и из этих-то выбрать не просто.
Шутя, я сочинила ответ-комментарий и запустила его в эфир:
Носят мужчины усы и бородки,
И обсуждают проблемы любые.
Двадцать процентов из них –голубые.
Сорок процентов – любители водки.
Тридцать процентов из них – импотенты,
У десяти – с головой не в порядке.
В сумме нам это дает сто процентов,
И ничего не имеем в остатке,
Что вызвало недовольство мужской части тусующихся. Я решила всех примирить и написала:
Сорок процентов из тех, что в колготках
Неравнодушны к любителям водки.
Любят порой голубых психопатки,
Правда у них с головой не в порядке.
Дуры всегда импотентов жалели
А идиоток придурки хотели.
В сумме, конечно же, нас – сто процентов:
Дур, идиоток, козлов, импотентов…
Вскоре я покинула онлайн, но на диске стихи сохранила, на всякий случай.
Моё удивление и обида были не столь уж сильными, когда я вскоре прочла их в одной соцсети под чужими именами, и сотни комментариев под публикацией. Погуглив, обнаружила, что они разошлись по всему интернету, и ни разу не под моим именем. Вот ссылка на один из ресурсов:
Почему я не сильно обиделась? Да потому, что народное – то твоё, верно и обратное.
Берёшь у народа – берёшь у себя, и в народ же возвращаешь!
Ссылки на предыдущие серии:
https://alterlit.ru/post/61713/
https://alterlit.ru/post/61713/
https://alterlit.ru/post/62941/