Записки сумасшедшей. Часть пятая. О стариках, вентиляторах и о том, как друг друга замечать
Ну здравствуйте, вешние.
Вот живешь себе, живешь и не подозреваешь о том, что пригрела на груди петуха! Залетный крошка-птенец, названный Корицей из-за цвета, вырос и оперился на мясных объедках с барского стола. Пару дней назад вышагивал по двору, крутил мощной шеей тудыы-сюдыы, мол, где мои курочки. Бакенбарды распушил, важничает. Его кумачовый гребешок так вымахал за последнюю неделю, что сомнений в петушиной принадлежности Корицы у меня больше не осталось. Яркий, ровный, он напоминал мне мясистые листочки денежного дерева, усеянные по краям зубчатыми бугорками.
— Кха-кха-кхааа, — вытянув шею, пытался кукарекать Корица. Или Кориц.
Вырос мальчишка, вырос. Пригретый на груди.
Ну а теперь к историям, ради которых, собстна, я вас и собрала у моего огонька.
Жаркое астраханское лето. Собаки, высунув языки, растянули свои ленивые туши в тени. Людей мало. Ну не дураки же в самом деле шарахаться в такую погоду на улице! Стою, жду автобуса с кондиционером. Его долго нет, решаю присесть. Потно и жарко. Достаю из широких штанин паспорт, обмахиваюсь им как опахалом. Уже легче.
К остановке подошел старичок. Льняная помятая кепи, прикрывающая лысеющую голову, светлая одежда, пакет из фикс-прайса. Старик сходу начал наблюдать за происходящим. Пухлощекий двухлетка клянчил у мамы какую-то вкусняшку. По равнодушному лицу мамочки было видно, что она использовала все аргументы, чтобы не покупать своему златокудрому ангелу очередную хотелку. Она просто молчала в ответ, выдохшись от канюченья и зноя, и устало смотрела в сторону откуда должен был появиться спасительный автобус. Старичок начал что-то лепетать на малышовском, отвлекая внимание карапуза от мамы. Я задумалась. Память возвратила меня в Краснодар, куда я укатила за мужем-офицером. Возвратила меня в эти бесконечные дни сурка, когда я выводила на прогулку своих маленьких погодок. И это был тот еще квест! И, вероятнее всего, у меня был такой же уставший взгляд, который безошибочно считает каждая женщина, у которой есть или были маленькие дети.
Легкое жужжание вырвало меня из воспоминаний.
— Ну как, хорошо? — спросил старичок, когда я повернулась в сторону звука.
На меня смотрели огромные глаза навыкате. Зеркально-карие и очень живые. Эти глаза совсем не сочетались со сложной графикой глубоких морщин на его лице.
— Да, — ответила я, улыбаясь. — В жару самое то!
— Да вон в фикс-прайсе купил, — махнул он рукой в сторону магазина. — 249 рублей... У меня и второй есть, — произнес дедуля, запуская руку в пакет.
Оттуда он достал еще одного ручного товарища и стал обдувать меня уже двумя вентиляторами, явно испытывая гордость, что у него имеются такие незаменимые штучки.
— Воот... Теперь получше?
— Да, приятно. Спасибо вам, — сказала я и улыбнулась еще раз.
Посидев так с минутку, мне стала неловко, что этот милый, участливый человек обдувает меня своими ручными приспособлениями, так необходимыми в жару, тогда как ему самому нужнее. Ведь у него наверняка сердце и прочие спутники старости. И тогда я поспешила ретироваться, сославшись на то, что опаздываю и поэтому мне проще добежать пешком, чем ждать неизвестно сколько.
И вроде ничего особенного в этом всем. Ну, подумаешь, незнакомый старик решил проявить заботу, ну или похвастаться вентиляторами - это уже дело десятое. Просто мы так привыкли в спешке по своим делам никого и ничего не замечать. А тут просто взяли и ЗАМЕТИЛИсь. И так хорошо мне от этого стало, что даже жара перестала быть такой явной и ощутимой. Я шла и улыбалась в душе — милым людям, милым старикам.
Таких историй про старичков у меня тысяча и одна. Вот еще из недавнего.
Прикатила с города, было уже достаточно поздно. Есть хотела так, что съела бы и слона. Забежала в магазин в поисках еды. Подумала, что в такое время лучше будет приготовить что-нибудь легкое. Типа такого.
Овощи! Конечно же они, родимые. Подошла к холодильнику где хранилась заморозка. Упаковки со всякими брокколи и цветными капустами лежали выше, чем я могла позволить себе дотянуться. В такие моменты я всегда жалею, что ростом невеличка, всего каких-то 164 сэмэ.
Я встала на носочки, задрала кверху руку, вытянувшись в струну, как балерина на пуантах. Кончиками длинных пальцев стала стягивать упаковку на себя. Проделывая эти нехитрые па-де-де, заметила боковым зрением, что за всем происходящим кто-то пристально наблюдает. Повернулась. Старичок с палочкой. «Дотянулась!» — кинула я ему, улыбнувшись, и поскакала дальше. А то ночь на дворе, деточки одни дома, а мамки нет и нет. Расплатилась, вышла.
Смотрю на двери «Магнит-косметик» — вывеска «28 февраля скидки 20 %». Ну и как выгоду-то упускать. Тем более когда нужен безсульфатный шампунь. Пробежалась по рядам, нашла искомое и бегом на кассу. И кто бы вы думали там стоит? Тот же приятный старичок с палочкой. Он рассказывал кассирам интересную историю о том, что ему гадалка нагадала. Мол, судьбу свою в «Магните» встретит. С тех пор и ходит по ним в поисках. Я стою и улыбаюсь, глядя на него, пока мне пробивают товар. Кассиры тоже растянулись в улыбке милому деду. Пока я впихивала шампунь в свой рюкзак, перекладывая ранее купленное в авоську, старика и след простыл.
Выхожу на улицу, стоит, соколик.
— Мы с вами уже в третий раз встречаемся! — говорит.
Я не нахожу, чем парировать, просто улыбаюсь.
— Это точно судьба! — продолжает он.
— Но у меня есть рыцарь сердца, — отвечаю я ему.
— Эх... Жаль. Ну тогда удачи вам! И любви!
— Спасибо... И вам найти свою судьбу, — сказала я с самой доброжелательной улыбкой на которую только способна .
Ну вот как тут не заулыбаться от умиления. Когда все так невинно, без этих вот похотливых взглядов, с которыми иногда смотрят престарелые ловеласы с одолевающими их бесами в ребрах. Судьбу он ищет, любовь. Будто снова мальчишка, будто не было долгих лет разочарований. Да, они стареют. Да, им еще хочется почувствовать себя мужчинами. Да и, в конце концов, они хотят быть просто заметными «я есмь». И если смотреть на мир через оптику любви, можно и в таком возрасте жить и радоваться, не скукоживаясь душой. Мечтать и верить. В нее.
Как порой нужно такое. Особенно сейчас. Когда воспринимаешь некоторые моменты жизни с тревогой, а не как обычный ход вещей. Будто что-то в сердце встает на место. Или оно само встает на место. И дышится по-другому.
Роясь в фотоархивах, заметила как мало я фоткаю стариков. А ведь их лица очень интересно рассматривать.
Делюсь любимым стариком, вернее снимком
Вчера, попутно с делами в городе, решила восполнить этот пробел в фоточках и поснимать стариков. Но там, где меня носило, их было мало.
Дочитавшим до конца салюты и респекты. А нечитавшим сами знаете что. Спасибо за внимание!
-
50971422724