Тульпан
Запустил я себя весьма:
дори-память, осанка, сопли.
Разразившаяся весна.
Ну же, вынь свой язык эзопов!
Прошлой осенью написал
то, что овощ, и как же пусто, —
перемоленный в чудеса,
уповал на ничтожный бустер.
Стало столько вокруг тюрьма.
Эти линии жизни грубы.
Распускающийся тюльпан,
верю, явит себя как рупор.