Sanморе. Письма на песке

1.
А я ведь тебя, поверишь, к морю с собой брала,
так тебе там дышалось, даже хотел остаться…
На кофеино-сольный, солнечный ералаш
падкими были майки, шорты, очки и сланцы.
Ты меня брал на ручки, преподносил волне:
«на тебе, море, Ксанку, сыт я по горло ею.»
Эти мои придумки правды стократ больней,
Ими до аритмии каждый сентябрь болею.

2.
Представь, какой восторг высказывали псы
Свободной стаи с дальних, диких пляжей,
Когда мы с Бертом к морю шли! Косых
Недобрых глаз кошачьих, птичьих даже
Не встретив, просто шли себе и шли,
Песок хрустел, хватал за лапы, ноги,
Белел, сверкал, а море цвета слив
Виндсёрфенгиста парус одинокий
Всё примеряло: «жёлтый мне к лицу?»
А нам-то что? Молчанье — лучший способ
Не рассердить стихию: « Подлецу…»
Заткнулась, брякнув. Берт морских вопросов
Не слушал вовсе, пристально искал:
«Не тонет кто?» Сам знаешь, лабрадоры
Такие люди — хоть душа в тисках
Собачьих мышц, она способна горы
Свернуть, любя, достать из жадных вод…
Хватилась: «Берт!»,
а Берт уже плывёт…

3.
Девочки пьют сухое,
белое, по глотку,
Мальчики хоть какое.
Острому языку
Хочется не прохлады,
Ласки с другим таким.
— Надо. Не надо. Надо…
Господи,
Дураки!

4.
Вдали маяк. Маячит Тарханкут, **
Что жизнь — есть жизнь,
Цикады пилят вечер,
Звезда лежит как якорь на боку,
Ржавеет молча, спит и не перечит.
Я тоже слепо верю маяку,
И засыпаю… аю… тар… хан… кут…

5.
«Возьмёте мидии?» — спросил нас Аполлон,
А мы с подругой мысленно и хором:
«Возьми меня хоть в жёны, хоть в полон!»
Ну, и спугнули громким «разговором».
Ушёл, вздохнув: «Эх, бабы! Как всегда…
Ну что с того, что греки грекам тёзки?»
— Он так красив, какая там еда!
— Почти что бог, почти что бельведёрский!
— Керкинитидский, то есть?
— Эллин, то есть.
— Да!

6.
Лучше я совру, что плохо помню:
Лунная дорога, виноград,
Из воды серебряные кони
По двое выходят и — назад,
В море. «Ты уедешь, ты уедешь…»,
«Не сейчас, пожалуйста, родной…»
В шаге чёрной копией Медведя***
Лабрадор целуется с волной…

** мыс в Крыму
** Медведь-гора