42. Часть 1

Ответ на Самый Главный Вопрос Вселенной людям известен не так уж давно, всего-то несколько десятилетий. И что с того, что почти все его знают? 42. Что с этим делать? Как воспользоваться ответом, не зная вопрос? Никак. Ключ без замка бесполезен, если только это не ключ, открывающий... Нет, я слишком тороплюсь, а мне надобно идти постепенно, чтобы абсолютно всё стало понятно. Так, так, так, как же всё объяснить? Начать ли мне рассказ с Сущности Высшего Порядка или же с рокового письма? Как грамотно и заботливо подвести читателя к мысли, что ни ответ (42, вы его помните, да?), ни вопрос (его вы узнаете довольно скоро) уже не имеют никакого значения, а всё потому, что Анна Михайловна Зверева решила выйти замуж. Ох, нет, ужасное начало! Ничего не понятно и ни капельки не интересно, даже банально, а ведь люди сейчас избалованы действием и масштабом. Начни повествование неторопливо, издалека, бессобытийно, читатель зевнёт и скажет что-то вроде: «Тягомотина какая! Охота же была кому-то это всё писать! Нет, чтобы начать бодро и весело! С драки, например! Это очень бодрит!» Увы, драка в этом рассказе не предусмотрена, но признаю: вечно куда-то бегущий житель ХХI века в чём-то прав, и повествование нуждается в энергичном движении. С него и начну. 

Леночка Зверева бежала по улице, выпучив глаза. Одета она была небрежно, бестолково: домашнее, застиранное платье, старая, расстёгнутая куртка и хлюпающие галоши не по размеру. В руке Леночка сжимала листок бумаги и конверт, а её лицо было наполнено таким ужасом и даже горем, что прохожие (все знакомые, конечно, улица-то родная) сразу же сделали очевидный вывод: подлец Лёнька таки бросил Ленку! О чём и объявил в этом самом письме. А когда Леночка добралась до родительского дома (заняло это минут пятнадцать), половина села уже точно знала: зоотехник Зверев (сволочь такая, а прикидывался таким порядочным, даже культурным!) не только коварно разрушил свой брак, оставив жену с двумя малыми детьми, но и отказался платить алименты, а также забрал из дома новый телевизор и женину дублёнку, дабы угодить своей новой пассии (о ней пока ничего насочинять не успели).

— Мама, они едут! — закричала Леночка, влетев в родительский дом. Обессиленная, упала на табуретку и, чтобы не разреветься, залпом выпила кружку воды.

— Кто едет? Ты что так всполошилась? А ну, сядь, да расскажи подробно.

— И так уже сижу! В луже! И вы скоро там окажетесь! Все мы! — всё-таки не выдержала Леночка, и горькие слёзы покатились по её пылающей физиономии.

— Елена, да что произошло? — Леночкина мать схватилась за сердце и побелела.

— Сама читай! — Леночка швырнула письмо на стол, а сама вскочила и заходила по кухне, пытаясь успокоиться.

— От кого это? Ах от Лёнечки! Скоро он домой собирается?

— Читай, ради Бога!

— Ну, ладно. Так, это вступление, это личное, это я пропущу, пожалуй. «Птичье молоко» купил! Пять коробок! Ах, какой умница! — мать привычно (она так всё читала: и газетные передовицы, и советы, как подкормить клубнику, и приключенческие романы) комментировала каждый прочитанный абзац и всё больше и больше успокаивалась. Ничего такого страшного любимый зять не пишет. Наверняка Ленка решила просто мать разыграть. А потому...

— Что? Едут? Ах, подлец! Об этом же надо было в самом начале писать! Да какое в письме! Телеграмму надо было давать! Срочную! Какое у нас сегодня число, не соображу? Елена, говори быстро!

— Пятнадцатое.

— А приедут они...

— Завтра, — похоронным голосом констатировала Леночка и неожиданно разозлилась. — Хамство это, просто хамство! Мы их не звали, не готовились, а они...

