Стасик
Он был мужем подруги первой жены Семёна, хитрой и властной самки с бэндерскими корнями, не к ночи она будь помянута, и не о ней пойдёт здесь речь.
Галка же, жена Стаса, в противовес подруге, была мягка и безропотна, ибо как ещё объяснить, что довольно хрупкая и смазливая двадцатилетняя деваха пахала на заводе в горячем цеху, а муж, даже после рождения двух дочек, всё прибывал «в поисках себя».
Он отличался от всех не только внешне, но и внутренне:
Крепкий огненный кучерявый блондин с красным лицом, ростом под метр девяносто с близко посаженными глазами, буквально пронизывающими из-под массивных надбровных дуг, Стас был всегда на какой-то своей, реликтовой волне, которую, если он не озвучивал, поймать и понять было сложно. Плюс низкий, утробный голос и смех, как из фильма Фантомас.
Общительный Семён, как старый пионэр, не искал лёгких путей, в том числе и в знакомствах, и этот демон — альбинос, интроверт до мозга костей, заметив к себе интерес, начал потихоньку приоткрывать перед визави свои чёрные занавесочки.
Летом Стас устроился спасателем на лодочную станцию Левбердона за копейки, компенсируя мизерабельность тенью старых ив и осокорей, водою и лодками, да ещё и окружением любвеобильных наяд.
На вопрос, как это всё ему удаётся, тот доверительно поведал Семёну, что физически не может работать, потому, что у него болезнь суставов и ему вообще скоро кирдык, дав послушать, как «скрипит плечо». Когда Сёмка поднял его на смех, спросив «Чо, Галка поверила?», «больной» попросил никому не говорить.
Как-то раз Стас пригласил Семёна к себе на работу, на лодке покататься. Семён, далёкий от воды и лодок приехал к нему просто для смены обстановки, ибо пышущие жаром цеха летом очень проигрывали речной прохладе.
Гостю сразу было предложено почётное место за рулём маленького катера: «Тут всё просто, руль и газ. Даже тормоза нет», хохотнул по-фантомасски «спасатель Малибу».
Он завёл навесной мотор, и новоявленный «глиссерист» сперва робко, а затем смелее начал закладывать виражи, поднимая брызги и вереща от восторга. Забыв о приятеле, Сёмка залихватски крутил восьмёрки вокруг буёв и бакенов. На пути к очередному бакену он сбросил газ, решив развернуться... но не тут то было! В катерок вселился дух камикадзе: не взирая ни на какие крики и половецкие пляски вокруг руля, кораблик нёсся, набирая скорость в аккурат на бакен, огромную железную бадью на якоре с фонариком на макушке... Когда Сёмка, ревя матюками, сгруппировался для катапультирования за борт, шайтан-машина резко вильнула перед столкновением и сбросила газ... Очевидно, у штурмана торпедного катера было такое идиотское лицо, что Стаса чуть не порвало от фантомасного хохота. Оказалось, что ни руль, ни газ подключены не были, а этот гад с мотором сзади просто имитировал движения неофита — лихача.
С приходом осени Стас устроился таксистом. В восьмидесятые, чтобы туда попасть, да ещё и на хорошую машину, надо было немало заплатить. В виду хронического голожопья новичку дали то, что и машиной назвать было никак нельзя.
В дырявую, всю на скрепочках, на проволочках тень от ГАЗ-24, даже тогда садился далеко не каждый, не искушённый в комфорте советский пассажир. Но Стас и пальцем не шевельнул, чтоб хоть как-то облагородить это убожище.
Как-то он пришёл к Семёну на завод и спросил, где можно достать с десяток двухметровых досок, чем немало удивил приятеля. Только после череды вопросов поведал историю, что приехал на радиорынок, поставил машину на ручник, ибо там очень крутой спуск, и пошёл. Послышались крики: «О! Машина поехала!!!» Ну поехала и поехала, ему то какое дело. Выходит, а пепелац исчез. Пройдя вниз по переулку, он увидел его, торчащим у кого-то в заборе. Оказалось, это он сорвался с ручника и, перескочив трамвайные пути, пытался покончить в себя от такой жизни.
На вопли хозяев водитель не повёл и красным альбиносским ухом, завёл ландо и молча гордо исчез в облаке дыма и пыли. Какая уж логика им руководила, неясно, но Галка потом бегала занимала деньги, а он (самолично!) отремонтировал забор...
Промозглый и традиционно сопливый ростовский декабрь восемьдесят четвёртого совсем не отменял в те года предвкушения Праздника. Фарца взлетела в цене, но это не уменьшало спроса... и на этой волне вдруг появилась... Стасикова Галка. Прикинута вся по фирме́, да ещё и с предложением вельветовых Super Rifle, Ливайсов, женской джинсы́ и куртки Аляска, да не какой-то, а чёрной, ещё и made in Finland!
Цены были очень демократичные, поэтому прибарахлились на славу...
А через пару недель пришла совсем другая Галка, в тоске и в старье, и попросила в долг, немало.
Оказалось, её благоверный подвозил людей из аэропорта, и они «случайно забыли у него один из чемоданов»...
С весной следующего года Сёмку посетила мысль: не мешало бы приобрести авто. Но денег совсем не кучеряво, в сторону Жигулей и смотреть не сто́ит, а вот убитый Москвич или Запор (ударение ставим по вкусу) — самое то.
И конечно же с подачи Стасика Сёмка купил аж за тыщу двести деревянных... Победу 1961 года, девчулю на год моложе хозяина.
«Покупай платье шитое, а хату крытую» и переделанного Наутилуса «Но кто-то решил, что война, и купил я Победу», Семён услышал уже опосля. «Не ссы, сделаем, будет летать эта ласточка»,— подбадривал вдохновитель.
Был куплен газогенератор под карбид, кислородный баллон, шланги, горелки и Сёма начал осваивать профессии металлиста, кузовщика, газосварщика и бог-ещё-чегойщика. Благо, металла — «бери-не хочу»,—внизу родной завод. Были переварены короба, лонжероны и отсутствующий местами пол. «По случаю» он же достал мотор с Уазика... Но компаньон давно уже переключил свой вектор на Фросю Дрондофиловну, как её называл Сёма, молодую дородную кобылу из соседнего подъезда. Стас жене не врал, что шёл ебаться, только это была совсем не Сёмкина Победа...
В итоге было два прощания: с матом — со Стасом, и с грустью, а одновременно и с облегчением — с Победой. Приехал какой-то победный маньяк тоже на Победе, и утащил её, родимую, вместе с мотором за те же бабки в светлое будущее...
Жизнь раскидала пацанов по разным далёким адресам и столкнула лишь однажды нос к носу зимой в промозглом ростовском трамвае. За десятилетия страсти улеглись, и они взаимно друг у друга поинтересовались, чо, как и где. Стасик поведал, что в Ростове проездом, а вообще живёт в Монако, работает какими-то там шкипером на яхте у одного Ростовского миллиардера.
Кто бы сомневался.
© ПRO 03'06'26
