зачем?
Легче всего поверить в то, что ты молодец.
Сложнее всего принять то, что ты не нужен.
Так вот. Ты молодец, конечно, но и нужен ты, чаще всего, почему-то совсем не поэтому.
Живешь себе. Читаешь, слушаешь музыку, смотришь кино, думаешь, учишься, работаешь, путешествуешь, обрастаешь барахлом, брачуешься, радуешься, увлекаешься, разочаровываешься, пишешь. На тебя подписываются, от тебя отписываются, хвалят, ругают, с тобой ссорятся, мирятся, к тебе апеллируют.
Вокруг тебя родня, друзья, соседи, приятели, одноклассники, однокурсники, односпортники и тд. Очень много людей вокруг тебя. Но то, что ты пишешь, никому не интересно. Иногда показываешь кому-то, читаешь. Терпят. Нет, хвалят, конечно, по плечику нежно похлопывают, спичи, тосты, напутствия и все такое. Из уважения, из любви, из страсти, корысти, от нечего делать. Но не интересно же.
Показываешь свою писанину рекомендованному кем-то специалисту, именитому литератору, который с первых секунд огорошивает: «А вы что думали, написали и все?» — «Ну.. да». — «Поймите, надо ходить, встречаться, общаться, посещать!» — «Зачем?» — тупишь ты. Литератор раздражается, оглядывая хищно и недвусмысленно. «Это значит жить литературной жизнью!»
Идешь жить. Знакомишься, общаешься, слушаешь, читаешь в микрофон, тебе аплодируют, тебя иногда критикуют, но чаще хвалят. Разумеется, это приятно. На какое-то время погружаешься в коллективное: фестивали, конференции, приуроченные к каким-то датам чтения, обсуждения, заседания клуба книголюбов и все в таком духе. Прирастаешь контактами, бейджиками, дареными и купленными книжками, буклетами и брошюрами, ссылками и рассылками. Живешь литературной жизнью.
Довольно скоро устаешь даже не столько от интенсивности самого инфпотока, сколько от подтверждений непонимания, зачем тебе все это нужно. Плюс две проблемы: несколько юных дарований требуют от тебя подробного разбора своих заведомо гениальных виршей, а ты еще не умеешь убивать детей честным словом; многократно изданный мэтр повадился тебе названивать и написывать вечерами/ночами, разглагольствуя о своих шедеврах и пытая вполне литературными намеками, а ты еще не умеешь вежливо посылать мэтров. Вот и учишься по ходу пьесы.
Одна известная поэтесса, встречу с которой долго и нудно согласовывают, сначала почти на час опаздывает, а потом, брезгливо /и явно впервые, несмотря/ покопавшись в твоих текстах, заявляет: «Стихи, конечно, непрофессиональные». Без комментариев, как говорится. /Для баланса вспоминаешь, что твои тексты хвалил один не менее известный русский писатель. К чему пришить этот нескромный аргумент? Пусть здесь и лежит/. Неплохо бы теперь отмотать назад и спросить себя — а что хотелось от нее услышать? Или даже не так. Что это изменило бы?
Вообще, все реже появляется потребность говорить о стихах, тем более, читать что-то свое. Думаю, с этим явлением, так или иначе, знаком любой автор: почти в ста процентах случаев слышишь «а я в школе тоже стишки писала», «ой, а я вот что вчера сочинил», «а я...», «а мне...», «а у меня...» и тд. Самым показательным в этом смысле становится курьез: после прочтения тобой небольшого, только что написанного стишка /в духе «ну, как?»/ собеседница, помолчав, вдруг, глядя куда-то в сторону, монотонно отрапортовывает какой-то зазубренный фрагмент прозаического текста на приличном английском языке. И она не понимает, почему ты ржешь.
Так ты приходишь к выводу, что демонстрация попыток поэзии без преувеличений опасна. В следующий раз ответкой могут стать сомалийская стрельба, рукопашка или техника поджигания самбуки.
При этом, из рутинного и безопасного: твои тексты печатают в газетах и журналах, пишут к ним рецензии, иногда даже что-то платят. Потом тебя приглашают в литературное объединение, выдают соответствующую корочку и издают книжку твоих стихов. Ты на радостях тут же раздариваешь все авторские экземпляры, и все вокруг за тебя тоже очень рады, тем более, что масштабы обмывания судьбоносных сдвигов совершенно не адекватны поводу.
А потом, прийдя в гости к друзьям, ты видишь, как душевно подписанную тобой книженцию рвет в голубые клочья на кошачьем лотке цвета морской волны четырехмесячный кане корсо, что, согласитесь, шокирует вдвойне /хотя смотрится органично, конечно/. И он не понимает, почему вы все ржете.
Немного про критерии, не оговариваясь стереотипно про «мое мнение» /это же я пишу/. Нет плохих и хороших текстов, есть литература и не. Есть поэзия, а есть вымученная рифмованная херня. Есть тексты, которые вдохновляют и учащают дыхание, но большинство — те самые попытки в литературу, ни уму, ни сердцу, как говорится. И если ты не в тусовочке, никаких ответов на свои вопросы ты не найдешь. Не совпадешь с банальными механизмами среды. А надо?
Один из первых твоих учителей, например, когда звучал Высоцкий или заходила о нем речь, как-то рассеянно, почти равнодушно, мог посвятить ему примерно минуту, после чего заводил: «А вот у Галича!..» И глаз горел, и красноречие не подводило, цитаты, шутки, байки. Но дело было не во вкусе, не в хуже-лучше, талантливее-бездарнее, а в причастности. Даже сопричастности. С Галичем его родители и он сам были знакомы лично, что сразу выгодно подсвечивало. Кого-то это раздражало, кого-то веселило. Галичу и Высоцкому вся эта мышиная возня уже по барабану. Но вот же они, спустя столько лет, в этом тексте. А по барабану при жизни должно начинаться. Цену всему надо знать. Про объективность оценок у меня все.
Литсайты копируют офф-площадки, за исключением, разве что, тактильности. И это, скорее, плюс. Нет ничего плохого в обмене творческими импульсами, энергетикой, знаниями, но надо понимать, что на литсайтах нет просто читателей /ну, почти)/. Все в едином порыве куда-то стремятся. Куда? И есть нюанс. Если не брать в расчет вездесущих петухов с кукушками, искреннее, бескорыстное одобрение, поддержка нужны и автору, и читателю просто для фиксации своих эмоций. А вот недовольное брюзжание /можно же молча пройти мимо/ чаще всего переводится именно как «и я здесь тоже есть» /умный, талантливый, эрудированный, разумеется, а не это вот все/. Ну и «а я тоже вот писал», «а я вот как умею». И вприсядку.
Напоследок вредные вопросы. Зачем ты пишешь стихи? Зачем ты их публикуешь? Кто и как себе на эти вопросы отвечает? Чтобы что? Нравиться, гордиться, будоражить умы, впечатлять, стать знаменитым или сразу мировое господство? Главное — какого ждешь результата?
Чем раньше поймешь, что его не существует, тем лучше для тебя. С тем и продолжай.
