Воронье гнездо

Глава 1. Дурная примета

Старенький «Вольво» глотал километры пустой автострады. Дворники отчаянно скребли по стеклу, не справляясь с ливнем. Артем давил на газ, левой рукой вцепившись в руль, а правой сжимая ледяные пальцы Сони.

Девушка молча смотрела в окно. В сгущающихся сумерках залитые дождем поля сливались с небом в одну серую, тягучую массу.

С заднего сиденья раздался резкий, гортанный звук: — Кар-р!

Артем вздрогнул, машина вильнула. В зеркале заднего вида он поймал ухмылку Ника. Тот держал в руках крупную черную птицу. Ворона, еще не отошедшая от удара о витрину заправки, ошалело вертела головой и щелкала клювом, пытаясь достать до пальцев парня. Салон мгновенно наполнился запахом мокрых перьев.

— Ты больной?! — Соня обернулась, вжимаясь в спинку кресла. — Выкинь ее!

— Да расслабься! — Ник перехватил птицу поудобнее. — Я ее откачал! Будет сидеть у меня на плече. Аня, скажи ей!

Анна, не отрываясь от экрана телефона, поморщилась:

— Главное, чтобы твой питомец на меня не нагадил.

— Выкинь ее, Ник, — голос Сони задрожал. — Мне бабка в детстве говорила: тронешь ворону — стая придет и заберет самое дорогое. Это к беде!

— Соня, не гони. — Ник поднес лицо к птице. — Назову тебя... Лиз! В честь королевы.

Фары выхватили из темноты яму, залитую водой. Артем крутнул руль, но поздно. Удар. Скрежет металла. «Вольво» сильно подбросило.

С заднего сиденья донесся сухой, тошнотворный хруст. И сразу за ним — тишина. Артем выровнял машину, чувствуя, как колотится сердце.

— Целы? — выдохнул он.

— О боже... — Ник издал ехидный смешок. — Лиз.

Он поднял птицу. Голова вороны безвольно болталась под неестественным углом.

— Машину тряхнуло, я сжал руки, а она... Шея — хрясь. И всё.

— Останови машину, — побледнев, процедила Соня.

— Почти приехали, — бросил Артем.

— Останови!

«Вольво» замер на обочине, у кромки черного леса. Дождь барабанил по крыше. Ник выскочил наружу, держа черный комок.

— Мы должны ее закопать, — Соня опустила стекло, игнорируя бьющие в лицо капли. — У Артема есть лопатка. Иначе они придут за нами, Ник!

— Я в эту грязь не полезу, — Ник брезгливо размахнулся и не глядя швырнул птицу в высокие кусты.

В ту же секунду из чащи леса ударил пронзительный, многоголосый вороний грай. Он был настолько громким, что казалось, закричали сами деревья. Ник замер. Поежился, сплюнул под ноги и быстро запрыгнул в салон.

— Поехали, — бросила Анна, блокируя свою дверь. Артем вдавил педаль газа.

Глава 2. Гнездо

Вывеска вынырнула из тумана: «Воронье гнездо». Доски рассохлись, буквы были вырезаны грубо, с глубокими зазубринами, словно их выцарапали огромными когтями.

Гостиница возвышалась на холме. Старый, обшитый потемневшим деревом дом терялся в густых тенях вековых елей.

— Декорации к хоррору, — хмыкнул Ник.

— Пять звезд на букинге, — устало отозвался Артем, сворачивая на гравий.

Они вышли под моросящий дождь. Воздух пах прелой листвой. Повсюду были фигурки ворон. Вырезанные из дерева, выкованные из металла. Они сидели на карнизах, на перилах, на почтовом ящике. Стеклянные глаза-бусины ловили свет фонаря.

Входная дверь со скрипом отворилась. На пороге стояла пара. Старик — сухой, с профилем хищной птицы и глубокими морщинами. Женщина — сгорбленная, в темной пуховой шали, наброшенной на костлявые плечи.

— Добро пожаловать, — голос женщины был тихим. — Я Марфа. Это мой муж, Захар.

— Добрый вечер. Мы бронировали две комнаты, — Артем поежился от сквозняка.

Захар смотрел не на них. Он вглядывался в темноту дороги за их спинами.

— Вы ехали по старой трассе? — его голос прозвучал резко.

— Да. Навигатор повел в объезд.

— Вы... вы не видели другую машину? Красный «Форд»?

Артем переглянулся с Соней.

— Нет. Дорога пустая.

Марфа судорожно прижала к груди худую руку.

— Наша дочь... Лиза, — прошептала она. — Должна была приехать еще днем. Связи нет...

Ник поперхнулся. Уголок его рта предательски дернулся. Он издал короткий, сдавленный смешок и тут же прикрыл рот рукой, имитируя кашель.

Захар медленно перевел на него пристальный взгляд.

— Вам смешно?

