Кристофер Нолан, «Одиссея» (2026)

Невозможно вернуться из Трои,
и никто не вернётся с войны.
Полегли здесь со славой герои,
Ойкумены великой сыны.

Те, кто в чреве коня деревянном
в белый город обманом вошли,
гибнут под грозовым ураганом.
Не видать им родимой земли.

Пенелопы их ждут, как и прежде,
сыновья подрастают, гордясь.
Но с оружием, в пыльной одежде,
отирая с лица пот и грязь,

как стучать в двери отчего дома?
В храмы больше не нужных богов?
Всё до боли своё и знакомо,
но поругано слово – любовь.

Разоряя и грабя, сжигая
Трою древнюю, прокляты вы!
И рыдает Афина, нагая,
Зевс седой не подъемлет главы.

Камениста, сурова Итака,
женихи сбились в банду врагов.
К Одиссею льнёт верно собака,
старый раб говорит: «Лук готов!»

Снова битва, расправа и жертвы.
Смерть за смерть, 
                    кровь за кровь, 
                                     глаз за глаз…
Но теперь ваши головы трезвы:
ни один не спасётся из вас.