Друзья-товарищи, коллеги и музыканты. Костя Евсеев

На фото: Костя Евсеев

Впервые про Костика я услышала на одном из педсоветов ещё в первые годы своей работы в училище. 

 Суровая тётенька требовала наказать студента Евсеева по всей строгости, ибо он перешёл все дозволенные границы по отношению к её ученице.

При этих словах  педагоги оживились, посыпались вопросы с мест

 - Как именно перешёл, какие точно границы, один или в сговоре, будет ли теперь жениться, как порядочный?

Обвиняющая  ледяным тоном попросила не ёрничать. "Серьёзный же вопрос, товарищи!  Задета честь девушки. Нанесено несмываемое оскорбление.

 Словом.

Да таким неприличным, что не смогу произнести".

Тут уж всем стало очень любопытно, насколько именно неприлично словесное оскорбление.

Долго пытали выступающую, грозили, что только так можно определить степень вины и выбрать  соответствующее наказание

Преподы шёпотом обменивались друг с другом предполагаемыми вариантами, короче, педсовет резко перестал быть скучным.

В итоге то самое слово было произнесено.

"Овца!" - торжествующе и веско произнесла обвинительница.

"И не надо хихикать! Вы просто не понимаете весь глубинный смысл этого оскорбления! Для молодой  порядочной девушки это самое страшное, что она только может услышать в своей жизни!"

Народ опять оживился:"А не та ли это девушка, за которой каждый вечер бандосы на иномарке заезжают?"

Председатель собрания постучал по графину с водой, призывая к тишине, и вынес вердикт:"Пусть сами разбираются, кто кого и как обозвал. Никто из нас при ссоре не присутствовал, так что слухи и сплетни - не повод для обсуждений".

Коллектив разочарованно выдохнул, и педсовет пошёл себе дальше по повестке.

Мне стало интересно, что это за студент такой. Оказалось - обычный парнишка-баянист, настолько разлюбивший свой баян, что потихоньку съезжал с "троечников" в неуспевающие с последующим отчислением. Ну а пока развлекался тем, что в оркестре баянов свою партию играл строго на секунду ниже. И не всем подряд, а только когда зачёт по дирижёрской практике выходили сдавать  отличники-ботаны.

Потом начался период создания первой компьютерной лаборатории, и Костик понял - вот он, шанс!

Сначала Сан Саныч Галушко использовал парня как Ваньку Жукова, принеси-подай. Потом заметил, что мальчонка-то смышлёный, начал приобщать к новым компьютерным технологиям. И так это у Кости легко стало получаться, что с народного отдела он перевёлся на теоретическое, под крыло всё к тому же Сан Санычу.

Второй раз я пересеклась с Костиком уже в новом здании, заходила иногда к ним в лабораторию. И однажды случилось такое, что  лично меня потрясло до глубины души.

Училась у меня по фортепиано девочка Оксана, в которую тогда Костя был влюблён. И вот зашла я в лабу, Галушко куда-то убежал, а Костя хитренько так говорит: "Хотите покажу, как я научился с компом ладить?"

И запустил какую-то игру, бродилку-стрелялку. Я вежливо смотрю и вдруг с изумлением вижу, что персонажи бегают по не нашим улочкам, одеты соответственно, оружие ваще как из Голливуда. Короче, полностью  западный  интерфейс. И при этом на каждом доме написано мелом Костя + Оксана=любовь.

Это Костя так решил  девушке показать силу своего чувства. Ломанул игрульку.

Помню, сильно впечатлилась. И уже была не удивлена, когда Костик стал первым выпускником Галушко по компьютерным технологиям. Да, в те ещё времена, когда не существовал сам предмет "музыкальная информатика".

Галушко разработал для Кости индивидуальный учебный план с такими предметами, даже название которых обычного человека вводило в ступор.

После создания Сан Санычем Галушко лаборатории компьютерной музыки в музыкальном училище, студенты получили возможность экспериментировать с электронным звучанием, изучали инструменты, придумывали свои решения для создания звуковых настроений. И, соответственно, учились оформлять это в форму композиции, попросту - в сочинение.

