5367 донских казаков разбили 180000 войско  султана.

В военных академиях знают, что если противник превосходит тебя во много раз, сопротивляться бесполезно.. Генштабы всех стран мира исходят из простой арифметики: десятикратное преимущество врага означает неминуемое поражение.

Но в 1641 году в южнорусских степях произошло событие, которое опровергло всё, что написано в учебниках по военному искусству.

 Пять тысяч триста шестьдесят семь человек, включая восемьсот женщин, три месяца держали оборону против ста восьмидесяти тысяч отборных воинов Османской империи.

Азов

Но 18 июня 1637 Четыре с половиной тысячи казаков подошли к неприступным стенам Азова.

.Турецкий гарнизон был вырезан атаман Михаил Татаринов

Летом 1641 года огромный флот вошел в Азовское море.

Общая численность армии достигала ста восьмидесяти тысяч человек

Атаман Осип Петров созвал войсковой круг.

Помирать! — грянул хор голосов. — За веру православную!

Девяносто три дня в аду

Казаки каждую ночь  совершали дерзкие вылазки, засыпали турецкие траншеи, подрывали осадные работы. А когда враги все-таки завершили первый вал, донцы провели под него подкоп и взорвали.

Турки построили второй вал. Казаки взорвали и его. Тогда паша приказал возвести третий, еще дальше от стен, но зато на постоянной охране.

С этого вала турецкая артиллерия шестнадцать суток подряд, днем и ночью, долбила Азов.

От семисот до тысячи снарядов в день.

 Город превратился в руины, но защитники не сдавались.

Спасаясь от ядер, они вырыли глубокие землянки и жили под землей, как кроты.

Одновременно турки повели к крепости семнадцать подкопов.

Получилась подземная война.

Турецкие саперы рыли ходы, чтобы заложить мины под стены, казачьи — чтобы встретить их в узких тоннелях с саблями наголо.

. В июле несколько сотен казаков из донских городков пробрались в осажденный город с подкреплением.

К концу августа в лагере неприятеля начались настоящие беды. Эпидемия косила десятками в день.

 Татары, не получавшие обычной добычи, роптали и требовали отпустить их грабить русские окраины.

 В итоге хан не выдержал и 26 сентября увел свою орду домой.

К вечеру 30 сентября стало ясно, что завтра турки пойдут на решительный штурм, а защищать

Азов будет некому. В живых оставалось чуть больше двух тысяч человек, половина из них раненые.

 Порох кончился три дня назад, ядра отливали из церковных колоколов.

Атаман Осип Петров собрал последний круг.

— Держаться больше нет мочи, — сказал он устало. — Утром возьмем что осталось из оружия и пойдем на них в открытом поле.

 По-казачьи. Или пробьемся к своим, или сложим головы за правую веру.

Но случилось то, чего не ждал никто. На рассвете, когда казаки вышли из ворот готовые к последней сече, турецкий лагерь оказался... пуст.

Не просто тих, а пуст совершенно. Ни палаток, ни людей, ни пушек. Только брошенное снаряжение да следы спешного отступления к морю.

Сто восемьдесят тысяч воинов исчезли за одну ночь, словно их и не было.

Две тысячи уцелевших защитников ринулись преследовать огромную армию. Да, вы не ослышались, горстка едва живых людей погналась за целой армией. И догнала ее у самого берега, где турки в панике грузились на корабли.

Тут началось настоящее побоище. Казаки стреляли в толпу беглецов, рубили саблями, кричали "Ура!"

Среди турок поднялась такая паника, что они топили друг друга, лезли на переполненные лодки и прыгали в море в полном вооружении.

За одно утро величайшая армия Османской империи превратилась в толпу беглецов.

Домой вернулось меньше шестидесяти тысяч турок. Остальные погибли в боях, умерли от болезней или утонули при бегстве. Это было крупнейшее поражение Османской империи за всю ее историю.

Потери азовских казаков за все три месяца осады составили три тысячи человек.