сиаы

Соответствие Периодической таблицы нот Е. П. Варфоломеева таблице кода перемен

Идея системного упорядочивания: от Менделеева к языку и звуку

Евгений Павлович Варфоломеев (род. 1937, Борисоглебск Воронежской области) — тульский писатель, поэт, философ и лингвист-мыслитель, создатель «Периодической системы значений слогокорней и корнесловов». Его центральная идея — перенесение принципа периодичности, открытого Д. И. Менделеевым в химии, в сферу языка и смысла. Если химические элементы, упорядоченные по периодическому закону, обнаруживают скрытые закономерности материи, то «смысловые атомы» языка — слогокорни — при систематизации могут раскрыть внутреннюю архитектуру значения. 

Этот же принцип системного упорядочивания Варфоломеев распространяет и на звук, и на ноты. Музыкальный звукоряд, подобно химическим элементам или слогокорням, представляет собой не хаотичный набор, а систему, в которой каждый элемент занимает своё место, обладает устойчивыми свойствами и вступает в определённые сочетания с другими элементами. Так возникает идея «Периодической таблицы нот» — упорядоченной системы, где ноты расположены по принципу, аналогичному менделеевскому: периоды соответствуют уровням (октавам), а группы — качественным характеристикам звуков (ступеням лада, интервальным соотношениям). 

Таблица кода перемен: древний архетип бинарной систематики

«Книга Перемен» («И цзин», «Чжоу И») — древнекитайский трактат, в основе которого лежат восемь триграмм (ба гуа), образованных сочетанием двух типов линий — сплошных (ян) и прерывистых (инь). Восемь триграмм, попарно комбинируясь, дают шестьдесят четыре гексаграммы, образующие квадратную матрицу 8×8. Готфрид Лейбниц в XVII веке обнаружил, что если каждую гексаграмму представить как шестиразрядное двоичное число (сплошная линия — 1, прерывистая — 0), то последовательность гексаграмм по Фу-си в точности совпадает с порядковым рядом чисел от 0 до 63. 

Таким образом, таблица кода перемен оказалась, по сути, первой в истории человечества бинарной матрицей, охватывающей все возможные комбинации шести бинарных разрядов. Как показали исследования С. В. Петухова и других авторов, она структурно тождественна матрице генетического кода (64 кодона ДНК) и сопряжена с пифагорейским музыкальным строем. Таблицы «Книги перемен», прежде всего таблица 64 гексаграмм в порядке Фу-си, по мнению исследователей, построены как свод знаний о музыкальной гармонии, лежащей в основе мироздания, — в том числе как запись квинтового музыкального строя. 

Соответствие нот и триграмм

Ключевая точка пересечения двух систем — соответствие между нотами музыкального ряда и восемью триграммами «Книги Перемен». Поскольку в современной диатонической системе семь нот (до, ре, ми, фа, соль, ля, си), а триграмм восемь, для установления соответствия вводится дополнительный, восьмой элемент — запредельный звук (или управляющий принцип), подобно тому как в химии трансурановые элементы завершают период. 

Один из вариантов соответствия, основанный на традиционных ассоциациях триграмм с природными стихиями:

Восьмая триграмма Цянь (Небо, Творчество) остаётся как управляющий принцип, не имеющий прямого соответствия среди семи нот, но замыкающий октаву — подобно тому как нота «до» следующей октавы завершает звукоряд. 

Структурный параллелизм двух таблиц

Периодическая таблица нот по логике Варфоломеева и таблица кода перемен обнаруживают глубокий структурный параллелизм, проявляющийся на нескольких уровнях.

Первый уровень — принцип организации. Обе таблицы построены на двух координатах. В таблице Варфоломеева горизонтальная ось фиксирует качественные категории (семантические группы слогокорней — «движение», «состояние», «преграда», «вода», «огонь», «время», «мера»), а вертикальная — уровни сложности или «глубину» смыслообразования. В таблице гексаграмм горизонтальная ось соответствует верхней триграмме, вертикальная — нижней триграмме, а точка пересечения даёт конкретную гексаграмму с детализированным толкованием. Периодическая таблица нот, построенная по тому же принципу, имеет горизонтали — ступени лада (качественная характеристика звука) и вертикали — октавы (уровни высоты). 

Второй уровень — комбинаторика. В таблице Варфоломеева слогокорни, соединяясь, порождают корнесловы, значение которых не сводится к сумме частей, а рождается в их взаимодействии — это «семантическая валентность». В таблице кода перемен триграммы, складываясь, порождают гексаграммы, а значение гексаграммы не равно сумме значений её триграмм, а возникает из их динамического взаимодействия. Точно так же ноты, сочетаясь в интервалы, аккорды и созвучия, порождают гармонию, которая не есть простая сумма отдельных тонов. 

Третий уровень — бинарная природа. Таблица кода перемен основана на двух противоположных началах — инь и ян. Таблица Варфоломеева, по мысли автора, также восходит к парным противоположностям в языке (звонкость — глухость, твёрдость — мягкость, активность — пассивность), которые порождают всё многообразие смыслов. В музыке это выражается в паре «напряжение — разрешение», лежащей в основе тональной гармонии: устойчивые ступени (I, III, V) и неустойчивые (II, IV, VI, VII), консонанс и диссонанс. 

