Революция по понедельникам

Проснулся я от дикого крика, переполненного ужасом. Нехотя встал и отодвинул занавеску на окне. По улице, постоянно поскальзываясь в лужах крови, бежал молоденький жандарм в увешанном орденами мундире полковника. Длинными прыжками, с лицом переполненным злобой и наслаждением его догонял ражий детина с огромным мясницким топором в руках. Аккурат напротив моей парадной детина догнал молодчика и с треском засадил ему топором по голове. Жандарм упал, а оборванец немедля стал стягивать с него униформу и напяливать ее на себя.

«Чертов понедельник!» — подумал я и пошел открывать скобяную лавку. Пришлось одеть резиновые боты. По понедельникам в нашей столице легко можно промочить ноги в крови, а врачей не осталось и из лекарств только самогон с дихлофосом. Говорят, раньше дихлофос добавляли в пиво, для забористости. Но пива я не застал и смутно себе представляю что это такое.

Приоткрыв бронедверь на три вершка, я выскользнул на улицу. Детина уже переоделся и отплясывал невообразимый танец, часто называемый джигой, на худеньком абсолютно голом теле бывшего полковника. Униформа на новом полковнике сходилась плохо и морщила, но его это совершенно не смущало.

В переулке раздался очередной истошный вопль, и на сцену оттуда выскочил император в засаленной горностаевой мантии. Корону он нес в руке, видимо боясь потерять. Гнавшая императора толпа приотстала, и он выскочил один на один со свежеиспеченным революционным полковником. Тот, недолго думая, размозжил императорский череп обухом топора. Тело еще корчилось на земле, а полковник облачился в мантию и надел корону на голову. Выскочившая из переулка толпа разразилась победными криками, и унесла свежеиспеченного монарха в сторону дворца. На трон он уселся прямо с топором.

В следующий понедельник его сменил амбал с суковатой дубиной. Имен императоров никто не запоминал. Было не до того. Все стремились выжить.