Записки о  моем деде, участнике Великой Отечественной войны

Записки о моем деде, участнике Великой Отечественной войны, который в 16 лет ушел на фронт добровольцем. Под Сталинград. Записано по рассказам моего деда, по воспоминаниям моих близких, и по моим собственным воспоминаниям. 

 

Мой дед, Семен Яковлевич Липкин, родился 6 апреля 1926 года в городе Гомеле, что располагается в Белоруссии, на реке Сож. Сейчас Белоруссия, как известно, это уже заграница, а тогда, понятно, страна была одна. Мать моего деда была дочерью раввина. Отец был щетинщик. В то время это была очень востребованная профессия, и хорошие специалисты ( каким был мой прадед) очень ценились. В семье, кроме дедушки, были еще две сестры. Дедушка был поздним ребенком, так что к началу войны обе его сестры были замужем. У одной было трое маленьких детей, у другой — один. 

Когда началась война, семья уехала в эвакуацию. Под Сталинград. Тогда никому не приходило в голову, что немцы прорвутся так далеко, к самой Волге. 

Отец моего дедушки был уже стар, так что дед в пятнадцать лет превратился в главу семьи. Сначала он работал трактористом. Потом ему повезло, он устроился на бойню, помощником убойщика скота. Домой он приносил мясо — остатки от забоя. По совету убойщика дедушка начал пить кровь забиваемых животных — только так можно было сохранить силы и здоровье. 

А между тем немцы рвались к Волге, и в шестнадцать лет дедушка ушел добровольцем на фронт. Как раз на сталинградскую битву. 

Примерно в это время отец дедушки, мой прадед умер от заразной болезни. Тогда такие болезни свирепствовали вокруг. Я не знаю точно, когда это случилось, кажется, еще до того как дедушка записался в добровольцы. Но его мама, моя прабабушка, Соня Рива, умерла, когда дед был уже на фронте. Заболела ее дочь Фаина (та самая, у которой было трое детей). Моя прабабушка ее выходила, но сама заразилась и умерла. Мой дед выслал матери с фронта свой аттестат (бумагу, по которой можно было получить довольствие), но она его, видимо, уже не получила. Но это я забегаю несколько вперед. 

Как я уже сказала, дед ушел на фронт, прямо под Сталинград. Добровольцем, по — комсомольскому призыву. Хотя комсомольцем он не был, просто — был несовершеннолетним. Перед боем он вступил в коммунистическую партию. 

Те, кто хоть немного знают историю, знают — какая мясорубка была эта сталинградская битва. Позже дед сказал, что там было лишь два варианта — либо тебя убьют, либо тебя ранят. Деду повезло, его ранило. Но сначала он подбил вражеский танк, подбил коктейлем Молотова (зажигательной смесью) — гранат не хватало. Для этого ему пришлось подняться во весь рост и, конечно, хорошенько прицелится, чтобы попасть в уязвимое место. 

После госпиталя дед попал на краткосрочные курсы, где выучился на водителя танка. Он получил звание младшего лейтенанта и сделался командиром Т- 34. 

Под Курском дед горел в танке. Горел, но остался в живых, успел выйти. Кое-какие подробности этого боя я узнала совсем недавно. Дед их не рассказывал, а тут вдруг поделился ими в интервью газете «Полярная правда». 

«Командир над орудиями должен покидать танк последним» — рассказал дед. — Я так и поступил. Но управляющий орудиями находился дальше от выхода, чем я, так что мне пришлось подождать, пока передо мной выйдет он. Это заняло несколько секунд, но они показались мне очень долгими.» 

В общем, моему деду повезло. Под Берлином он опять горел в танке, но опять спасся. Дошел до Берлина, вошел в Берлин. Встретил там День Победы. Сам День Победы оказался для него, правда, не особенно радостным. Именно 9 мая баллон с этиловым спиртом перепутали с метиловым, и, соответственно, метиловый спирт раздали солдатам. Выжили не все. Но деду опять повезло, его эта ошибка не коснулась. Так война и окончилась. Войну он закончил капитаном.

