Попаданец

Вчерашняя встреча с друзьями закончилась за полночь. Утром жутко трещала голова, а во рту перевернулся пудр — клозет. С трудом разлепив склеенные веки, я вспомнил, что дома поправить здоровье нечем.

На кухне жена сердито гремела посудой. Представив предстоящий разговор с супругой, решил поскорее одеться и ускользнуть из дома.

— Я в магазин, — крикнул с порога и поспешно захлопнул дверь.

На воздухе стало немного легче, и я шел к своей цели, в ближайший супермаркет, ни на кого не обращая внимания. Ступив на нерегулируемый переход, смотрел только вперед, в полной уверенности, что имею право идти именно здесь, но водитель — лихач думал иначе.

Скрип тормозов, гудок клаксона и удар бампером — все произошло в одно мгновение, и мое сознание поглотила тьма.

Очнулся я, лежа на мягкой травке. Открыл глаза, и первое, что увидел — странное солнце в виде желтого диска на небе изумрудного цвета.

— Кхе-кхе, здравствуй человек. Давно у нас никто новенький не появлялся, — надо мной возвышался мужик с топором.

Я поднялся на ноги и постарался улыбнуться, а сам потихоньку косился на топор.

— Здравствуйте. Я тут случайно оказался, мне бы дорогу домой разузнать, а то очень пива хочется, — выпалив эту чушь, с подобострастием уставился на мужика.

— Это вряд ли. Как вы все сюда попадаете, я не знаю. Но назад единицы возвращаются. Все ваши в отряд сбились, фермерством занимаются.

— Сизов Валерий Ильич, — представился я, надеясь наладить контакт.

— Имя твое мне без надобности, в управу пойдем, там и представишься. Меня зови Антип, прозвище мое — Топор. Мой инструмент всегда со мной — кому дров нарубить, а кому голову срубить, — мужик захохотал, а я поежился и еще сильнее захотел пива.

— Шучу, я обычный гражданин, людей не трогаю. Вот змееглавы, охрана порядка — опасные твари. Они на службе у города, много полномочий имеют, так что ты мимо них на цыпочках ходи и старайся в сторону смотреть.

Я заозирался, но пока никого на горизонте не наблюдалось.

— Ну, пойдем, город наш тебе покажу и в управу провожу, клеймо тебе поставить надо, у нас на ком клейма нет, тот вне закона, что хочешь с ним делай, — Антип сошел с газона и отправился вдоль по улице, и мне ничего не оставалось делать, как двинуться за ним следом.

Вдоль улицы стояли аккуратные одноэтажные дома, крытые разноцветной черепицей. За заборами ровные кустарники и яркие головки цветов. Ничего необычного.

И тут я услышал в отдалении знакомую детскую песенку: «Красота! Красота! Мы везем с собой кота...». Песня сопровождалась барабанной дробью.

Нам навстречу, ровными шеренгами, шел отряд детишек, лет девяти-десяти. На шее у детей повязаны галстуки черного цвета, а в руках детские барабаны.

— А это новый указ — организовать пионерские отряды, всех чертенят поголовно в них загнали. Так они в отряды собрались, а как были черти, так и остались. Теперь организованно кошек мучают и над другой живностью тоже издеваются. Вот их и наказали — будут три дня эту песню петь и в барабаны бить, — Антип погрозил топором пацаненку из отряда, состроившему нам зверскую гримасу.

Я пригляделся внимательнее и увидел у детишек на голове маленькие рожки. И впрямь черти — вот я попал.

Солнце, хоть и было здесь простым диском, неизвестно как висящим на небе, палило нещадно.

— Антип, мне хоть воды попить. Умираю от жажды, — грустным голосом попросил я Топора.

— Ладно, зайдем к русалке, пивом тебя угощу. Да смотри, уши не распускай и руки тоже. Она тебе любовь продажную предлагать будет, так ты не ведись, добром не кончится, — Антип говорил, а у самого на лице блуждала мечтательная улыбка.

Мы прошли совсем немного вдоль по улице и остановились возле добротного каменного дома, на котором висела вывеска «Корчма». Около дверей в заведение стояла большая бочка, в которой сидела красавица с зелеными волосами и обнаженным торсом.

— Красотуля, дай-ка нам по кружечке пенного, у нашего нового гостя в глотке пересохло, — голос у Топора стал слаще меда.

Из бочки показался огромный рыбий хвост, на котором как прилипшие стояли две кружки с пивом.

Антип протянул мне одну кружку, и я моментально ее опустошил.

— А чего гость молчит, может он стесняется. Подойди-ка ко мне поближе, на ушко тебе шепнуть кое-что хочу, — русалка завлекательно качнула грудью.

— Не-не, мы пойдем уже. Нам в управу надо, а то он без клейма еще, — Антип потащил меня прочь от корчмы и продажной русалки.

Мне стало гораздо лучше после пива, и я с интересом разглядывал местных жителей. Люди как люди, никаких больше чертей не попадалось. Я уже подумал, что все не так страшно, как мне показалось сначала, но тут Антип вжал голову в плечи и приказал: «Иди смирно, по сторонам не смотри, голову опусти».

Нам навстречу шел отряд стражей порядка. Змееглавы, одетые в черную униформу, держали в когтистых лапах дубины. Змеиные головы с раздутыми капюшонами, приплюснутые носы и желтые немигающие глаза с вертикальным зрачком — все это вселяло ужас. Когда стражи порядка прошли мимо нас, не обратив внимания, мы вздохнули с облегчением.

— Ох, пронесло, кажется. Им в лапы лучше не попадаться. Чуть что не понравится, дубинами отдубасят и в клетку отправят. А ты пока без клейма.

Вскоре мы подошли к управе. Антип сказал, что мне следует идти внутрь одному, там со мной проведут беседу, поставят клеймо, и я стану полноправным членом общества.

Внутри управа состояла всего из одного огромного зала. В центре зала стоял стол, а за столом сидел козел в очках. Козел сдвинул очки на лоб и уставился на меня.

— Слушаю Вас, — сказал козел.

Я растерялся, не зная, что отвечать.

— Мне б клеймо.

— Клеймо надо заслужить, — важно произнес он.

— Вот, например, на что Вы готовы ради процветания нашего общества и его отдельных представителей, — я понял, что под представителями он имеет в виду свою персону.

— Готов служить и способствовать, - подобострастно ответил я.

— Правильный ответ. Клеймо Ваше.

Козел вылез из-за стола, подошел поближе и врезал мне по лбу копытом.

*****

— Доктор, он пришел в себя после наркоза, — женский голос звучал приглушенно, как через слой ваты.

— Ну вот, а Вы так переживали, все хорошо будет. Полежит у нас пару недель и на выписку, — отвечал мужской голос.

— Вот ведь, сходил за пивом. Ну, только приди в себя, я тебе устрою, — теперь я узнал голос жены, и звучал он отнюдь не сострадательно.

А я подумал: «Пусть пилит. Наш мир прекрасен, слава богу, клейма ставить еще никто не придумал».

И вдруг мелькнуло в голове: «Или уже придумали?»