В. Пелевин: фейки и тролли при игре в пинг-понг
В. Пелевин «Возвращение Синей бороды», 2026
Итак — очередной (точнее — внеочередной, вышедший раньше срока, к которому автор приучил уже своих постоянных читателей) онтологический карго-опус Пелевина. Роман? Повесть? Эссе? Об этом — позже.
Утомившись ожидать, что читатель правильно считает основной message произведения, Пелевин четко проговаривает его в самом конце основной части текста: мы, человечество — одно целое, вне времени и пространства. Все мы — и монах в келье и Джефри (Женя) Эпштейн на острове, и император Тиберий и Жанна Д'арк. Все мы — одно (только это — не мы, как добавил бы «АукцЫон») и неважно, куда мы смотрим, впереди — только смерть. Важно — откуда мы смотрим.
Никакой цели достичь невозможно — потому что ее нет, но не стоит расстраиваться — она уже достигнута, именно потому — что ее нет. И значит — мы уже победили (понять бы кого, Виктор Олегович. И кто именно победил... Простите, это я уже на стилистику книги срываюсь).
Такую мораль произведения дает нам один из авторов/героев. Но я бы с осторожностью относился ко всем таким открыто выраженным финалам — за трогательной пафосностью этой изжеванной и достаточно банальной мысли автора/героя мне видится ироничная улыбка автора-Пелевина, а этот финальный мыслемонолог похож на наживку для не очень внимательных сетевых литературных критиков, которым и в этом романе Пелевин с удовольствием отвешивает изрядную порцию глумления и издевательств...
Цитата:
«Стареющие литературные дамы, принимающие свою менопаузу (и вызванную снижением эстрогена умственно-эмоциональную деградацию, т. н. анхедонию) за увядание чужого таланта, примитивно, неверно и глупо пересказывают чужой опус, смысла которого они не поняли от слов «две тупые манды», а потом обрушиваются на собственный дебильный и полный передергиваний пересказ с предъявлением моральных претензий…»
Вот для них «окончательный автор» (с этим термином мы еще разберемся) и подсовывает (возможно) это моралите:
Цитата:
«И вдруг… Бац — и внезапно, без всякой подготовительной мысли, ты замечаешь, что стоишь под волшебным фонарем. Сквозь тебя и все остальное льется невидимый свет. Спокойный, вечный. Он был здесь до Большого Хлопка и останется после Большого Чпока. Точнее, не «до» и не «после» (физик обидится, и будет прав), не «рядом» и не «вместо». И даже не «сквозь», как ты сначала подумал. Подходящего предлога в нашем языке нет…
«Этот свет за пределами всего, что можно знать или не знать. Нельзя даже сказать, что он «есть» в обычном смысле. Он совершенно не затронут появлением и исчезновением т. н. «мироздания» (не говоря уже о «тебе»), и рассуждать о «твоих» взаимоотношениях с его источником (чем немедленно начинает заниматься любой философ) — это невероятно пошло и смешно, и означает одно: ты так ничего и не понял.
И что?
Да ничего. Ты просто идешь дальше по коридору, улыбаясь и кивая головой.
Герой уже спасен. И весь мир тоже…»
Что-же. Красиво. Пафосно. Духоподъемно. Но мы же все помним рассказ «Синий фонарь» 1991 года из «раннего Пелевина». Не так ли, Виктор Олегович?
И стоило ли ради этого новый забор городить, то есть — новое номерное Произведение?
Я хочу предложить другой взгляд на эту книгу, но об этом позже.
«Возвращение Синей бороды (содержит секретные файлы и нецензурную брань)». Что за название такое идиотское? «Новые приключения Буратино (включая запрещенные цензурой оргии с лисой Алисой и Мальвиной)» — вот что напоминает это название. Откуда этот mauvais goût? А это уже автор включился в свою игру:
Цитата:
«Структурно «Синяя Борода» весьма похожа на предыдущий талмуд ... — «Искусство Легких Касаний». ... Альтернативное авторское название «Синей Бороды» – «Голубоватый Свет Истины». Оно, как нетрудно догадаться, было отвергнуто российскими издателями по нормативным соображениям».
Значит, эта книга является продолжением «Искусства легкий касаний» и должна была называться (вполне в стиле) «Голубоватый Свет Истины»... Но времена нынче такие, что Цензуру лучше не злить — и Пелевин с удовольствием включается в эту игру, доводя «дурацкость» до вполне изящного «абсурда»:
Цитата:
«Сорос, Бафомет, Ариман (Сорос уже объявлен иноагентом, Бафомет с Ариманом скоро допрыгаются).»
Еще цитата:
«Описанные в книге люди, события и обстоятельства — вымышлены. У героинь и героев нет конкретных прототипов в реальном мире. Любые утверждения об обратном являются провокацией или хайпом.
Всякое сходство с экстралингвистической действительностью случайно. Любая попытка обнаружить в книге какие-то намеки и параллели является вредительством.
Высказывания и мнения героинь и героев, их стихи, проза, слоганы, видения, галлюцинации и идеологемы не выражают позицию автора, не являются его прямой речью и служат исключительно целям выпуклой лепки художественно убедительных образов.
