Дятел

 ... Вот они, мои «сокровища» — старый детский рисунок, фантик от конфеты, окурок, резинка для волос. Рисунок я бы давно выбросил, не знаю, зачем храню — с него ведь всё и началось.

 * * *

Это было в пятом классе. Учительница попросила нарисовать какое-нибудь животное или птицу, я нарисовал дятла. Красивый получился — красная шапочка, длинный клюв и глазки-бусинки. Марь Сергеевна похвалила, а одноклассники...
— Смотри, Подойницын сам себя нарисовал! И клюв точь-в-точь! Нифигасе, как похож! Да он не попугай — дятел! Ща умру от смеха!
И рисунок пошёл гулять по партам. Они поворачивались, тыкали в меня пальцем... Раньше звали попугаем за имя (меня Кешей зовут) и большой нос, с этого дня все стали называть дятлом. В школе не любят странных, а я был трижды не такой, как все: фамилия, большой нос и статус «любимчика» учителей.
Моя мама работает в нашей школе — преподаёт русский и литературу. Она строгая, но справедливая. Другие учителя про неё говорят «слишком правильная, конечно». Если я заслужил пятерку, не занижает оценку только за то, что я её сын. И даже сочинения мои вслух классу зачитывает, как самые удачные. Никто не верит, что это заслуженно...
— Ууу... Маменькин сынок, уродец носатый... Опять выпендрился, накатал «Войну и мир»! — это Васька Егоров шипел мне в спину.
У мамы нос тоже большой, её школьники не любят («тоже, блин, сеятель разумного —вечного-доброго»), но уважают. А я... Я стал посмешищем, хорошо, что мама не знала, скрывал от неё. И в тот день, когда мне табличку на спину повесили, мамы в школе не было — на больничный уходила. Нормальная такая табличка: «Я дятел, пни меня». Обхохочешься.
...Они и пинали. Я долго терпел, слишком долго. Сами напросились.

* * *

Фантик у меня в коллекции первым появился после рисунка. Мы стояли с Егоровым на лестничной площадке, он конфеты жрал. Всегда их горстями в рот запихивает, сволочь мордатая. Он фантик уронил мне под ноги:
— Подними, чего смотришь, дятел? И ботинки мне заодно оближи, только клювом своим не проткни! — и заржал. Глаза наглые, за щекой конфета... Я и не выдержал — изо всех сил ка-а-а-а-к толканул его! И никто не видел, все в столовую убежали как раз. Он быстро умер. Следователь сказал — несчастный случай. Оступился человек, с кем не бывает. А я свидетель. Честный порядочный мальчик, почти отличник, по физкультуре только тройка.
Не то, чтобы мне очень понравилось, но почему-то легче стало дышать. И одноклассники как-то пожухли после этого, всё-таки не каждый день в школе такая жесть. Я уж было подумал, что жизнь налаживается, а тут шофер этот, придурок. Он возле школы грузовик свой на ручник поставил, там как раз дорога под горку. А мы все мимо шли, я тормознул маленько, наступил на запчасть какую-то.
— Куда ты прёшь, дятел! — он это так злобно рявкнул, я даже дернулся и споткнулся, упал назад спиной прямо в лужу.
— Смотрите, наш дятел обделался! Вон как в штаны надудонил, ха-ха! — никто не помог подняться, все только ржали и кривились, как будто я и правда описался. И водитель тоже смеялся, громко так хохотал, даже лицо покраснело и слезы выступили. Одноклассники ушли, а я просто молча подошел к грузовику и с ручника снял. Этот козёл смешливый как раз вперед зашёл, нагнулся. Курил и что-то там обронил перед капотом. Этот окурок я себе потом забрал. На память.
И сны мне никакие страшные не снятся. Спокойно сплю. Один раз только Егоров приснился — я во сне был настоящей птицей и больно так его в темечко клюнул, как трухлявое бревно. А потом кружил и кружил в небе, но оно было черное-черное... Я совсем с ним слился.

* * *

...Анька обалденная была. Глазищи — во! Я даже рисовать её пытался, только не получалось по памяти, а позировать она, понятное дело, не стала бы. Красивая, только с заскоком — верила во всякую эзотерику, книжки по черной магии читала, ведьма короче. Поэтому и красивая, наверное. Я ей решил валентинку подарить на 14 февраля. Долго выбирал — розовое сердечко с блестками, а внутри можно писать, что хочешь. Зря, что ли у меня лучшие сочинения в классе. А эта дура смеялась. И всем вслух громко прочитала то, что я ей одной написал.
Я не мстительный, но тут дело принципа. Нельзя было так оставлять. Ведьма? Ну-ну... Я, конечно, дятел, но это не самая глупая птица, чтоб вы знали. Всё продумал и слух пустил легко — типа на пустыре возле стройки в полнолуние шабаш устраивают такие же, как Анька, конченые. Она и поверила. Пришла ночью с фонариком, вся в черном. Я за волосы её схватил, чтобы удобнее было бензином обливать, резинка в руке осталась. Красиво полыхала, прям, как настоящая ведьма в средневековье. Очень символично получилось. А улик я не оставил — дурак что ли?

* * *

Коллекцию свою пока не выбрасываю — вдруг пополнится ещё. Специально никого убивать не буду, только если вынудят. Я же не урод какой-то... А рисунок, наверное, вообще на стену в рамке повещу — очень красивый получился дятел. Просто загляденье.