Анна больно ткнула Ника локтем в бок.

— Простите, у него нервное, — быстро сказала Соня. — Мы чуть не попали в аварию. Устали.

— Мы никого не видели, честно, — добавил Артем.

Марфа кивнула, но ее выцветшие глаза прикипели к Нику. В них зажегся недобрый, колючий огонек.

— Идемте, — прошептала она. — Ужин будет скоро. И чай. Он поможет... забыть о дороге.

Глава 3. Испорченный телефон

Ужин прошел в молчании. Захар сидел во главе стола, не притрагиваясь к еде, сверля взглядом темное окно.

— Мой фирменный сбор, — Марфа поставила перед гостями дымящиеся кружки. — Мелисса, валериана... Спать будет, как убитые. Жидкость была почти черной и пахла землей.

Ник схватил кружку первым.

— О, то что надо! — он сделал большой глоток. — Ух, крепкий.

Артем поднес кружку к губам. Запах показался странным — пахло затхлой землей и чем-то дурманящим. Пока Марфа отвернулась к буфету, Артем быстрым движением выплеснул свой чай в горшок с огромным фикусом. — Необычный вкус, — сказал он, ставя пустую посуду.

Через полчаса они поднялись в спальни. В комнате парней было душно. Ник плюхнулся на кровать.

— Теперь понятно, откуда у этой дыры пять звезд за качество сна, — протянул он, чувствуя, как язык становится ватным. — Старуха тупо подмешивает гостям снотворное. Классный сервис.

— Ты идиот, Ник, — Анна сидела на подоконнике. — Зачем ты ржал внизу? Ты понимаешь, как это выглядело?

— Да ладно, — Ник махнул рукой.

За приоткрытой дверью, сливаясь с тенью коридора, стояла Марфа.

— А все-таки жаль Лиз, — Ник пьяно хихикнул в потолок. — Хрупкая была. Просто — хрусть! — он изобразил руками ломающуюся ветку. — И шея набок. Бац — и труп. Зачем мы выкинули ее в канаву. В грязь. Жесть. Никто даже не найдет. — Соня хотела ее похоронить... — Но она будет гнить там, — Ник широко зевнул. — Хотя, она всего лишь...

Снотворное выключило его.

В коридоре Марфа зажала рот рукой. Слова бились в висках. «Хрусть — и шея набок... Выкинули в канаву... Будет гнить там». Лицо старухи исказила судорога. Она бесшумно спустилась в гостиную. Захар сидел в кресле, поглаживая лезвие охотничьего ножа. Марфа положила руку ему на плечо.

— Они убили ее, Захар, — выдохнула она. — Они признались. Они сломали нашей девочке шею и выбросили в канаву.

Нож в руке старика замер. — В канаву?

— Да.

Захар поднялся. В полумраке его сутулая фигура казалась огромной. — Никто из них отсюда не уедет.

Глава 4. Тихая охота

Ветер раскачивал верхушки елей. В комнате Ника и Анны стояла пахнущая пылью тишина. Чай Марфы сработал безотказно.

Дверная ручка повернулась без единого звука. Захар ступал мягко, сжимая тяжелую перьевую подушку. Марфа несла моток бельевой веревки.

Старик накрыл лицо Анны подушкой, наваливаясь всем весом костистого тела. Девушка дернулась, ее руки инстинктивно вцепились в его запястья, но дурман сковал мышцы. Силы были неравны. Пару минут спустя пальцы Анны разжались, и она затихла.

С убийцей своей дочери старик решил поступить иначе. Он отбросил подушку и накинул петлю на шею Ника. Резкий рывок. Ник распахнул глаза. В них ударил животный ужас. Он попытался вдохнуть, руки вцепились в веревку, но горло пережало стальным жгутом. Захар тянул с методичным спокойствием палача. — Хрусть, — прошептал старик.

Тело парня перестало биться. Марфа разорвала наволочку. Зачерпнув горсть белых перьев, она силой затолкала их в открытый рот Ника.

В комнате напротив Артем лежал с открытыми глазами. Его била крупная дрожь. Инстинкт выл сиреной. Ему не нравился этот дом. Рядом ровно дышала Соня — она выпила совсем немного, но и этого хватило.

Глухой удар за стеной. Скрип пружин. И тишина.

— Ник? — шепотом позвал Артем.

Он нащупал кроссовки, взял телефон и выскользнул в коридор. Дверь соседней комнаты была приоткрыта. Луч фонарика выхватил кровать Анны. Она лежала лицом вниз, одна рука безвольно свисала на пол. Артем перевел луч на Ника и отшатнулся, едва устояв на ногах. Ник лежал на спине. Лицо посинело. Вокруг шеи — глубокая борозда. А изо рта торчал пучок перьев.

Где-то внизу скрипнула ступенька.

