Servetta, дверь

Из автоцикла Play around

Верны мужьям шалуньи и насмешницы,

в маске благочестья ходят грешницы.

Уильям Шекспир, Виндзорские насмешницы

Если розы распадаются,

оземь – вазу.

Александр Патритеев. Розы в вазе

Кто хлещет кофе кружками, тот сноб (и психопат, и лжец, и двоедверец), – учил нас Заратуштра, ушлый перец по части перевёртыванья слов. Но нам-то что с того, что он, там, мелет? Мы видим берега, мы сами берег когда октябрьским дождям приходит срок, и всякий день – что в прошлое нырок.

Всё серо: утро, ночь, свал неба, сон дороги, чужие строчки, штрудель на столе, звонки про «как дела», и по делам итоги, с усмешкой – мол, пора бы, брат, стареть. И всё – вода, вода и привкус желчи во рту, как только выглянешь в окно, где рыбьи силуэты славных женщин – твоих, забытых (ставим знак «равно»), плывут, листвой одеты проржавевшей, чашуетелая русалочья артель. Молчат, в мореттах* их молчанья вещи: художник нем, он снятая с петель дверь восприятий цвета, чувства, звука – всего, что делает художника слугой, а так… вода, свободна и упруга; лепи, что хочешь: мир, бесцветный – твой.

Художник усмехается, зевает: «Добудем цвет!», и кружку об пол бьёт: чем злей пустыня, шире посевная, и беспощаднее творящий идиот.

* Моретта (moretta), она же Servetta Muta (немая служанка) – овальная женская маска из чорного бархата, которую держали зубами за пуговицу, пришитую с внутренней стороны, что гарантировало молчание носительницы маски.