Она запрещает...

Она запрещает себе думать о нём, шепчет: «Нельзя, нельзя...
Господи! Откуда ты взялся на мою голову?»
Репетирует взгляд перед зеркалом — поверх головы скользя.
А тоска в груди разлилась расплавленным оловом.

Она запрещает себе смотреть на него, но не отводит глаз,
Засыпая, видит во сне, хочет разбить будильник...
Боится своих желаний — ах, если бы ангел-хранитель спас,
Без толку не кружил, а дал бы уже подзатыльник!

Она запрещает себе говорить с ним, слушать и слушать голос —
В голосовых сообщениях слышится невесть что...
Запрещает сердцу неровно стучать, в костёр подбрасывать хворост,
Кормить надежду с руки забубённой своей мечтой.

Она разрешает себе жить как ни в чём ни бывало — с улыбкой.
Воображает, что омут — это зеркальная гладь.
Звучит печальной шарманкой, а в его руках запела бы скрипкой...
Пытается жить по совести,
Забывая дышать.