космонавт
Рубиновый вечер сквозил пустотою —
Видать, марсиане пробили портал.
И ёмкое русское слово простое
Спешило с досадой пальнуть изо рта…
*
Простор освещая лицом ебаната,
Слегка подволакивал ноги мужик.
В народе прозвали его космонавтом
За шырость улыбки и щедрость души.
В лиловом плаще с грязноватым подбоем,
В кашне, кирзачах и штанах галифе.
Казалось, что он удивительно болен,
Немного разбит и слегка подшофе.
Фигурой похож на античного бога.
Курсорами чёрных игольчатых глаз,
Как звёздное небо, он девушек трогал
За жопы и сиськи «системой ГЛОНАСС».
Но часто бывало, что напрочь с радаров,
На месяцев пять, словно омуль под лёд,
Внезапно и вдруг, как факир, пропадал он.
В народе шептались: Отправлен в полёт…
«Ушествия» (тут не поймите двояко)
Всегда освещались то чудом, то сном, —
В тринадцатом в парке поймали маньяка,
В семнадцатом вражеский выслан посол.
В шестом неприсутствие блудного сына
Совпало с падением цен на бухло.
В двадцатом явили для мира вакцину,
И снова открыт гастроном за углом…
Полгода прошло, как исчез он.
С тревогой
страна осторожно встречает зарю.
В тумане не видно ни чёрта, ни бога.
Земля отбивает шифровки:
…Горю!
…Спасите!
Безмолвен космический разум
В преддверии краха последних потуг, —
Внезапно подкрался — практически сразу.
Небесный торшер заискрил и потух.
Да, нынче намного серьёзнее дата —
Крушение мира и прочий звиздец.
Всё плохо. Но верит народ в космонавта
В Москве, на Аляске, в Дубае — везде
**
Он шёл, в темноту запрокинув хлебало,
И что-то вопил на своём языке.
Луна сумасшедшая сверху кивала,
И звёзды всё чаще входили в пике
***
Весеннее утро вселяет надежду
На радость, на счастье, на жизнь вообще…
Вот, в небе — Большою и Малою между —
Гляди же — фигурка в лиловом плаще!