Запоздалое

Карандаш и коньяк. И луны в небосводе заплатка.

В неухоженном парке пустынно чернеют аллеи.

Ночь раскинула ноги, бесстыдно, как шлюха-мулатка,

Мотыльков на фонарные пятна безжалостно клея.

 

И меня мотыльком будто склеила сеть интернета —

Познакомился с девушкой. В принципе, это неважно.

Важно то, что теперь вот сижу и, слагая сонеты,

Карандашной рисую строкой тонкий профиль бумажный.

 

Пляшут в свете фонарном нетрезво неровные строки.

Мысли скачут упруго, как зайчики деда Мазая.

Я сижу на скамейке, потерянный и одинокий,

И пишу и пишу, несмотря на жару, замерзая.

 

Было б всё ничего, если было б немножко взаимней.

Я глотаю коньяк в безуспешных попытках согреться.

И ложится на сердце, не тая, невидимый иней,

И стучит всё сильней беспокойное глупое сердце.

 

Я старался отвлечься в объятьях шалавы случайной,

Её тело порочное нежно лаская и гладя,

И на палец хотел ей надеть оберег обручальный,

Вызывая тем самым испуг одноразовой бляди.

 

Я пытался уйти в алкогольную лингванирвану

И писал и писал и писал километры катренов...

А потом для чего-то забрался в горячую ванну

И зачем-то изрезал себе на запястьях все вены.

 

Откачали врачи и сказали: «Мужчина, чего ты?

Эй, мужчина, живи! По возможности долго и ярко!»

Я живу.

Только в венах, что резал, остались пустоты.

Я коньяк заливаю в них, и неухоженность парка.

 

А вернувшись домой, заварив себе крепкого чаю,

Посмотрю за окно, где сверкает луна, как стальная,

И скажу в никуда: «Приезжай к выходным, я скучаю!»

И возможно, услышу в ответ: «Опоздал. Не одна я»