Когда ты останешься

первое, что я сделаю, когда останусь жив
после конца света

                                                   Сергей Кубрин
 
Когда ты останешься жив после конца света,
Ничего не делай, постарайся, прежде всего,
Просто сохранить себя,
Длиться до неприличья,
Как стихотворение.
Ради этого, дорогой мой,
(Пожалуйста, послушай меня хоть раз)
Не ложись спать,
Хорошенько не осмотревшись.
Не открывайся, не доверяй себя
Провалившемуся небу и отравленным ветрам,
Пусть тебе уже некого бояться:
Ни красного глаза одичавшего снайпера,
Ни бешеной от голода собаки,
Ни Крысиного Короля с жёнами и дочерями,
Которые отправляются в последнюю экспансию из родного подвала.

Впрочем, ни одна сказка больше не будет рассказана.
Ни одна история, страшная или героическая, не начнётся,
Поэтому позволь себе, наконец, хорошенько поспать,
Не испытывая тревоги из-за упущенных возможностей,
Измучившей наше поколение до такой степени,
Что старшие, выжившие из ума от самодовольства и сострадания,
Избавили нас от всех тревог раз и навсегда,
И ты очнулся один
Посреди остывающих камней без всякого страха вовсе,
Потому что страх, боль, смерть, поражение и даже похоть
Перестали существовать как понятия.

Но что-то не даёт тебе сейчас
Свалиться обессиленным и блаженным в угол
Между устоявшими стенами дома,
Который больше нет смысла называть твоим,
Забиться в угол, не как наказанный мальчик,
А награждённый самой горячей солнечной медалью.

Может быть, тебя смущает
Вот этот клочок
Лохматого фиолетового цветка,
Что прислонился венчиком
К обгоревшему кирпичу, словно пытаясь устоять
Горьким пьяницей, не потерявшим до конца
Подобия достоинства.

Не обращай внимания.

Можешь даже опустить на него
Тяжёлый армейский ботинок.

Но должен же хоть кто-то
Пожалеть сорный цветок
Сорной жалостью,
Дикой, нескошенной, ненужной,

Как моя любовь.