Возвращение

Везде несчастный предо мной,

Подобный мне, как брат родной,

В одежде чёрной появлялся.

(Альфред де Мюссе. Декабрьская ночь)

 

 

Одиночество тяжкой ношей.

В сердце снов золотых сума.*

Невозможно расстаться с прошлым

Без потерь. Не сойти с ума. 

 

На ветру облетел листвою,

Пал на землю, себе назло…

Ночь декабрьская выла воем:

Как поэту не повезло!

 

Было — мучил себя бесцельно:

Недомога, раздрай, разлад.

Утомлённый тоской смертельной,

Пил, вином заливая ад.

Уходя в глубину забвенья,

Водолазом блуждал по дну,

Чтобы порванных жизней звенья

Подобрать и связать в одну.

 

Цепь давила тоской и болью.

И отходную пел тогда

Он коровьим губам и воле,

И разгульным своим годам.

Обещал: я вернусь когда-то,

По весне, когда свет и цвет…

 

Не бывает загад богатым.

Не вернёшься уже, поэт.

 

Перекрёстки опасны в полночь,

Затянулась петля в ночи.

Почему не пришёл на помощь

Тот, кто рядом сейчас молчит?

 

...

Только выслушай, друг мой, брат мой,

Не спеши осуждать, постой!

Мне отчаянно непонятно,

Почему я теперь такой:

Молчаливый Монах из детства — 

Шарлатан, скандалист, фигляр!

И куда-то бесследно делся

Мне отпущенный светлый дар.

Потерял я, что сердцу мило…

Нежным был, только робок стал.

Показалось, что всё остыло,

Согревал лишь вина бокал.

Сколько пробок! Заткнуть бы душу,

Да зачахнет она в плену.

Не подумай, мой друг, не струшу:

Я опять в неё загляну.

 

Кто же ты? Очертанья зыбки…

Да ведь ты на меня похож!

Но кривая твоя улыбка

Мне под сердце, как финский нож.

 

Жесты слов не родня искусству,

Я ужасно от них устал.

Легче было безвестно грустным,

Чем весёлым — на пьедестал.

Полюбила царица жеста,

Полюбила она, не я...

Ты не знаешь, зачем на женщин

Нас меняют порой друзья?

 

Этой ночи подводный сумрак

Очень странный, светлее дня...

Друг, скажи мне, ведь я не умер?

Подожди, не бросай меня!

В жизни был я случайным гостем,

Как и ты здесь — случайный гость,

На печальном сидишь погосте,

Руки нервно сжимают трость.

В сюртуке — а на мне крылатка:

Вроде я, но чуть-чуть другой.

Только вот же — цилиндр, перчатки…

Взгляд печальный, застывший — мой.

 

Этой ночью морозной, белой,

Опустился среди могил,

Оторвал свою тень от тела,

Словно крылья, в снегу сложил.

 

Друг мой, брат мой, я жду ответа:

Наша встреча — не бред, а сон?

 

Глупо верить плохим приметам,

Это, знаешь ли, моветон.

Всё прошло, ты уже не болен,

Ты Монах, как и в детстве был.

Чёрным вихрем летишь по полю,

Но к утру растеряешь пыл... 

 

Я тебя называю братом,

Пусть из света я, ты — из тьмы:

Были оба с тобой крылаты,

Вместе стали бескрылы мы.

 

Сон развеялся, друг мой, брат мой,

Вижу ясно, что я — не ты...

 

Светлый памятник за оградкой

Повторяет мои черты.

 

*Сергей Есенин. «Пой же, пой. На проклятой гитаре…»

21 сентября (3 октября по новому стилю) день рождения поэта