Как прежде мы на звёзды не посмотрим…
Мы выбрались на крышу и, усевшись на ещё тёплый от дневного солнца шифер, некоторое время просто смотрели в ночное небо.
— Жаль, что ты проститутка.
Она улыбнулась, потом задумалась, потом рассмеялась, а затем спросила:
— Почему? Будь всё иначе, мы могли бы не встретиться.
— Кто знает. Возможно, при других обстоятельствах…
Жанна откинулась назад и положила руки под голову:
— При других обстоятельствах я была бы успешным биржевым брокером. Носила костюмы от Prado, отдыхала на скучных Мальдивах, посещала бранчи. Пила холодный цитрусовый раф. Словно усталая корова, жевала бы рукколу с пресной моцареллой. Фуа-гра, опять же. Сквош по средам с жизнерадостной и энергичной подругой, которая ездит на спортивной красной тачке и не может забеременеть. Особняк в престижном районе на берегу водохранилища. Ебучий бег трусцой по утрам. Массаж. Воровство прислуги. Вечный лай соседского пса Арнольда. Натянутая, как гандон на черенок от лопаты, улыбка на кислом ебале. Надутые губы. Тлен и скука. Унылая пресыщенность унылого бытия. Разве это жизнь, когда в жизни нет жизни?
Я тоже лёг и опёрся на локоть, чтобы лучше её видеть:
— А сейчас?
— А сейчас, милый, я проститутка Жанна! Человек с историческим ремеслом. Почётная шмара столичного района. Жрица, мать её, любви. Понимаешь? Могла бы быть Анжелой или Златой, но это так вульгарно для нашей профессии.
— Жанна твоё настоящее имя?
— Нет, конечно. Жанна, я только для тебя. Тем это и ценно. Разве нет? Сейчас я плыву по воле ветра.
— Безрассудства.
— Не важно. Всё равно ветер. Не одна я в поле кувыркалась, не одной мне ветер в жопу дул. Ты ещё про нравственность вспомни. Проститут.
Я засмеялся и закурил:
— Ну а чем я лучше? Ты продаёшь, я плачу. Сделка на равных. Реквизиты, оплата, подпись, печать.
Она погладила меня по щеке:
— А ты забавный. И при других обстоятельствах мог бы прекрасно замораживать соль.
— Как? Вернее, зачем?
— Ну а почему бы и нет? Ты знаешь хоть одного человека, который бы активно и осмысленно замораживал соль?
— Нет.
— Вот видишь. То-то и оно. А вдруг это твоё? Мог бы делать соляные игрушки или леденцы. Скажем, заказываешь у подрядчика пластиковую форму в виде Чебурашки. Засыпаешь солью и ставишь в шокер. После интенсивной заморозки в специальной сумке-холодильнике развозишь лакомство по лесным хозяйствам и продаёшь брутальным бородатым лесникам, пахнущим потом, перегаром и хвоей.
— Лесникам?
— А хули? Они их будут лосям раздавать. Знаешь, как лоси обрадуются. Или ты лосей не любишь?
— Да я как-то не думал.
— А ты подумай. Лось — животное величественное и правильное. С понятием. Не какой-то там баран. Но все считают, что олень куда пиздаче. Благородный, мол, красивый. Так надоели эти лесные стереотипы, просто сил нет. Лично я против оленей ничего такого не имею. Как, надеюсь, и они против меня. Но лось — вершина парнокопытной цепочки. Живой тотем лесного бурелома.
Я затушил истлевшую сигарету, которую почти не курил:
— Лось, между прочим, относится к семейству оленевых. Ты знала?
Жанна резко села и с удовольствием потянулась:
— А ты знал, что ты зануда? Эх, отсосать бы тебе хорошо для забавы, да время вышло. Продлевать будешь?
Мне показалось, что она собирается вставать, поэтому я тоже сел:
— Нет. Не располагаю финансовой возможностью. Я ведь не собирался, ну, это…
— Ебаться?
— Ага.
— Как странно. А с чего ты вообще решил, что я проститутка?
— Так ты же на остановке стояла.
— Ах, вот оно что. У тебя какое образование?
— Высшее.
— Хорошо учился?
— Прилично.
— И это тебя в высшем учебном заведении научили, что на остановках обитают проститутки? Интересно было бы заглянуть в твои конспекты по Основам Шмароведения. Одиннадцатое июля. Тема лекции — ареал обитания шлюх:
1) Дома публичные закрытого типа;
2) Притоны различного уровня;
3) Съёмные хаты (преимущественно для индивидуалок);
4) Стрёмные подворотни (дешёвый сегмент);
5) Остановки автобусного маршрута №112;
6) Депо троллейбусное (редко).
Жанна вдруг стала серьёзной и посмотрела мне в глаза:
— Я просто автобус ждала.
Глядя на неё, я никак не мог понять, шутит она или нет:
— А зачем же ты цену назвала? Честно говоря, я хотел у тебя нужный адрес спросить. Договорился с чуваком на Авито, что куплю у него пару виниловых пластинок. А навигатор меня два раза к Пятёрочке привёл.
— Ты открыл окно и спросил: Сколько?
— Просто идиотски пошутил. Я правда за пластинками ехал. Поэтому и деньги были.
— Ты меломан?
— Да.
— А по-моему, долбоёб. Разве меломаны себя так ведут?
