Возвращение в Чунга-Чангу. Часть вторая. Возвращение в Заюжноморье. Глава 1

В день отъезда машину выгнали с дворовой парковки — бордюры менять. Воля ваша, коллеги, но мне кажется, что это уже не просто жажда денег, это что-то психическое. Авто перегнал на охраняемую парковку, причём экзотическую — на крышу.

К тому времени, когда подъехало такси, двор совсем разбомбили, и пришлось скакать с чемоданами окольными путями.

В аэропорту моя шляпа не прошла проверку, и застряла в чреве сканера. Сам я криво вставил паспорт на контроле, потом сканернул не тот код на посадочном талоне, но спалился всё-таки на отпечатках пальцев и отправился к человеку на контроль оформлять выезд из страны.

Самолёт как-то подозрительно долго стоял на взлётной полосе, но потом резко набрал скорость и как-то экстренно взлетел. Я выдохнул.

 

В Пекине был через 8 часов, где совершил первую глупость: пересадка была три часа, а мы без всякого перекура зарулили в зону вылета, лишив себя радости вредной привычки. Позавтракали, взяли кофейку.

Местный перелёт был обратно пропорционален — самолёт меньше, а разгон по взлётке дольше. Ну и летели долго на небольшой высоте, разглядывая китайские пейзажи. Почему чуть больше двух тысяч километров самолёт летит четыре часа, я так и не понял.

Первое, что меня поразило в аэропорте Фенкс, города Санья, так это то, что аэропорт неправильный. В прошлый раз я прилетал в другой — в пошарпаный, скромный и с полуторачасовой очередью. Здесь же всё красиво, цивильно и через пятнадцать минут с чемоданом на выход. А всего-то разница — тогда был прямой рейс из Москвы, а сейчас из родного Пекина.

Первым делом попросил зажигалку у трансферного водителя, который нас встретил в зоне прилёта. На табличке значилась моя фамилия и «-1». Уже по дороге понял, что он не в силах был написать «+1», так как прямой крест в китайском — иероглиф «ши» — «десять». А вот как раз минус — иероглиф «и» — «один»

У аэропорта стоят три автосалона — Мерседес, Лексус и BYD, намекая на равноценность этих торговых марок.

Ехали, и я перечислял все не закрытые гештальты: побывать в парке Ялувей (сравнить, где круче стеклянный мост и скатиться по водяному желобу), позагорать там же, в бухте Ялонг-бей (у подножия парка), сбегать к самой высокой точке острова — горе ВуЧжиШань (Пять пальцев), и съездить в столицу острова — город Хайкоу.

Где-то в половине седьмого вечера были в гостинице. Нас встретил гид прямо на крыльце, отобрал паспорта и ваучер, и ускакал на ресепшн — оформлять наше заселение. У него рабочий день заканчивался. Только успел ему пробормотать, тормозя на подборе слов «вомен сюяо зуэй хао фанзьеен. Нанце (нам нужен самый хороший номер. Южная сторона). Улыбнулся знакомой табличке у лифта — с «побби» и «запом заседания». Ощущение было такое, что я приехал не в другую страну, а вернулся домой из долгой и трудной командировки.

Номер достался хороший — на восьмом, последнем в этом корпусе этаже. Не то, чтобы совсем ближе к югу, но южнее, чем год назад — больше угол обзора моря. Для среднего ценового сегмента, действительно «зуэй хао».

Приняв душ и переодевшись, пошли ужинать в ресторан Восток — он через дорогу, метрах в двухстах. Хозяин заведения был на месте, но меня, кажется, не узнал. Ну, это большая самонадеянность с моей стороны. Подарил ему шоколад с Тамбовским заснеженным волком, и чётко отрапортовал заученную фразу — «в прошлую среду в Москве шёл снег!»

— Так холодно? — изумился он, — бр-р.

И принял у нас заказ.

Наверное, во многих странах хозяева небольшого бизнеса работают наравне со своими сотрудниками. Я знаю о двух: так происходит в США (это мне рассказывали) и вот здесь.

Надо ли говорить, что заказ я делал хитро — заказывал только то, что мог произнести на китайском, не заглядывая в переводчик. Впрочем, получилось неплохо — пельмени, салат из огурца с чесноком, креветки. Даме — пиво с дороги (оно там в подарок), себе сок.

Огурцы с чесноком, по уверению ресторатора, повышает потенцию. «Креветка» на китайском звучит смешно — «сЯаА», «ся» в третьем тоне.

Мой китайский похвалили. Вот они, слава и признание! Я прекрасно понимал, что говорю крайне плохо, и мне льстят по причине того, что я — клиент. Директор был ханец, говорил на путунхуа и прекрасно говорил на русском:

— Надо много говорить. Когда много говорить, хорошо говорить. Ничего-ничего. Будешь много говорить, будет легко.

Довольные и сытые, пошли спать. Перед сном нашли русские каналы на телевизоре: № 42 — китайский канал для русских (показывали природу) и № 43 — Россия 2 (показывали Скабееву). Вырубились под природу.

 

Утром вышел на балкон, закурил сигарету. Гонзали какие-то птицы, которых я в прошлом году так и не опознал. Тут же взялся за дело — полез в планшет с гостиничным халявным интернетом. Это местные скворцы, с названием «Хохлатая майна». А так же вира, мать её. 

