Крась ресницы, Ирка! (продолжение)
Продолжение
Начало https://alterlit.ru/post/31749/
Женька погиб, разбившись на мототреке, сразу после рождения малышки. Правда, успел подержать на руках свёрток, перевязанный розовой ленточкой, ощутив тепло маленького человека, которому открыл дорогу в пугающе изменившийся мир. Узнать имя дочери ему было не суждено.
— Видно на роду у нас клеймо матери-одиночки с лялькой на руках — вздохнула после похорон Иркина мать.
После этого всё пошло наперекосяк. Пришла беда — отворяй ворота.
Доплаты матери, гробившей здоровье на вредном производстве обойной фабрики, вылезли боком, и обернулись заболеванием крови.
Стоимость лекарств зашкаливала. Расходы на Юлькины тряпки, смеси, манежики, коляски, погремушки — тоже.
Деньги, деньги, деньги — всюду деньги — диктовало новое время. А без денег жизнь плохая — не годится никуда.
Страна менялась на глазах. Появились как из-под земли какие-то мордатые парни, делающие бабки из воздуха, и швыряющиеся купюрами в кооперативных ресторанах. Одна из Иркиных одноклассниц круто поднялась на карьере интердевочки.
— Дочка, не пускай в себя всю эту грязь — устало сказала Ольга, выслушав очередную новость — выживем. Лучше уж полы мыть, либо бананами в ларьке торговать...
И вдруг, как гром с неба, как спасение, в Онежских ведомостях:
«Приглашаются девушки в возрасте от 17 до 22 лет на конкурс Мисс Онежск. Победительнице вручается корона, автомобиль, денежный приз в сумме...»
Вертевшееся в голове семнадцатилетней мамаши осторожное «Ирка, ты уже не девушка» затмевалось астрономической суммой приза. Да и как щедрые спонсоры прознают про дочь?
Крась ресницы, Ирка!
В арендованном зале лучшего дома Культуры молоденьких претенденток бесцеремонно раздевали до трусов, осматривали, щупали, обучали вихляющейся подиумной походке, примитивным танцам, умению связать два слова (идеально три) — смешно. Все эти университеты Ирка прошла давно. Из отобранной сотни отсеивались и отсеивались менее удачливые конкурентки...
После всех туров корона досталась Ирке, но она недооценила вице-Мисс, милую и коммуникабельную внешне, но завистливую до чёрной черноты. Информация ею была слита кому надо, и вовремя.
Онежск город маленький, и наличие у победительницы дочки стало достоянием Спонсора. Новоявленная Мисс, на радостях хватившая халявное шампанское, была приглашена новым хозяином жизни на разборки тет-а-тет в примерочную...
Позже, уже в колонии, Ирка сто раз прокручивала в голове тот страшный момент. Ну сиськи помял, ну лапищу в промежность сунул — эка беда. Но бабки-то при этом посулил. А она ему ножницы в бок, вся примерочная в кровище, вопли, милиция. Слава Богу хоть выжил этот боров.
Как вполне понятно, призовые денежки Ирке «улыбнулись»...
Ну а если всё вернуть назад, неужели бы стояла как корова и терпела??
Дальнейшее казалось сном, как будто не с ней происходило.
КПЗ, СИЗО. Шмон. Мордоворотка в зелёной форме со старшинскими погонами зашлась воплем: «Разделась! Сняла трусы, присела, встала! Рот открыла, показала! Взяла шмотки, пошла отсюда». Фото в профиль и анфас. Откатали пальцы на дактилокарту — «рояль» называется — черную краску с рук потом не отмоешь никаким мылом...
Камера с десятью истеричными товарками. Постоянно зырящие в глазок идиоты-охранники (Вань, глянь-ка, зацени, та самая Мисс, гы-гы).
Суд, резонанс. Публикация «Принцесса на крови» в тех же Онежских ведомостях. Приговор. Пять лет в воспитательно-трудовой колонии. Вынос сердца матери. Этап...
Зона неприятно поразила. Пятьсот малолетних воровок, убийц, гопниц, наркоманок. Все в одинаковых платьицах в сине-белый ромбик. Было тошно смотреть, как играли в тюрьму и гнобили друг друга дуры, не знавшие материнства. Но осознание этого пришло позже.
