Суд над Робинзоном Крузо
(Трагедия Одиночества, Поэма Признания)
Действующие лица:
- РОБИНЗОН КРУЗО: Осужденный на вечное одиночество, обвиненный в его освоении.
- СУДЬЯ (Голос Времени): Бесстрастный, всевидящий.
- ПРОКУРОР (Эхо Цивилизации): Обвиняет в захвате природы.
- АДВОКАТ (Шепот Внутреннего «Я»): Защищает право на бытие.
- ПЯТНИЦА (Символ Освобождения): Присутствует как свидетель перемен.
- ХОР (Шум Океана и Ветра): Комментирует происходящее.
Сцена: Безлюдный остров. Голая скала, на ней — грубый стул. На заднем плане — океан, за ним — призрачный силуэт корабля.
(Занавес поднимается. Робинзон Крузо, одетый в грубые шкуры, сидит на стуле, погруженный в себя. Вокруг него — лишь песок, камни и шум океана. Входит Судья, занимает свое место на возвышении.)
СУДЬЯ:
Начинается суд. Обвиняемый, Робинзон Крузо. Перед тобой — бескрайнее море, твой единственный свидетель и твой вечный судья. Ты обвиняешься в колонизации одиночества, в подчинении природы, в возведении стен там, где были лишь горизонты.
ПРОКУРОР (Голос, напоминающий крики чаек):
Он пришел сюда с кораблем, принес сюда цепи разума! Он сделал остров своим рабским имением, а дикаря — своим рабом! Он запер дыхание природы в клетки из страха и правил! Он превратил свободу в тюрьму, а стихию — в закон!
(Хор шумит, имитируя шторм.)
СУДЬЯ:
Крузо, что ты ответишь на эти обвинения?
(Робинзон медленно поднимается. Его взгляд устремлен вдаль, за пределы острова.)
РОБИНЗОН:
(Тихо, но с нарастающей силой)
Я пришел сюда, сломленный. Море было моим единственным уделом. И я…
(Робинзон поднимает руку, как будто держа невидимое слово.)
Я и Чины — ИСЧЕЗНИ.
Я и Гордыня — ИСЧЕЗНИ.
Я и Тщеславье — ИСЧЕЗНИ.
Я и Границы — ИСЧЕЗНИ.
(Его голос становится тверже, наполняясь новым смыслом.)
Я и ПОБЕДА — ЗДЕСЬ.
Я и БЕССМЕРТИЕ — ЗДЕСЬ.
Я и ВЕЛИЧИЕ — ЗДЕСЬ.
Я и ПРИЗНАНИЕ — ЗДЕСЬ!
(Он поворачивается к Прокурору, затем к Судье, его голос наполняется мощью, которая, кажется, исходит из самого острова.)
Я и Грязь — НИКОГДА.
Я и Тень — НИКОГДА.
Я и Цепь — НИКОГДА.
Я и Прах — НИКОГДА.
(Он делает шаг вперед. Его взгляд становится пронзительным, проникающим в самую суть бытия.)
Я и СЛОВО — ВСЕГДА!
(В этот момент появляется Пятница, тихо, с почтительным поклоном.)
АДВОКАТ (Шепот, как шелест пальмовых листьев):
Ваша честь, он не колонизировал одиночество. Он осмыслил его. Он не покорил природу. Он услышал её. Он не возвел стены. Он нашел себя.
ПЯТНИЦА:
(Тихо, на своем языке, но его смысл понятен всем)
Крузо — не царь. Крузо — человек.
(Хор затихает, оставляя лишь шум прибоя. Свет фокусируется на Робинзоне, который теперь выглядит не осужденным, а вновь обретенным.)
СУДЬЯ:
(После долгой паузы)
Обвинения… снимаются. Дело закрыто. Остров не колонизирован. Он стал… пространством. Пространством для слова. Пространством для «Я».
(Робинзон медленно опускает руку. Он смотрит на океан, но теперь в его взгляде — не отчаяние, а мудрость. Он — король не острова, а своего собственного внутреннего мира.)
Я И ТРАГЕДИЯ — ЗДЕСЬ.
Я И ОСМЫСЛЕНИЕ — ВСЕГДА!
(ЗАНАВЕС)
(с) Юрий Тубольцев