Суд над Стефаном Цвейгом

 

Метафизический реквием в одном чемодане

 

Место действия: Номер отеля в Петрополисе (Бразилия). Окно открыто в душные джунгли, но внутри комнаты — холодный сквозняк из венских кофеен начала века. На столе — пустой флакон и стопка рукописей, пахнущих старой кожей и обреченностью.

Действующие лица:

• СТЕФАН: Человек безупречных манер и надломленного сердца. Его костюм отглажен для встречи с Вечностью.
• ОБВИНЯЮЩИЙ (ГОЛОС НАСТОЯЩЕГО): Скрежет гусениц по брусчатке, крик пропаганды, лязг засова.
• ТЕНЬ ЕВРОПЫ: Прекрасная женщина в вуали, чье платье сшито из обрывков сожженных партитур Моцарта.

 

 

 ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ: ГРАНИЦЫ И БЕЖЕНЦЫ

 

ОБВИНЯЮЩИЙ (Голос):

Стефан Цвейг! Ты обвиняешься в дезертирстве из Времени! Ты сбежал за океан, но не смог сбежать от своей тени. Ты оплакиваешь «Вчерашний мир», когда Сегодня захлебывается кровью. Почему ты не взял в руки меч, а взял лишь перо и яд? Ты — эстет, бросивший дом в огне ради мечты о тишине!

 

СТЕФАН: (Медленно завинчивает колпачок золотого пера)

Мой дом не стены. Мой дом — дух, который вы превратили в казарму. Я не дезертир, я — последний гражданин мира, который больше не существует. Вы стерли границы на картах, чтобы нарисовать их на сердцах. Я не могу дышать воздухом, в котором нет кислорода культуры. Мой «Вчерашний мир» был несовершенен, но он был человечен. Ваше «Сегодня» — это триумф воли над смыслом.

 

 

 ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ: БЕЖЕНЕЦ В БЕСКОНЕЧНОСТЬ

 

ТЕНЬ ЕВРОПЫ: (Шепчет)

Стефан... Мы опоздали. Вальс смолк. Скрипки разбиты. Зачем ты хранишь эти письма?

 

СТЕФАН: (Встает, и комната начинает медленно заполняться призрачным светом золотого века. Он произносит Манифест Уходящего Света)

 

Я и Грязь — НИКОГДА.

Я и Тень — НИКОГДА.

Я и Цепь — НИКОГДА.

Я и Прах — НИКОГДА.

Я и Хаос Варваров — НИКОГДА.

 

Я и КРАСОТА — ВСЕГДА!

Я и СВЕТ — ВСЕГДА!

Я и СЛОВО — ВСЕГДА!

Я и ПАМЯТЬ — ВСЕГДА!

Я и ЕВРОПА ДУХА — ВСЕГДА!

 

Я и Я — ВСЕГДА!

 

 

 ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ: ВЕРДИКТ ВЕЧНОСТИ

 

ОБВИНЯЮЩИЙ (Голос):

Твой вердикт — поражение. Ты уходишь, оставляя мир зверям. Твоя нежность — твоя погибель.

 

СТЕФАН: (Кладет руку на рукопись «Шахматной новеллы»)

Нет. Моя нежность — моё спасение. Вы можете сжечь книги, но не можете убить ностальгию по Чистоте. Я ухожу не потому, что проиграл, а потому, что закончил свою часть партии. Я сохранил Слово в чистоте, пока вы мазали его сажей. Ищите меня в тишине библиотек, когда устанете от грохота пушек.

 

(Стефан гасит лампу. В темноте джунгли снаружи внезапно расступаются, и на миг в небе Петрополиса загораются огни старой Вены. Слышны далекие звуки вальса, переходящие в тихий шум дождя.)

 

ЗАНАВЕС.

(с) Юрий Тубольцев