А пока, после карантина* — баня.
С облезлыми стенами, отвалившимся кафелем, склизким полом, ломаными краниками, прохудившимися шайками, видавшими виды.
Как раз мылся её отряд. Смешные как дети. Обступили со всех сторон, разглядывали обстоятельно и откровенно:
— Гляди-ка, Мисс...
— Фигурешник конфета...
— Девки, полотно-то белое, нежное, ни одного партака*...
Ирка посмотрела вокруг. Мать моя — женщина. Сплошь исколотые непотребством юные тела. Девчонки-девчонки, что ж вы с собой творите...
И вдруг шипение сзади, щипок и толчок в спину:
— Не очень-то тут понтуйся, сука. Чистенькая вся, белая, а мы порченые.
Ирка оглянулась, увидела странное существо. Маленькая, худенькая, с мальчишеской стрижкой, злыми мышиными глазками. Вместо сисек — медицинские прыщики. Чо ей надо-то?
— Судорога, с.. бись — послышался звонкий голос, и рядом возникла... мулатка. Самая настоящая, кучерявая, шоколадная, с неожиданно белыми ладошками, торчащей грудью, и светлыми упругими ягодицами. Статуэтка. — Давай семейничать — протянула Ирке белую ладошку — я Маша. — И тут же вновь обретённая подружка крикнула куда-то в пар — Винни! Иди чего скажу...
Из пара, как Афродита, возникла кустодиевская девушка — белотелая, крупная, светловолосая.
— Пилле! — выделив ударение на И, представилась с эстонским акцентом распаренная дева, и откровенно уставила голубые глаза на красавицу-новенькую.
— Ира..
— Тере хОммикуст, Ира!
— Что??
— Топрое утро...
Так Ирка обрела интернациональную семью.
Севшая за наркоту дитя интернационального брака шоколадная Маша обладала удивительной коммуникабельностью и умудрялась ладить со всеми. Прямолинейная Пилле отбывала за хранение валюты. Темперамент у эстонки был неожиданно итальянский, не боялась идти в отмах даже против толпы. Подружки были потрясающе разные, но органично дополняли друг друга, держась вместе.
Замечательные однохлебки просветили новенькую за зону.
Отряд отмороженный. У всех «погоняла» (клички). Маша — Снежок. Пилле — Винни.
Кто такая Судорога? Злобная дура, шестерит на отрицаловку. Отрицалы — это блатные. Семеро. По ночам рулят отрядом из своего угла. Кошмарят всех. Главные Хромая Джейн и Мучача. Тебе тоже погремуху дадут. Сегодня после отбоя. Хромая Джейн и придумает. К ним надо подойти, если новенькая. Не боись, бить не будут, мы рядом.
Вмешается ли актив? Клали они на актив. Это в соседнем отряде сплошь краснота. Здесь активистки после отбоя гасятся по углам как мыши.
Ты по воле Мисс? Забудь об этом. Это всем интересно тока в первый день. Завтра об этом забудут, и будут смотреть, кто ты есть по жизни.
Производство — швейный цех. Брак не гони. Простят раз, два, но если косячишь постоянно, то отряд выгонят маршировать на плац, и оставят без кино — принцип коллективной ответственности, система Макаренко, блин... Отхватишь от отряда по полной, пеняй на себя.
Кто такие «взрОсло» ? Секция двадцатилеток. У них отдельное помещение. Перед входом на табличке написано «Осуждённые-женщины». Ярые активистки, оставленные до 21 года для закрепления результатов исправления. Малолеток ненавидят. Ссуки...
У одного мужика-контролёра был роман с одной из этих кобыл.
Мужчин-сотрудников в зоне мало. Баб переизбыток. Гормон прёт. Как ни кадрили малолетки этого цЫрика* , как ни светили ляжками, на их чары не повёлся — кремень. А вот перед взрослячкой не устоял. Выгнали нахер...
Правда ли, что какая-то девчонка удавилась год назад? Горькая правда. Бывшая подружка Пилле — Пономарева (Панама), девочка-громоотвод*. Взяла на себя чужое душегубство, а оставшийся на воле убийца, возлюбленный, предал её ...
