Репетиция оркестра… (Не Феллини)
К девяти, двор, окруженный десятиэтажками, наполняется звуками. На детской площадке громко веселятся трое неадекватных подростков в черном. Неадекваты не отрывают взглядов от телефонов и как питекантропы обмениваются с помощью ненормативных восклицаний.
Б..!, Нах..!, С..! — слышат обитатели всех десяти этажей.
Питекантропы — вовсе не местный вид, их случайно заносит сюда, в этот двор, приливными течениями, а после уносит к их бетонным пещерам, где на них тщетно охотятся учителя и родители.
Подражая подросткам, начинают материться собаки. Они громко лают, видимо, пытаясь внести свою лепту в утренний концерт. В отличие от басовитых подростков, псы лают на разные голоса в зависимости от размера. Собаки тявкают, гавкают и, кажется, подвывают в разных тональностях.
Ровно в девять утреннюю какофонию венчает газонокосилка. Она трещит уже несколько дней с разных сторон двора, хотя всё давно подстрижено «под ноль».
Не зная, как перекричать этот «оркестр» замолкают птицы, щебетавшие во дворе с ночи. Молчат даже вороны, надувшись поглядывая на подростков. Не курлычат обычные голуби. Воробьи попрятались в кустах. Отважный кот, высунув голову из подвального окошка, скрывается в глубине.
Утро, 26 июня. Вечером выпускные у школьников, а сейчас — репетиция оркестра. Prova d'orchestra, но совсем не Феллини.
Питекантропы седлают качели. Ненормативную лексику слышно даже при закупоренных окнах.
Позже на площадке появляется самка в белом. Оркестранты возбуждаются. Перекрикивая друг друга, они вступают в сражение — стучат себя в хилую грудь, издавая призывные междометия. Не удовлетворившись, лезут в пластмассовую трубу на площадке и голосят оттуда.
Сука! Сука! — слышно уже в соседнем районе.
От испуга замолкают собаки. Газонокосильщик убегает в спешке, бросив инструмент, а «оркестр» пополняется молодыми голосам. Бойкие девицы «с ноготок», раскачиваясь на качелях и глядя в телефоны, пискляво и громко визжат. Причины этого визга вовсе не очевидны. Может им нравится звук собственного неокрепшего голоса или они привлекают внимание?
Крещендо, апофеоз!
Уставшие оркестранты занимают лавочки. Они все так же не отрываются от своих «пюпитров с нотами». Видно, теперь там предписано громкое ржание.
Десять утра. Колокол церкви рвет пространство двора. Неспеша бухает большой колокол, между ударами слышно, как тренькают малые.
Возвращаются птицы.
Через час с улицы громыхает мегафон. «Уважаемые жители Балашихи…», а дальше сплошной бубнёж. То ли предупреждают о беспилотниках, то ли приглашают на выпускной.
Новый день начинается.
Наш двор — оркестровая яма. Ночью мы слышим, как шепчутся мыши в подвале. Мышей сменяют ранние птицы. Ну, а дальше… а дальше, как повезет.