 

Теперь немного фотографий —

 На войне 

Думаю, это уже после Победы 

 Дед с фронтовых товарищем 

И снова мой дед, Семен Яковлевич Липкин 

Мой дед после Победы в Берлине. Как видите, сидит на дереве с гитарой в руках. Играть мой дед не умел, так что, очевидно, взял гитару в руки для антуража. 

 

После победы мой дед остался служить в Берлине, в составе нашего военного гарнизона. В общей сложности он прослужил там до 1950 года. Но время было уже мирное, так что он достаточно часто приезжал в отпуск домой, в родной Гомель. 

Один раз, гуляя по улице с приятелем, он обратил внимание на красивую девушку. Это была моя бабушка Лора. Дед спросил приятеля, не знает ли тот этой девушки и кто она такая. «Да ты что?» — сказал приятель, — «Это ж Лорка Егудина. Ты что ее забыл?» 

Дедушка действительно хорошо знал Лору Егудину. В смысле, знал ее в детстве, своем и ее. Бабушка была девочкой бойкой, частенько лупила соседских мальчишек, дедушка же был мальчиком застенчивым и мою бабушку несколько побаивался. Но это было давно. Бабушка с того времени выросла и превратилась в красивую девушку. Красивую, приятную в обращении и интеллигентную. Она училась в Ленинграде в Холодильном институте. Но все это дедушке еще предстояло узнать. А в этот раз он захотел познакомиться с бабушкой, так сказать, сызнова. Сказано — сделано. Мой дедушка и его приятель собрались и пошли в гости к мой бабушке — бабе Лоре, и к моей прабабушке — бабе Оле, то есть, соответственно, маме бабы Лоры. Дедушка договорился с приятелем, что он, приятель, будет говорить с бабой Олей, а он, мой дедушка, с ее дочкой, моей будущей бабой Лорой. Но получилось наоборот — дедушка весь вечер проговорил с бабой Олей — с матерью, а приятель разговаривал с бабой Лорой — с дочерью. 

Однако сразу же после этого вечера мой дедушка предложил бабушке Лоре встретится опять. Они встретились. Потом стали встречаться и дальше. 

Дедушка ухаживал за бабушкой по-офицерски, — красиво и с шиком. Так например, он регулярно подвозил бабушку на такси. За это вся родня и знакомые осуждали и бабушку и дедушку. Дедушку — за то, что он это себе позволяет; бабушку — за то, что она это ему позволяет. 

Но это еще не все. В конце концов дедушка совсем разошелся и подарил бабушке шоколадку. Вернее, попытался подарить. В послевоенной стране шоколадка была немыслимой роскошью, и бабушка, как девушка благовоспитанная, никак не могла принять такой подарок. Некоторое время поуламывав бабушку, и, убедившись, что его усилия тут бесполезны, дедушка размахнулся и забросил шоколадку далеко в снег. 

Но и это еще не все. После вышеописанного происшествия дедушка разошелся уже окончательно и попытался поцеловать бабушку. В ответ на это бабушка влепила ему пощечину. Между прочим, зная мою бабушку, я могу уверенно сказать, что пощечина эта была никакая не символическая, а самая настоящая, и при том довольно увесистая. Но дедушка не обиделся. Наоборот, ему понравились такие действия моей бабушки. Во всяком случае, так он мне сам сказал. «Мне понравилось, что она так поступила.» — сказал дедушка. — «И тогда я окончательно понял, что я должен жениться на бабе Лоре.»

И вот, дедушка сделал предложение бабушке. Бабушка его выслушала и попросила время на раздумье — три дня. Выждала три дня. «Видимо, посоветовалась с бабой Олей (то есть, своей мамой)»— прокомментировал мне эти события дедушка через много лет. 

А по прошествии трех дней, — согласилась. Сыграли свадьбу. 

 

И еще немного фотографий —

Это бабушка и дедушка 

Бабушка, дедушка и их друзья. Бабушка и дедушка слева. 

Бабушка и дедушка 

 

Бабушка в это время как раз заканчивала Ленинградский холодильный институт, а дедушку перевели на новое место службы — на Кольский полуостров, за Полярный круг, в Мурманск. Бабушка по распределению поехала туда же.

 

Продолжение здесь: https://alterlit.ru/post/87454/