 

Сразу после завтрака отправились в «зап заседаний» — получать инструктаж и покупать экскурсии.

Купил три — на Яноду, на Вучжишань — чай собирать, и в Хайкоу. В Ялувань решили ехать самостоятельно, это не далеко.

Русский гид Сергей красочно рассказал о центре здоровья «Радуга» и выписал ваучеры на экскурсии, причём понизив нас в статусе — вместо номера 819, в ваучере указал 319, который «гарден вью», значительно дешевле. На первой экскурсии из-за этого была путаница.

Пошли оздаравливаться. Диагностика была бесплатная. Ага, «я нашёл у себя признаки всех болезней, кроме родильной лихорадки». У меня были поражены лёгкие (запах сигарет), печень (избыточный вес) и вообще, китайский эскулап удивился, как я ещё жив-то до сих пор. Мне нужны были прямо сейчас иголки, массаж, банки и нити для похудания. И вообще я должен не вылезать из их больнички, а то помру. Я напор выдержал, а вот моя дрожащая половина... не знакомая с методами MLM... стоило мне увлечься массажем...

В этот день мы пошли встречать закат в парке Лухуэйтоу — Олень повернул голову.

 

Если ты не в составе группы, то обязан, как иностранец, предъявить паспорт. Предъявили. Вошли. Увидели первый скульптурный комплекс — стариков.

— Вот я и вернулся, — у меня, кажется, навернулась слеза, — не прошло и года...

На карчике поднялись в гору, где сразу начала отвисать челюсть, хотя тут уже бывали. Вид открывался сказочный.

На ступеньках китаяночки изображали принцессу из легенды. Вчетвером, для правдоподобности.

Как и в прошлом году, перед стеклянным мостом, завтра в Яноде, проверил себя на стеклянном балконе в Лухуэйтоу

Забрался к верховному оленю

Вниз на карчик не сели, спустились с горы пешком, это где-то полтора километра по спирали. Внизу были немногочисленные предложения такси. Мы бочком-бочком проскользнули мимо пары зазывал и упёрлись в какого-то аборигена.

— Куда? — спросил он.

— Интай дьюдиен

— Куда?

— Интай, — упростил я адрес, отбросив слово «гостиница». Китаец под страхом казни не выговорит «ИнтайМ», а уж полное название — Саншайн Резорт Санья Интайм, чую, сочинял кто-то для хорошего троллинга, причём по укурке.

Таксист попросил карточку гостиницы, я протянул.

— А, Интай! — сообразил он и повёл нас к машине.

— А я, что, блядь, сказал? — бормотал, следуя за водятлом. Тут даже в тоне ошибиться нельзя.

— Так и сказал, — подтвердила Марина

Он нас подвёл к красавцу-кроссоверу Li на гибридной тяге. Ох, мечта...450 лошадей, разгон до сотни за 5,5 секунд, полный привод, полный электрический фарш, включая автопарковщик, подбери слюни, Гешин, ты — нищеброд... Сколько же он запросит за такой шикардос?

Запросил он двадцатку, как если бы мы ехали на маленьком седанчике. Никак сознание не расслабится — здесь эта машина не стоит столько, сколько в Москве.

До гостиницы не доехали, вышли у ресторана «Хайнань». Теперь он назывался «У Лёши». Попытки использовать там китайский рассыпались — сменилось не только название, но и владелец. Кажется, новые хозяева из Таиланда. Разговариваем на русском. Но поели вкусно, как и раньше. И по-прежнему, можно было курить.

 

***

В Яноде мы были в прошлом году, но не задумываясь взяли экскурсию — уж больно там раеобразно. И решили в этом году съехать по тросу в конец пути после моста.

Руководила заездом задорная девушка Екатерина, модельной внешности:

В парке было изменение: в центре площади стояли лошади, потому как год лошади. Они их перетаскивают, эти статуи, согласно календарю

На карчике быстро доскакали до станции фуникулёра, и покатили к мосту:

Мост, разумеется, на входе лопается:

Но стоит надёжно:

Совершил положенные ритуалы, сел на стекло и изобразили иероглиф «да» - «большой»

Виды с моста. Просто уходить не хочется:

Но действуют жестокие запреты:

Сразу после моста начинается канатка — съезд по тросу через долину. Селфиться и фоткать друг друга там затруднительно, но выглядит это так:

По моей субъективной оценке, скорость где-то 30 км/ч — не сильно в ушах свистит. А вот как тормозить, я задался вопросом уже на полпути. Оказалось не сильно страшно — несколько ловушек тормозят сцепку, только ноги вверх задираются.

 

Далее был моё любимое место — подвесной мост. Его тут называют «Третий мост», почему — не знаю. К нему ехать тоже на фуникулёре:

Мост венчает башня, у которой никак не могут сосчитать ступени. Катя говорит, что 129 (но с её ногами можно две за одну), я насчитал 150. Следующий, кто за мной спустился — 160.

По дороге на приём пищи нас встретили туземцы, которые работали туземцами в данном парке.

Погуляв ещё немного после обеда, поехали домой, довольные жизнью.

 

Продолжение следует