Были даже концерты, на которых исполнялись эти произведения, в фойе 5 этажа и Большом зале нового здания. Организовывал и проводил эти концерты Костя Евсеев и его ученики по музыкальной информатике

В те годы ребятам было неинтересно просто набирать ноты, они сочиняли музыку и экспериментировали, используя знания о новой музыке, стилях, новых инструментах, синтезаторах, сэмплерах.

После отъезда Галушко в Ханты, Костя стал заведующим компьютерной лабораторией.

Уроков информатики в учебных планах  ещё не было, только факультатив "цифровая музыка". И  два уже Костиных ученика поступили в Екатеринбург в консерваторию на звукорежиссуру. А Костя продолжал работать в лаборатории.

В этот период я частенько захаживала к нему в 509 класс, ибо это было удивительное место. Всегда полно народу, какие-то Костины друзья-музыканты и просто приятели. И это при том, что собственно работники колледжа в 509-м почти не появлялись, дверь всегда была закрыта, и впускали в кабинет только "своих".

Там, помимо основной работы на благо колледжа (в которую я особо и не вникала), постоянно велись очень увлекательные дискуссии  - цитировали  Кастанеду, Путь Воина, рассуждали о теории и практике осознанных сновидений, ребёфинге и других интересных вещах. Попутно обсуждали новые концерты местных рок-групп, альтернативную музыку и смысл бытия. Всё это в атмосфере кофейных и табачных ароматов.

Я бы и дальше бездумно там тусовалась, если бы не одно событие: однажды, во время одного из всероссийских конкурсов, в компьютерку пришёл московский член жюри по фамилии Имханицкий, профессор из Москвы. Он попросил ребят выделить ему компьютер, набросать статью для журнала. В те далёкие времена ещё не было повсеместно личных ноутбуков. И я увидела, как в некотором роде коллега - не технарь, свой брат музыкант - виртуозно набирает текст. Такой скорости набора никогда в жизни не видела. Так меня это впечатлило, что начала брать измором компьютерщиков:" Научите и меня так же!"

На фото: я с доктором искусствоведения, профессором РАМ им.Гнесиных М.И.Имханицким.

Но  Костя перешёл работать на  радиостанцию "Европа Плюс", а лабораторию переместили на третий этаж, поближе к начальству. И уже в этом новом помещении я обучалась пользоваться  компьютером. Сразу скажу, никогда в жизни мне не удавалось набрать текст так быстро, как это получалось у  московского профессора.

Зато я освоила необходимые азы, чем невероятно гордилась, пока тот же Костя (а мы иногда пересекались) не высмеял мою самонадеянность. Запомни!!! - сказал он мне, - ты непродвинутый пользователь, так что не льсти сама себе!

Очень благодарна также Саше Куликову и Александру Владимировичу Иванову, они  по мере сил "разжевывали" самое элементарное (казавшееся мне запредельным).

На третьем этаже посторонних (людей не из колледжа) в компьютерке уже практически не было , зато часто врывалась Вера Никитишна, каждый раз с какими-то заполошными претензиями. Мы пытались сначала оправдываться непонятно за что, но потом Иванов, как самый старший из присутствующих, показал мастер-класс по общению. Начинает Никитишна что-то громко кричать, он в ответ тихо, ласково так,  отвечает:" И вам добрый день, Вера Никитишна!" Она снова повышает децибелы в голосе - добрейший Иванов ещё проникновеннее отвечает:" И я тоже очень рад вас видеть!" После второго ответа она молча уходила, а мы показывали Владимировичу большие пальцы в знак восхищения.

После ухода Костика из колледжа мы с ним иногда пересекались –например, вместе играли в Дозор.

Ещё я очень благодарна Костику за свой самый первый комп. Он мне помогал выбирать блоки и системник, собрал и установил всё, что нужно. Не забывая приговаривать, что место лузера - в партере, а на сцену, то бишь, в настройки,  влезать могут только  специально обученные люди. Продвинутые пользователи, как минимум.

Потом лет десять вообще никак не виделись, а полгода назад, наконец, встретились возле его новой работы. Я в то время начинала писать про Галушко, уточняла кое-какие подробности.

Что сказать: годы над Костиком не властны! Такой же весёлый интересный парень. С которым хоть в разведку сходить, хоть про всё на свете поговорить.

На фото: мы с Костей, встреча на Эльбе)