— Елена, уймись и не пори чушь! Родня это твоя, — мать помолчала и, вздохнув, неохотно добавила:

— Ну, и наша тоже. Зови отца! Ведь прошлым летом говорила ему, паразиту, что потолки белить надо! А он всё занят был! Вот тебе и занят! Как мы с такими потолками гостей встречать будем?

— А ты не переживай! Она наш свинарник увидит и через час обратно помчится.

— Спятила? Свинарник! Отчий дом так назвать!

— Вот увидишь, она так и скажет. Ей всё не то и не так! Она нас терпеть не может!

— Ну, посмотрим, ты не накручивай себя. Да где же там отец, черти бы его по башке стукнули! Дел-то, дел сколько! Ленка, ты сядь. Сейчас мы план этой, военной кампании, составим, и чётко по нему будем действовать. Перво-наперво угощение. Накормить надо так, чтобы у них глаза повылезали. Напоим конечно. Я сейчас к куме сбегаю, дам ей наказ пирожков напечь, а ты сбегай отца найди, пусть парочке уток шеи свернёт. А потом...

— Мама, у меня ж окна не мыты! И вообще разгром! Я побежала порядок наводить.

— Беги, мальчишек к нам пришли, чтобы они у тебя под ногами не путались. А мы с кумой ещё подумаем, чем этих... гостей удивить, а потом я к тебе на помощь и приду. 

Леночка немного успокоилась, сгрызла яблоко и, уже не очень торопясь, пошла домой, думая, что готовься, не готовься, а свекровь всё равно останется не довольна и найдёт к чему придраться.

— Несут их черти! — вздохнула Леночка и ускорила шаг. Позориться перед гостями ей всё-таки не хотелось. Роковое письмо она сунула в карман и по дороге не раз вытаскивала его и быстро просматривала, словно надеясь, что тот самый абзац, приписанный словно бы впопыхах, ей почудился и на самом деле никаких дурных вестей муж ей не шлёт.

«И ещё, Ленчик, такая новость: мама собралась замуж! Да, представь себе, любви все возрасты покорны! Выходит за отличного дядьку, зовут его Георгий Алексеевич, мать он обожает, а также помешан на своих внуках и семейных традициях. Поэтому и решил (да, решил именно он, а мне пришлось подчиниться, прости, любимая) познакомиться со всей маминой роднёй, то есть с нами. А как узнал, что у нас два сына, так вообще загорелся! Уже съездил в “Детский мир” и, уж не знаю, как у него это получилось, купил нашим хулиганам царские подарки: джинсы и водяные пистолеты. Выезжаем мы на “Волге” Георгия Алексеевича шестнадцатого утром, думаю, к вечеру будем дома. Целую тебя, Ленчик! Очень соскучился!»

— Ох, Лёнька, без ножа зарезал! — прошептала Леночка и, положив письмо в карман, снова побежала.

Вы скажете: подумаешь! Делает из мухи слона! Ну едет свекровь в гости, ну проверит дом на предмет чистоты и пыли, ну выскажет что-нибудь! Пережить-то можно! И будете абсолютно не правы! А почему? Да потому, что вы пока не имеете представления об отношениях Анны Михайловны Зверевой и Леночки. Но я вам сейчас быстро и кратко (да, семейную сагу я не собираюсь тут описывать) расскажу почти всё.

Лёнька Зверев был опорой и надеждой своей матери. Так она ему говорила с самого раннего детства, добавляя, что живёт она исключительно ради сына и его благополучия. Потому-то Лёнчик всегда должен соответствовать этим высочайшим требованиям. Лёнька рос сыном послушным (но не покорным, не путайте эти понятия), мать обожал, отца презирал (он променял их с мамой на другую) и для себя решил: никогда он не обидит свою маму и, женившись, никогда не разведётся.