Попытки литературных критиков, либеральных спикеров, народных вождей, мировых правительств, масонских лож и сатанинских культов спровоцировать автора на полемику или гневную отповедь обречены на провал. Автор не микробиолог и выходит пахать только к курьерскому. »
Самым же любопытным в этом произведении мне показался художественный способ, с помощью которого автор-Пелевин (опять употреблю термин «окончательный автор») нам весьма выпукло рисует мысль о том, что наше бедное «Я» — всего лишь шарик в пинг-понге, который ошарашенно прыгает по столу и мечется между ударами ракеток фейк-симулякров и тролль-симулякров...
Как бы сказать это очень просто, пусть и неточно: есть НИЧЕГО, которое запускает ВРАНЬЁ о себе в мозг индивида (удар ракеткой, шарик-сознание_субъекта летит на другую сторону стола); и есть ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО над ВРАНЬЁМ, которое с другой стороны стола отправляет ударом ракетки шарик-сознание_субъекта обратно... Игра эта идет постоянно, шарик прыгает как оглашенный и, в процессе этой игры думать и как-то осознавать себя у шарика нет никакой возможности. Как тут думать, когда постоянно от фейк-симулякров и тролль-симулякров получаешь то по голове, то по жопе...
Но даже не сама эта мысль заинтересовала меня в этом Произведении. Стоп. В каком Произведении? Что это за Произведение? Это, вообще — роман? Повесть? Эссе?
А это, братцы мои, не что иное, как игра в пинг-понг между Фейк-Симулякром и Тролль-Симулякром в голове читателя. Сам автор (один из авторов/героев, а еще точнее — Тролль-Симулякр автора) пишет об этом очень благородно:
Цитата:
«Это не традиционный роман, а пастиш, салат — не только с излишествами, но и с отсутствием элементов, которые принято считать обязательными. Тем не менее, рыхлая раздутая фактура придает тексту своеобразное очарование. В этот гипнотический омут можно нырнуть в любом месте — и вынырнуть в любом другом. <...> У художественных текстов часто бывает два этажа. Во-первых, сама история, которую рассказывает автор (многим читателям довольно ее, и это нормально). Во-вторых, невидимая надстройка над сюжетом: то, что автор дает понять.»
Но давайте посмотрим на структуру этого «салата»:
Есть несуществующий (симулякр) роман на тысячу страниц некоего Голгофского, очень известного несуществующего писателя (Фейк-Симулякра Пелевина). Читать который скучно и неинтересно (к тому же его и не существует).
Поэтому Некто (якобы) пишет за деньги для VIP-подписчиков своего канала развернутую аннотацию этого романа. Для тех, кто обладает деньгами, интересуется творчеством писателя Голгофского, но не имеет времени читать все целиком и самостоятельно расшифровывать смыслы прочитанного.
Эту выжимку из несуществующего романа НЕКТО сопровождает своими мыслями, ироническими и критическими замечаниями по поводу самого романа, сюжета, автора, его фобий, слабостей и умственных способностей. Троллит автора романа. Иногда — зло, иногда сострадальчески. Это Тролль-Симулякр Пелевина.
Вот эту развернутую аннотацию (по сути — критический разбор несуществующего произведения) мы и читаем. Именно это и выдается за новый роман Пелевина. Именно так окончательный автор и развлекается, зарабатывая себе на хлеб. Не так ли, Виктор Олегович?
Стоит ли тут добавить, что подобным приемом автор еще ставит в дурацкое положение своих многочисленных критиков? Как обвинить в самоповторах, мачизме, гомо и англофобии, грубости и прочем окончательного автора, если тролль-симулякр автора уже много раз это сделал в самом произведении относительно фейк-симулякра автора?
И, как будто этого мало, Пелевин вводит в произведение еще ненаписанную критику на этот еще невышедший роман:
Цитата:
«Мат, использованный автором, строго функционален и является неотъемлемой частью художественной ткани: он необходим для надлежащей эмоциональной накачки и придает произведению отмечаемую критиками народность.
Написание термина «ж*па» через похожую на сжатый сфинктер звездочку служит двум целям — исполняет рекомендацию контролирующих инстанций и превращает слово в идеограмму.
Хочется особо отметить постыдную трусость Голгофского, отказывающегося возвысить свой голос на определенные темы, перечислить которые я не могу по цензурным соображениям, поскольку не хочу лишаться возможности приезжать в Россию с выступлениями и лекциями.
Муся Боцман.»
Красиво же.
И вот эта игра в пинг-понг (на мой взгляд) — и есть самое интересное в этом произведении. Интереснее сюжета. Свежее мыслей, которым уже несколько тысяч лет (и которые, увы, не перестают от этого быть менее актуальными).
Вот только немного печалит, что игры ПУСТОТЫ с ВРАНЬЁМ и НАСМЕШКОЙ все-равно на выходе дадут только ПУСТОТУ. «В ж*пу ваш метамодерн», — как написал бы писатель Голгофский.
Рекомендовать к чтению могу только любителям позднего Пелевина. Тем, кому интересно поиграть в подобный пинг-понг. Мне интересно. И играю в игры, предложенные Пелевиным. Он меня временами раздражает, временами трогает, а значит — я к нему неравнодушен.
P.S. В эпилоге, в духе описываемой темы, я мог бы добавить предполагаемые комментарии на этот текст. Я приблизительно догадываюсь — о чем они будут. Но предоставлю это сделать вам.