Музыкальное представление таблицы кода перемен

Исследователь Константин Задорожников, найдя соответствие восьми триграмм восьми нотам диатонического ряда (дорийский лад), определил музыкальный порядок самой таблицы «И цзин». В найденном соответствии обе первые гексаграммы — «чистые» ноты «до»: первая состоит из одних янских (сплошных) линий, вторая — из одних иньских (прерывистых). Каждая гексаграмма, состоящая из двух триграмм, в звуковом варианте выражается сочетанием двух соответствующих нот. 

Композитор Чжун Яогуан (Тайвань) разработал оригинальный метод композиции, в котором ломаная линия (инь) равна 0, а сплошная (ян) — 1, и код каждой гексаграммы записывается снизу вверх. Джон Кейдж в пьесе «Музыка перемен» (1951) использовал «И цзин» для определения высоты звуков, длительностей, темпа и плотности фактуры, применяя диаграммы размером 8×8 ячеек. 

Музыкальный закон как сквозной принцип резонанса

Музыкальный закон в таблице Варфоломеева — это утверждение, что музыкальная гармония не ограничивается областью звука, а представляет собой универсальный структурный принцип, действующий на нескольких уровнях реальности: 

1. Физический уровень— обертоны и числовые пропорции интервалов (октава 1:2, квинта 2:3, кварта 3:4), благодаря которым одни сочетания звуков воспринимаются как консонанс, а другие — как диссонанс.
2. Телесный уровень— соответствие нот эндокринным железам: каждая нота резонирует с определённым органом, и музыкальное воздействие не просто эмоционально, но физиологично.
3. Смысловой уровень— каждая нота несёт семантическое ядро, и последовательность этих смыслов образует восхождение от материального к духовному.
4. Космологический уровень— ноты соответствуют уровням мироздания: от материи через Солнечную систему и Млечный путь к небесам и Всевышнему.
5. Цветовой уровень— спектр от чёрного к белому, повторяющий радугу, но расширенный до полного метафизического диапазона: тьма — цвет — чистый свет.

Варфоломеев опирается на пифагорейскую традицию: «Красота созвучия в мире рождается из чисел». Периодичность — не просто формальный признак, а проявление того, что одни и те же структурные принципы повторяются на разных уровнях: от колебаний струны до движения планет и от звучания ноты до работы эндокринной железы. 

«Семантическая валентность» ноты и гексаграммы

Понятие «семантической валентности», которое Варфоломеев вводит для слогокорней, применимо и к нотам, и к триграммам. Валентность — это способность элемента вступать в связи, сохраняя узнаваемое ядро. Нота «до» остаётся нотой «до» независимо от того, звучит ли она в контексте до мажора, ля минора или атональной композиции, но её функция меняется в зависимости от сочетания. Триграмма Кань (Вода) сохраняет своё ядро «погружение, опасность», но в составе разных гексаграмм приобретает разные оттенки — от «Колодца» (неиссякаемый источник) до «Истощения» (безвыходность). 

Это совпадение не случайно. Все три системы — слогокорни Варфоломеева, гексаграммы «Книги перемен» и ноты музыкального ряда — представляют собой попытку человеческого сознания найти минимальные «кванты» реальности (смысла, бытия, звука) и описать правила их сочетания. Таблица в каждом случае — не словарь готовых значений, а генератор возможностей.

Критика и границы применимости

Как и всякая метафорическая система, соответствие между таблицей нот и таблицей кода перемен имеет свои ограничения. Семь нот не однозначно отображаются на восемь триграмм — необходим искусственный восьмой элемент, что нарушает чистоту соответствия. В китайской традиции существовала система двенадцати «люй» — камертонных нот, получаемых квинтовым построением, которая лишь условно сводится к семиступенному диатоническому ряду. Варианты соответствия нот и триграмм различаются у разных исследователей: одни начинают с «до» и сопоставляют его с Кунь (Земля), другие — с «соль» и сопоставляют его с Цянь (Небо). 

Критики подхода Варфоломеева в лингвистике указывают на субъективность выделения слогокорней и трудность строгой верификации «устойчивого семантического ядра». Аналогичные сомнения возникают и при переносе периодической модели на музыку. Ответ, по-видимому, состоит в том, что ценность этих соответствий — не в доказательной строгости, а в эвристической силе. Таблица Варфоломеева, как и таблица кода перемен, — это не догма, а инструмент поиска. 

Заключение

Периодическая таблица нот, выстроенная по логике Е. П. Варфоломеева, и таблица кода перемен «И цзин» обнаруживают поразительное структурное родство. Обе основаны на бинарной оппозиции, обе организованы по принципу двух координат (качество — уровень), обе рассматривают элементы не как изолированные единицы, а как узлы в сети потенциальных связей. Обе утверждают, что смысл — звуковой, семантический, бытийный — не дан заранее, а рождается в пространстве между элементами: в их сочетаниях, ритме и взаимодействии.

Формула самого Варфоломеева «Знай — во многом едины» оказывается точным самодиагнозом: единство таблицы нот и таблицы кода перемен обнаруживается не в буквальном совпадении, а в общей интуиции — что мир (язык, звук, бытие) устроен не как склад готовых форм, а как динамическая система «квантов», рождающих целостность через взаимодействие