Глава 5. Ночь длинных ножей

Артем ворвался в свою комнату.

— Соня! Вставай! — он грубо тряс девушку. — Они убили Ника!

Она сонно посмотрела на него: — Что?..

Артем рывком поднял ее на ноги. В рюкзаке он нащупал складной нож. Щелкнуло лезвие. Они вышли в коридор. Лестница. Гостиная. Путь к входной двери был перекрыт.

Захар и Марфа ждали в холле. Старик держал блестящую гитарную струну, натянутую между двумя деревяшками. Марфа сжимала двузубую вилку для мяса.

— Отойдите! — Артем выставил нож.

— Вы убили нашу дочь и выбросили ее в канаву! — лицо Марфы перекосило.

— Какую дочь?! Это была птица! Ворона!

— Не лги! — старуха бросилась вперед.

Она была пугающе быстрой. Вилка мелькнула у лица Артема. Он инстинктивно закрылся рукой — зубья распороли предплечье. Брызнула кровь. От боли и паники Артем ударил в ответ. Вслепую. Лезвие вошло в живот старухи. Марфа охнула, выронила вилку и осела на пол.

— Марфа! — взревел Захар. Пока Артем отбивался, старик шагал к Соне. Девушка жалась к стене, не в силах бежать. Захар накинул струну ей на шею.

— Нет! — Артем кинулся к ним.

Струна впилась в кожу. Соня захрипела, ее ногти царапали горло. Артем с разбегу врезался в старика, сбивая его на пол. Но тот не разжал рук. Захар продолжал тянуть струну даже падая. Соня дернулась последний раз, и ее руки безвольно упали на ковер.

Захар тяжело дышал, глядя на Артема снизу вверх. — Теперь мы квиты.

Тонкая перегородка, отделявшая Артема от безумия, рухнула. Он взревел. Вспомнил про нож в руке и начал им бить.

Тишина вернулась в дом. Артем сидел на коленях весь в крови. Вокруг лежали тела. Ему казалось, что тени на стенах растут. Что мертвые хозяева дома меняют форму, обрастая черными перьями.

Он посмотрел на Соню. «Если навредишь черной птице, ее стая придет за тобой...» — прозвучал в голове ее голос. Артем погладил мертвую девушку по волосам. Страшная улыбка растянула его губы. — Я похороню их, Соня, — прошептал он. — Я похороню их всех.

Глава 6. Искупление

Утро пришло вместе с густым туманом. На заднем дворе раздавался глухой, вязкий звук. Артем копал. Рубашка пропиталась грязью, на ладонях лопнули мозоли, ссадины жгло от влажной земли. В его расколотом сознании царила пугающая ясность. Нужно было убрать всё. Стереть эту ночь. Закопать ошибку, как Соня просила закопать ту птицу.

Ямы выходили неглубокими — сил почти не осталось. Сбрасывая Захара в черную жижу, Артем бормотал проклятия. Ника и Анну он хоронил молча. Соню нес на руках бережно, опустив в неглубокую траншею под старым дубом. Связав кресты из веток остатками веревки, он оставил пять свежих холмиков.

Артем сел в «Вольво». Салон пах ванилью. Мотор завелся. Он выехал за ворота, глядя прямо перед собой.

Через пару километров из тумана вынырнула машина. Красный «Форд». Дорога была узкой, они разминулись на минимальной скорости. За рулем сидел парень. На пассажирском сиденье девушка в ярком шарфе весело смеялась, что-то рассказывая водителю.

Взгляд Артема скользнул по ней равнодушно. Он вдавил газ.

Красный «Форд» свернул к гостинице.

— Пап! Мам! Я дома! — весело крикнула Лиза, выходя из машины.

Дверь нараспашку. Тишина. На перилах — мазки крови. А там, где цвели гортензии — пять свежих могил с кривыми крестами. Над лесом разнесся дикий, пронзительный женский крик.

Глава 7. Эпилог. Последний кар

Артем остановил машину там, где вчера они влетели в яму. Сжимая грязную саперную лопатку, он раздвинул мокрые кусты на обочине. Мертвая ворона лежала там же. Жалкий комок слипшихся перьев, по крылу ползали муравьи.

Он быстро вырыл ямку, опустил птицу, забросал землей. Выпрямился, тяжело дыша.

— Кар!

Звук ударил как хлыст. Артем обернулся. На капоте его «Вольво», царапая краску, сидела огромная ворона. Она склонила голову, глядя на него черным глазом. В нем Артем увидел свое отражение — перепачканное, с безумным оскалом. Птица открыла клюв и снова каркнула.

Издав первобытный рев, Артем размахнулся и со всей силы швырнул в птицу лопату. Металл со звоном вмял капот. Ворона лениво взмахнула крыльями и растворилась в сером небе. А со стороны трассы, сквозь туман, уже пробивался нарастающий вой полицейских сирен.