Как хорошо известно людям опытным и наблюдательным, это коварное слово — «никогда» — лучше никогда (уж простите) не произносить, иначе ехидные существа, прослушивающие не только речи, но и мысли людские, тут же решат показать, как ничтожно человеческое слово, да ещё и даденное в неудачное время. Да, да, весьма предсказуемо Лёнька и мать обидел, и развёлся. А произошло всё потому, что Лёнька, будучи студентом, навсегда влюбился в Леночку Кузнецову. Влюбился счастливо и крепко, на всю жизнь. Отвечала ли Леночка взаимностью? Огромной! Влюблённые собирались закончить институт и пожениться, чтобы потом всю жизнь провести вместе. Прекрасный план! О нём Лёнька простодушно рассказал матери и без спроса, то есть заранее не предупредив, привёл в дом Леночку — свою невесту.

Анна Михайловна, собравшись с духом, встретила подлую воровку чужих сыновей культурно, чуть ли не приветливо (если обжигающе холодный взгляд и чётко выговариваемые слова можно назвать приветливостью), но позже строго сказала сыну, чтобы он и не думал о браке с этой аферисткой, желающей прописаться в их шикарной двухкомнатной, главное, городской, квартире.

— Все хотят сбежать из села в город! А он не резиновый, между прочим! И наша квартира тоже! Сначала сама переберётся, а потом кого потянет? Дюжину братьев и сестёр? Племянников? Престарелую бабку? — брезгливо сказала Анна Михайловна и велела сыну выкинуть всю дурь из головы.

— Во-первых, у Ленки нет братьев и сестёр, а во-вторых, мы и не собираемся в городе оставаться, — неожиданно и упрямо ответил влюблённый. — У них село знаешь, какое большое! Почти город! И жильё есть, нам коттедж дадут, Леночкины родители с председателем разговаривали. Совхозу очень нужны и зоотехник, и ветеринар! То есть мы нужны, понимаешь? А заработок пообещали какой солидный! Городским и не снилось! Кроме того, и поросят можно завести, и корову!

— Что? — только и смогла промолвить Анна Михайловна, ошеломлённая продуманными планами сына (интересно, кто на самом деле их вообразил!), и бессильно опустилась на диван. — Ты собрался меня бросить? Ты собрался уехать?

Лёнька смутился и постарался успокоить мать, говоря, что и она вполне может переехать к ним, дети пойдут, так мамина помощь будет неоценима. Или же они будут приезжать к ней в гости как можно чаще! Тут всего лишь четыреста километров! Разве это расстояние? Автобус каждый день ходит! Разве проблема приехать?

Анна Михайловна сразу поняла, что сын увяз крепко и действовать надо быстро, решительно, отбросив всякие сантименты и жалость. А потому она вступила в преступный (иначе и не назовёшь) сговор с Наташей Ляховой— Лёнькиной одноклассницей, влюблённой в него отчаянно и безнадежно.

Читать о чужой подлости возможно интересно и где-то даже приятно, но, как я уже сказала, семейную сагу из этой истории я раздувать не буду, ведь нам интересна не она, а самый главный вопрос, к которому я всё никак не подберусь! А потому о дальнейших событиях я сообщу вам лапидарным, телеграфным тестом.

Используя все средства и человеческие пороки, все грязные приёмы и подкуп врача женской консультации, Анна Михайловна затолкала Лёньку в брак с Наташенькой Ляховой, сказав: «Как честный человек ты обязан на ней жениться!» 

Анна Михайловна торжествовала, Наташа была на седьмом небе от счастья (стерпится, слюбится, главное вот он, Лёнечка, будет рядом каждую минуту!), Лёнька выл от отчаяния и не мог понять, как он попал в подобную ситуацию и как ему из неё выбраться (никак, все двери были заперты на замки, ключи утоплены в синем море, щели законопачены, метафорически выражаясь, естественно), а Леночка была вне себя от величайшего горя. Потеря и предательство любимого смешались в грязный ком, придавивший её к земле, не дающий сделать вдох. Как поднять его? Как продолжить жить? Одной невмоготу! И Леночка совершила опрометчивый, глупый и предсказуемый поступок: выскочила замуж за однокурсника, словно говоря Лёньке: «Вот тебе! Видал? Ты в ЗАГС, и я туда же!»

И не было бы этого рассказа, и не пришло бы Леночке письмо огромной важности, и не начала бы она готовиться к приезду свекрови, если бы...

© Оксана Нарейко