ДАЙДЖЕСТ АЛЬТЕРЛИТА №50
Самое интересное из прозы и стихов за прошлую неделю. Итак:
1. Морской берег. Октябрь. Дождь. Двое. Иногда так бывает, что отпуск случается после закрытия курортного сезона. И море уже не тёплая солнечная радость, а холодная и мутная обыденность. Сложно говорить о радости от такого моря, отпуска, да и самой жизни, которая пронизана холодом горя. Но жизнь продолжается, уверен Мамин пирожок, если рядом есть человек, который найдёт в себе силы согреть тебя.
2. Может ли человек верить в Бога, а Бог в человека? Особенно если в этом человеке давно нет любви? В своей порочной страсти и зависимости от неё, он готов пойти на любую низость и попрание божьих заповедей? В наполненном воровским жаргоном карманников рассказе об этом повествует Джон. Под нарастающий гул перегревшегося трамвайного мотора, такой человек может решиться на, казалось бы, немыслимое.
3. Как ни заедал бы человека быт, каким бы компромиссом ни был банальный виски — иногда внутри нас кипят отчаянные и дерзкие бои внутренних пиратов. Упругие паруса фрегатов наполняются ветром, а зубы стискиваются в азарте и ромовом опьянении такой жизнью. И только щепки летят от бесцветных будней после залпа береговой батареи. Наталия Лазарева написала яркое полотно пиратской жизни, попытавшись разрубить, наконец, ветхую парусину нашей скуки. Острым, безжалостным, абордажным палашом. Рому нам, рому!...
4. Новые похождения настоящего полковника Скрыбочкина описал нам Евгений Петропавловский в двух частях своего произведения. Водка и воля. Виски и вельдт. Вино и веселье. В лучших традициях этой искромётной «швейкианы», действия переносятся в дурдом. Но не в метафизический дурдом человеческого Бытия, нет! А в конкретный, екатеринодарский. Населённый униженными и оскорблёнными. Холодный, мёртвый дом. Несмотря на предшествующие алкогольные девиации, истинно свободный человек и казак не может быть в нём заперт! И вот уже лихой герой, поборов медикаментозный дурман и сколотив ватагу удальцов, прокладывает себе путь на свободу. Солнце на степном просторе ждёт отважных и упорных! Приключения продолжаются.
5. Жизнь человека редко проходит без горечи утрат и тьмы расставаний. И как хорошо, когда среди мрака мира и души ты сможешь разглядеть крохотный лучик света и надежды на будущее. Пусть это лишь тусклый огонёк старого фонаря. И, как может показаться, прочитав стихотворение Пташки, фонари бывают добрее и милосерднее людей.
6. Эпическая битва может произойти в, казалось бы, самой простой жизненной ситуации. Мощное батальное полотно написано Шубиным. В нём есть место битве роботов, сражениям мадагаскарских зебр и жирафов с Губкой Бобом, дерзкий мышиный рейд и победа Нашего Добра над Их Злом. Смекалка, удача и грызун повергнут самые высокие технологии, даже если в юности вы профукали матан или экзамен по квантовой химии. Когда Жизнь и Судьба припрут вас к стенке.
7. Горестная песнь Ольги Орловой о ложной ценности миража свободы среди печальных метаморфоз бытия. Об ускользающей любви. О бесконечном расставании, которому не видно конца. О центробежном круговороте жизни, всё дальше отбрасывающее то, что было мило, ценно и дорого. Сжимающее сердце желание несвободы. Пусть. Всё. Вернётся.
8. Многое можно узнать, почувствовать и понять, прочитав рассказ Анны Бурденко. Жизнь внутри оболочки из воображения, чувств и желаний, в замкнутом небольшом коллективе, может подарить многое. Не меньше, чем простор всего мира. Яркость момента, зов образа, острота восприятия помогут тебе. Если вдруг ты осознаешь и почувствуешь, как взаимосвязаны Эрос и Танатос.
9. В коротком рассказе Бориса Мирзы есть сочувствие, мудрость, горькая усмешка и улыбка нежности. Взгляд, сопровождающий трогательную и немного нелепую, женскую шляпку. Колесом катящуюся меж стогов — судьбой неунывающей деревенской женщины.
10. В рассказе ivanegoroww перемешались травянистое благоухание абсолютного лета, дымные запахи дорог молодости, аромат кожи девушки, что была дорога, как жизнь. И только память и сердце человека способны их удержать и сохранить. Несмотря на то, что этого чуда больше нет и не будет.
11. Чистейшего серебра образы в стихотворении Сотоны. Откуда шёл и к чему пришёл Пилигрим Жизни? Где то, что дОлжно было узреть? Сказочная Дорога, вымощенная жёлтым кирпичом, оказалась закольцованной. И привела в скорбную, давно оставленную за спиной, дребезжащую пустоту. Где снова творят шаблонные заклинания старые (казалось бы — истаявшие навсегда!), нелепые Бастинды. А единственный достойный собеседник — совсем не Хануман или Сунь Укун. И даже не волковская, а совсем уж нелетучая обезьяна.
12. Лёха Андреев предостерегает от опрометчивого выхода из комнаты. Выхода на свет, театрально «выставленный» чужим, лживым и недобрым, светооператором. Где нет ничего явного. И просто нет всамделишного выхода в этот зыбкий, неестественный мир. Или это только кажется? Как казалось Бродскому?
13. Много чудес рукотворных происходит в этом мире. Хоть и взыскуют люди чудес иных. Иной природы. Иного происхождения. Не человеческого. Вот и в чертогах отца Варсонофия готовятся чудеса, и есть ожидание чуда. Вопрос лишь в том: потребны ли чудеса подобные? Хоть добротное чудо лишним, пожалуй, не бывает. Об этом и другом — в рассказе MushrooM. Рассказе, пожалуй, что без клерикального елея или антиклерикального... хм... аромата Емельяна Ярославского, но под тринадцатым номером Дайджеста сего.
14. События жизни выковываются и сковываются, подобно звеньям цепи. Они последовательны, красивы и неумолимы, как шахматная партия. Как вековечная игра со Смертью. Или партия Смерти с прочими игроками. Хоть грусти, хоть бейся, хоть смейся. Есть правила и они точны и неизменны. И как бы ни пахли для людей с их страстями, надеждами и верой, шахматы, Смерть неумолимо уведёт цепочку проигравших за горизонт. Рано или поздно. Прочтите рассказ ВБ.
Сегодня у нас в дайджесте новый автор — Николай Романов. Николай — номинант национальной литературной премии «Мастера Ужасов» (2020), номинант премии «Книга года по версии Фантлаба» (2023), член Ассоциации авторов хоррора.
Представляем вам его рассказ «Отвори потихоньку калитку».