— Зачем же ты тогда цену назвала? Секс за деньги — устоявшийся фундамент проституточного бизнеса.
— Решила поприкалываться, думала, отстанешь. Сказала наугад: двадцать тысяч. А ты, дурачок, согласился. Надо же, двадцатку отломил. Видимо, я себя недооценивала. Нужно серьёзно проработать кейс самооценки. Тебя что, цена вообще не смутила?
— Дорого, конечно. Но ты же красивая. Я подумал, элитная.
— Элитная проститутка на автобусной остановке? Да, видимо, ты точно меломан.
Я снова закурил, но теперь уже нервно:
— Ахренеть. А зачем в машину села?
Жанна пожала плечами:
— Двадцать штук на дороге не валяются. И потом, каждая женщина в душе немного шлюха.
— Но, ты же это… Ты трахаешься… Ну, блин… Ты так трахаешься…
Она мило улыбнулась и взъерошила мне волосы ладошкой:
— Что, меломан, понравилось?
— Конечно! Блядь, да я просто в восторге!
— А ты думал, я за двадцать штук лягу на спину, раздвину ноги и пока ты судорожно пыжишься с писюном, буду курить и пускать тонкие струйки сизого дымы в твой старый натяжной потолок? Я человек порядочный. С принципами.
Я обхватил голову руками:
— Жёваный крот! Вот это да!
Жанна взяла у меня из пальцев сигарету и затянулась:
— Вообще меня Олей зовут. Я менеджер по развитию в фармацевтической компании. Массово толкаю аспирин крупным сетевым брендам. Стабильный оклад, процент с продаж, отпуск два раза в год, оплата больничного, бесплатные обеды, парковка и куча халявного обезболивающего. Могу достать феназепам без рецепта. Находка, а не девушка. Не девушка — мечта. А ты чем занимаешься?
Забрав у неё сигарету, я поджал ноги и обхватил руками колени:
— Без троек закончил горный институт. Два года стажировался в Тибете вольным археологом. Искал редкий вид златоносной руды у подножья Кайласа. Потом была длительная экспедиция по пещерам Алтая. Вместе с коллегами искали белый торфяной уголь и доказательства существования снежного человека. Летом нашу группу накрыла кедровая лавина. Всех начисто завалило шишками. Выжил только я и поисковая собака по кличке Хрум. После длительной реабилитации вернулся в столицу, занялся химией. Иногда курю бергамот. Ну и так. По мелочи. Плету корзины из бумажной лозы. Недавно купил гончарный круг.
Жанна рассмеялась и толкнула меня плечом:
— То есть не повёлся на мою фармацевтическую чушь? Красава!
— Нет, конечно. — рассмеялся я. — Какой из тебя менеджер. Офисный планктон так не трахается. Тут чувствуется рука… Рот… Ну, в смысле, чувствуется профессиональный подход. Я, знаешь ли, не новичок.
— Может, я просто секс люблю.
— Так одно другому не мешает.
Жанна кивнула:
— Это факт неоспоримый.
Она села ближе и, просунув свою руку под мою, положила голову мне на плечо:
— Люблю смотреть на звёзды. Я шлюха-романтик.
Я промолчал. И она спросила:
— Звёзды складываются в созвездия. А созвездия во что?
— Есть системы. Солнечные, звёздные. Потом галактики. Галактика — словно город во Вселенной, где звёзды, планеты, пыль и газ вращаются вокруг общего центра.
— Как в Москве?
— Очень похоже. — снова рассмеялся я.
— А Вселенная больше галактики?
— Вселенная — это всё, что вокруг нас. Гигантская и необъятная паутина из миллиардов галактик, соединённых нитями тёмной материи и разделённых огромными пустотами.
— Пустотами?
— Да.
— У меня в душе такое бывает.
— В этих пустотах…
— Там много всего. — грустно перебила Жанна и крепче ко мне прижалась. — Этот вакуум нужно заполнять. Чем-то хорошим или приятным. Пусть даже сексом за деньги.
Какое-то время мы просто молча смотрели на звёзды. Через пару минут я высвободил её руку и поднялся:
— Пойдём в дом. Ты совсем замёрзла.
Жанна долго была в ванной. Мне почему-то показалось, что она плакала. Но когда она появилась, то была улыбчива и полна жизненного света. Она будто поставила непроницаемую ширму между той Жанной, что несколько минут назад была на крыше, и той, которой стала сейчас.
Я не хотел, чтобы она уходила, но понимал, что больше она не останется. И дело было совсем не в деньгах.
Мы попили чай, после чего Жанна суетливо засобиралась. Она буквально кружилась по комнате и что-то непрерывно щебетала. Потом схватила сумочку и, взяв меня за руку, потащила в прихожую:
— Проводи меня. И запомни на будущее: всегда лично провожай проституток. Иначе могут что-нибудь спиздить. Есть такое незыблемое правило, меломан: Товарищ! Со шлюхами будь начеку!
Уже в дверях она обернулась и, притянув меня к себе, нежно поцеловала в щёку:
— А про замораживание соли ты подумай. Мне кажется, у тебя призвание к соляным Чебурашкам. Лоси ждут тебя, меломан.
Закрыв за ней дверь, я решил посмотреть телевизор и, подойдя к журнальному столику, на котором обычно лежал пульт, обнаружил на нём двадцать тысяч и белую визитную карточку.