Об администрации. Хозяйка полковник, заслуженный педагог. Но она в возрасте, контролирует ситуацию с трудом. Фактически зоной рулят главная воспетка* Белкина и старшая оперуполномоченная Жанна Олеговна. Они конкурируют. Метят на хозяйкино место. В последнее время разосрались не по-детски.
Психологу не доверяй. Козёл. Вместо того, чтобы лечить детские души, в сокровенных беседах выуживает информацию, и затем сливает её в оперчасть, стучит. Никому тут верить нельзя.
Наш воспет — Гусева, Гусыня. Ни рыба ни мясо. Как-то крыс двоих девчонки воспитывали в умывалке. Брызги крови на зеркале остались. Гусыня с понтом не заметила.
На отрицаловку толком не наехала ни разу.
— В общем, если после отбоя Джейн позовёт в свой угол, надо идти — вздохнула Снежок.
— А почему Хромая? — уточнила Ирка.
— Сухожилие на ноге перерезано. Она опасная, отчима топориком тюкнула. Насмерть.
— А если мелкая эта, которая в бане ущипнула, снова дёрнется на меня?
— Я дам ей пестЫ — успокоила Пилле...
У Хромой Джейн оказалось ангельское кукольное личико, пушистые ресницы, красиво очерченные капризные губки. Сама невысокого росточка, и хрупкая — как обманчива внешность.
Возлежа на койке в кружевных панталонах, не спеша расспрашивала. Телесно развитая рыжая Мучача восседала рядом. Все два ряда коек с понтом спали (сто процентов уши грели, куры)...
Ирка бесстрашно стояла напротив, заведя руки за спину, прям как у Хозяйки на приёме.
— Через койку Мисс получила? — нежно поинтересовалась Хромая.
— Если б через койку, перед тобой бы сейчас не стояла — спокойно парировала Ирка.
— Ого... — оценила Джейн боевой дух новенькой — вроде ребёнок у тебя есть? — неожиданно сменила тон на человечный и участливый.
— Дочь.
— Правильно ты этому козлу приблуду в бок сунула.
— Там не нож был, ножницы.
— Неважно. Не хочешь влиться в наш дружный коллектив? Кем здесь хочешь жить?
— Пацанкой* обыкновенной.
— А в актив?
— Воздержусь.
— Ну что ж, ты сама масть выбрала. Будешь Барби.
— Почему Барби?
— Я так хочу... Богиня! — крикнула Хромая через ряд, — ну ка, вскочила, закинула свою скатку на пальму, а скатку Барби на нижнюю койку. Будет спать на твоём месте, ты на её. Шевелись, гопница...
***
Очнувшись от горьких воспоминаний, Ирка снова погрузилась в ночь, в шум августовского дождя за окном.
Что она делает в этом странном лагере, среди этих испорченных полудетей? Какая-то игра в тюрьму. Но все девчонки удивительным образом принимали эту страшную игру, и подчинялись её правилам. И даже администрация с этими неформальными правилами считалась.
Как же дальше жить, чёрт возьми, как вырваться отсюда.
Тётка приходила на свидание. Матушка совсем плоха, и она бессильна чем-либо ей помочь.
Принять предложение Белки — навлечь сто бед на голову.
Мальвина... Видела она в бане эту конкурентку с соседнего отряда. Действительно красивая. Но портачная и вульгарная. Постоянно заигрывает с отрицалами. Сидит за разбой. Состязаться с такой — беды не избежать.
В той самой бане первая стычка с ней и произошла. Руками Судороги. Мелкая гадина, улучив момент, толкнула Ирку на скользком полу. За что тут же, не отходя от кассы, отхватила от Винни тазом по балде...
*Карантин — отделение колонии, где в течение двух недель после прибытия содержатся новенькие осуждённые.
*Партак — наколка, некачественная татуировка(жарг.)
*Цырик — жаргонное название тюремного работника.
*Громоотвод — лицо, взявшее на себя чужое преступление(жарг.)
*Воспетка (жарг.) — воспитатель, офицерская должность в колонии.
*Пацанки (жарг.) — нейтральные, в неформальной иерархии девичьей колонии наиболее распространённая категория осуждённых.