Апрельский сон

Двадцать лет назад в какой-нибудь день со сдвоенной алгеброй, я как обычно прогуливала школу под окнами Стёпиной хрущевки, пока он шёл на золотую медаль.

Оказывается, я не вернулась домой.
Это мне открылось весной, в начале апреля прошлого года, когда листья и трава только-только проклюнулись. В один из выходных дней я неожиданно для себя забрела в тот район, где Стёпа жил в наши школьные годы — между Ваганьковским кладбищем и Москва-Сити.
Возле Стёпиного дома номер (какая разница?) лежала спящая бомжиха.
Мне казалось, что я как-то получила аттестат, поступила в университет, как-то где-то работала, как-то где-то с кем-то что-то...
Нет.
На самом деле все эти годы я лежу у стены пятиэтажки. Лежу за неровной деревянной оградкой под выцветшим бледно-зеленым одеялом с розоватыми то ли слониками, то ли верблюдами, промахнувшись головой мимо грязно-желтой подушки. Мои сизые губы неспокойны и будто целуют кого-то невидимого. Глаза полуоткрыты и пусты.
Вот она — я.
Бездомная в сонном параличе под холодным боком дома, который никогда не откроет двери.
И нет рядом с этой усыпальницей ни плиты с именем, ни обломка печенья для птицы, ни лавочки для того, кто её помнит. Даже я, оказывается, что-то уже забываю. Сколько я плутала по Пресне в поисках этого места, этого дома, рядом с которым я провела свою печальную юность со сдвоенными уроками алгебры?..
И вот я нашла его.
И тебя.
Безнадежная любовь моя.
______
«Если я подниму с земли подушку, и задушу ее — все закончится. Вот сейчас подойду к ней, возьму подушку, положу ей на лицо и подержу несколько минут. И все навсегда закончится»
«Надо уходить отсюда».
_____
Любовь моя безнадежная.
Спи спокойно.
Во сне нет жизни, но и смерти — тоже.
Нет ни начала, ни конца стены.