ЛГ

ЛГ не лгал, когда сказал, что болен.
ЛГ не лгал, когда сказал, что пьян,
Что никогда не промышлял разбоем
И не скитался по чужим краям.

Он, в общем, света белого не видел,
Он жил в блокноте, шибко говорлив…
Вся жизнь его — в бумаге и графите,
А между строк — обрыв, обрыв, обрыв…

Обрывочны его воспоминанья
О счастье и о боли, кто-то вдруг
Страницы вырывает и сминает,
Но смятые страницы не соврут:

ЛГ тут был, он шёл своей дорогой,
Не углублял чужую колею,
Не прыгал с крыш (хотя и прыгнуть мог бы —
Не постояв и мига на краю)…

Но как судьба к нему несправедлива!
Моя ли воля — для него закон?
Он говорит — торжественно и длинно —
О тех, с кем я когда-то был знаком,

Он говорит — о тех, кто мне был дорог,
О том, что помню — я, что видел — я!
Строфа опять кончается раздором —
Неясно, чья — его или моя?

Да я и сам теперь отвечу вряд ли,
В какой строке, на слове на каком —
В своём стихе (но — как в чужом спектакле!) —
Кончался я — и начинался он...