Милый Саша

Милый Саша, Гёзлёв* свои лавровы вары
Подмешал в малосольное варево дня.
В сентябре в Евпатории бары и пары
Нараспашку, прощально (простить и обнять!)
Открывают друг другу кофейное сердце.
Вспоминаю ли? Как же! Но сплю не одна,
Потому, что Гёзлёв-провокатор и льстец, и
Все бокалы «Бастардо» бездонны, одна —
ко.

2.
Ангел маленький трубит, о погоде говорит, держит по ветру трубу,
втайне ведает судьбу. Флюгер-регюлф, в море шторм. Что мне море! Ты мне что…

3.
Керкинитида*-кариатида.
Мрамор болит —
там лишай, здесь артрит
И, как нарочно,
Денно и нощно
Скифским баб′ём
Ближний дворик набит.
Кариатиде в Керкинитиде
Скучно стареть — пролетают века,
Пыль оседает… Утро седлает
Синюю лошадь на пляжных песках.
Так всегда.

4.
Сначала бронзово на млечное,
А после персико-мороженно…
Здесь бродит страсть остроконечная
Некрепко сдержанная ножнами.
Здесь древне-узкое ракушечно,
Мощёно камнем преткновенное,
И деревянным мясом пушечным
Растут костлявые растения.

5.
Ах, милый Саша, всё здесь милое!
Здесь жития святых трамвайчиков
С рассвета до ночи транслируют.*
И я мечтаю: «А заманчиво
Прожить остаток лет на пасеке
Деньков-колибри позолоченных…»
И улыбаясь, словно в такт себе,
Качаю глупой головой.

нувылитыйкитайскийболванчик

*Керкенитида, Гёзлев — ранние названия Евпатории.
*В Евпаторийском трамвае на мониторе непрерывно крутится история строительства линии и пуска первых трамвайчиков