Капитанский кот
Кот Моцарт шёл по палубе важно, как адмирал. Корабль, правда, был не военный, а гражданский — краболов. Но Моцарта и тут неплохо кормили: в прилове такие рыбные деликатесы случались, что любой кот на берегу завидовать будет!
Он не признавал должностей и приказов.
У Моцарта была своя, важная миссия на теплоходе. Он другом был капитану Данилову.
В каждый рейс Данилов брал с собой кота. Вообще-то по инструкции не положено − в судовую роль не впишешь, на довольствие не поставишь. Но Моцарт любил слушать Турецкий марш, а это — уважительная причина быть рядом с хозяином.
Началась их дружба неожиданно: возле ворот дома, построенного Даниловым, кто-то оставил коробку с котёнком. Малыш пищал, выбраться из картонного заточения не мог. По всему было видно, что кот − породистый, но неуклюже задранный ус делал его смешным, будто дворовым. Потому, видимо, избавились от него хозяева, но совесть у них ещё теплилась, подбросили в богатый дом.
Капитан тогда был в отпуске, у моряков он длится полгода, в тёплой жизни на земле. А к осени Данилов уходил в бушующее море, на путину держал свой курс.
Котёнок, подобранный весной, за лето окреп, лапы уже не разъезжались беспомощно по влажной от росе траве. Из серого комочка образовался симпатичный молодой кот — чёрная спинка, благородная белизна бородки, переходящая в манишку, и такие же белоснежные лапы. И усы тоже белые! Богатые, размашистые. Только один − тот самый, кверху задранный ус, на место так и не встал, по-прежнему дугой поднимался к правому глазу.
Кот нашёл себе уютное место в саду. В беседке стояла ротанговая мебель, на диване любил отдыхать хозяин дома. Рядом, на кресле с мягкой подушкой, пристраивался Моцарт. Настроение Данилову создавали раскидистые яблони, на них созревал урожай «репанки» — его любимого сорта.
Музыкальным фоном для созерцания садовой пасторали служила классическая музыка. Адажио из 23-го концерта Моцарта напоминало Данилову о матери, учительнице музыки, которую Иван Викторович Данилов очень любил. В их большую квартиру с высокими потолками приходили ученики, Ваня волей-неволей слушал их музыкальные экзерсисы.
Однажды застучали по клавишам энергичные аккорды — педагог показывала ученику новую мелодию. Ваня прислушался у двери — ему показалось, что под эту музыку должны маршировать солдатики, коробку с которыми недавно, на день рождения, ему подарил отец.
Трам-та-там, трам-та-та-рам-та-рам-та-рам-та, рам-та-рам…
Ваня сжал руки в кулачки и стал притоптывать у двери, маршируя в такт музыке. Ноги с руками шли не по-военному, а так: левая вместе с левой, а правая — с правой. Но это не мешало мальчику вообразить себя командиром вверенного войска.
Урок закончился, мама, проводив ученика, ответила на вопрос сына о прозвучавшей мелодии.
— Турецкий марш, Ванечка. Тебе понравился?
— Я бы в поход пошёл под такую музыку!
— Всё у тебя в жизни получится, не бойся ничего.
И поцеловала мальчика в макушку.
С музыкой у будущего капитана не сложилось: после первых же домашних уроков Ваня заскучал, ставить пальцы по номерам ему не нравилось. До Турецкого марша впереди были годы ежедневных упражнений — а по утрам мальчишку тянуло к морю, на рыбалку с друзьями, или с отцом, если тот был не в рейсе.
Но музыку в душе победить было нельзя…
В беседке у капитана Данилова стоял дисковый проигрыватель. Чайковский, Бах, Бизе — популярные мотивы в современной обработке напоминали ему о счастливом детстве, о маме, об оловянных солдатиках…
Произведения Моцарта тоже звучали, и в какой-то момент Иван Викторович обратил внимание на реакцию кота. Когда начиналась вторая часть Турецкого марша, с барабанами в аккордах, усы кота начинали шевелиться, а тот, приметный ус, и вовсе ходил ходуном.
— Да ты меломан, котейка! Смотри, какой чувствительный к музыке оказался!
Так они отдыхали вдвоём в саду, а потом шли в дом. Кот следовал по пятам в комнату капитана, ложился рядом и дремал, пока тот читал книгу. Жена звала супруга на обед, но Иван Викторович подносил палец к губам:
— Тише! Моцарт спит, зачем будить? Принеси мне водички, пообедаю позже, когда проснётся.
Кот, наверное, всё слышал, но виду не подавал. Тепло, уютно. Рядом − капитан его жизни. Иногда Моцарт шалил, гоняясь за собственным хвостом; мог запрыгнуть на журнальный столик, ненароком снеся вазу с цветами.
Тогда капитан выговаривал строго:
— Как тебе не стыдно! Взрослый уже кот, а такое вытворяешь! Вольфганг, я тобою недоволен!
Когда Данилов сердился, он называл любимца полным именем: Вольфганг Амадей Моцарт. В его родительском доме тоже всё время жили коты и кошки, получая от мамы культурные имена: Аида, Штраус, Дебюсси. Так что «Моцарт» образовался сам собой сразу после извлечения из коробки.
В середине осени рыбак отправился на путину. Жена слала отчёты:
— Любимчик твой тоскует, допоздна сидит в беседке, холодно уже. Я ему туда еду приношу, но он не радостный.
— Включай коту музыку, он привык слушать.
Моцарт к вечеру шёл в дом, поднимался в комнату хозяина, дверь в которую теперь всегда была открыта.
Когда план по крабу был выполнен, Данилов вернулся домой, и радость кота не знала границ. Всю мордочку обтёр о ноги хозяина, запрыгнул на колени, дотянулся лапами до шеи, приник к груди, словно говоря:
— Ты больше не исчезнешь так надолго? Мы снова будем вместе слушать музыку в саду?
Очередной отпуск прошёл в полном согласии кота и капитана. А в следующую морскую экспедицию на борт по трапу поднимались уже вместе: капитан Данилов и кот Моцарт.