День рожденья, грустный праздник...
Елки-палки! А что стряслось?
Да вот... И с возрастом не могут никак определиться: то ли 228, то ли 242, и со статусом. Возраст то ладно, статус бы поопределённее. Иначе ведь абсурд: звук есть, а буква — то есть, то нет.
Как утверждают исследователи, звука этого не было ни в праславянском, ни в древнерусском языке. Он появился примерно в XII — XIII веке в северных областях Руси, а к югу добрался почти на столетие позже. В церковный же обиход он не проник (нет его и по сию пору), и поскольку Церковь была «законодателем мод», употребление звука, который сейчас обозначают буквой «ё», поначалу считалось просторечием.
Фонетика всегда на шаг впереди, а потому орфографически «ё» ещё довольно долго не существовало, хотя были попытки зафиксировать этот обаятельный звук с помощью диграфа «iô».
На мой взгляд, в таком варианте было два минуса.
Во-первых, это невыгодно, а любой язык стремится к экономии. Экономический подход как раз и использовала княгиня Дашкова, пытаясь продвинуть букву с умляутом, хотя слукавила: где ж тут экономия? А внешность новоизобретённой буквы воистину умилительна, очень уж на йожика похожа. Поэтому проехали.
Во-вторых, наличествует баг слухового восприятия: «йо» звучит не так, как «ё» несмотря на идентичную транскрипцию. Вслушайтесь в «йо-хо -хо» , а потом скажите «ёклмн!» — почувствуйте разницу.
Восприемницей (а по некоторым версиям — даже родительницей) новорожденной «ё» принято считать княгиню Екатерину Дашкову, но это не совсем так. Дашкова, действительно, предложила закрепить в письменности на ту пору уже существовавший диграф для употребления в словах типа «матёрый», «ёлка», «лёт». Она вопрошала учёную публику, правильно ли писать два знака для одного звука, и предлагала пойти по пути европейскому — использовать две точки над буквой. Было это в 1783 году, 29 ноября по новому стилю, на заседании Императорской Российской академии, самой же Дашковой и созданной.
Учёные мужи и дамы признали такой подход разумным, равно как и предложение княгини ввести в алфавит букву «ґ». Однако тернии встречаются даже на пути самых пробивных: заместитель Дашковой митрополит Новгородский и Санкт-Петербургский Гавриил выступил против, и «модернизации» не случилось.
А дату 29 октября позже назначили днём рождения «ё» — так бывает, дети иногда рождаются недоношенными.
По сути, отцом милейшей буквы стал Николай Карамзин.
В первом издании второй книги поэтического сборника «Аониды» в 1797 году «ё» была замечена в стихотворении Карамзина «Опытная Соломонова мудрость, или Мысли, выбранные из Экклезиаста». Поэтом двигало пылкое желание использовать банальную рифму «слёзы» — «розы». А поскольку замена диграфа одной буквой могла вызвать вопросы, он, как составитель сборника, сделал примечание: «Буква е с двумя точками наверху заменяет io».
Похожую на «ё» букву до Карамзина использовал также сербский и русский педагог Фёдор Янкович де Мириево. Во втором издании «Сравнительного словаря всех языков и наречий» 1790–1791 гг. для транскрипции ряда венгерских и французских слов он применил «е’’», уточнив: сие обозначает тот же звук, что немецкая «ӧ» или французский диграф «eu».
Однако привычным написанием «ё» мы всё же обязаны Карамзину. Или, возможно, печатникам Христиану Ридигеру и Христофору Клаудию, которые издавали его книги в типографии Московского университета.
А потом начались страдания.
Председатель Народного комиссариата просвещения Анатолий Луначарский в 1917 году подписал декрет о том, что употребление «ё» на письме и в печати «желательно, но необязательно». Претерпевала, но не пропала — если на печати и правда стали экономить, то в рукописных текстах грамотные люди не пренебрегали.
В 1942 году судьба сделала крутой разворот: ходят слухи, что в декабре этого года на подпись главе СССР Иосифу Сталину принесли документ о повышении ряда офицеров, в фамилиях которых буквы «ё» были заменены на «е». Сталин ужаснулся и лично расставил недостающие точки, приказав впредь такой сумятицы не допускать. Есть ещё версия, что в военное время замена «ё» на «е» в географических названиях вызывала путаницу, поэтому использование «ё» стало обязательным.
24 декабря 1942 года нарком просвещения РСФСР Владимир Потёмкин подписал указ об обязательном употреблении «ё» учащимися. Замена на «е» приравнивалась к ошибке. Печатные издания, во избежание неприятностей, тоже последовали этому указу.
Либерализация и оттепели пагубно сказались на бедной букве: в 1956 году появились «Правила русской орфографии и пунктуации». Вольница! Можно вместо «ё» писать «е». А если уж кому невтерпёж, пусть пользуются и «ё», но только в «малоизвестных» словах и там, где замена может привести к ошибкам. С барского плеча оставили букву в словарях и учебниках для младших классов и для иностранцев.
В русском языке от 12,5 до 13 тысяч слов с буквой «ё», есть и слова с двумя «ё», например, «трёхзвёздный». Не «длинношеее», конечно, но с учётом репрессий... Всё ещё впереди!
Филологи отмечают не менее тридцати пар, где «ё» меняет значение слова: падёж — падеж; мёд -мед; берёт-берет...
Две на сотню русских фамилий содержат букву «ё», при этом около 330 фамилий отличаются только этой буквой: Лёвин — Левин, Ерёмин — Еремин, Савёлов — Савелов.
Правила же практически не менялись с 1956 года. Но на протяжении многих лет обладатели фамилий с «ё» сталкивались с необходимостью через суд доказывать личность. В 2009 году Верховный суд уравнял в правах «е» и «ё» в фамилиях, а в 2012 Минобрнауки выпустило письмо «О правописании “е” и “ё” в официальных документах»: наличие точек над буквами не искажает данных владельца, при условии, что в документе наличествуют данные, дающие возможность идентифицировать владельца... Вы что-нибудь поняли? Я — нет.
Ой, всё! Это такая ерунда по сравнению, например, с переводом фамилий с «ё» на небратский язык... Небратья, кстати, не заморачивались: у них никаких «ё», зато есть и «йо», и «ьо», и даже «‘о». Оно и правда, к чему это гусарство!
Страниц ещё с десяток бы накреативить. И про «ёфикаторов», и про новую внешность: перевёрнутая «Б» с точками — это, кстати, почти плагиат, помните мемчик? Можно ещё про памятники. Кстати, молодцы создатели!
Минпросвещения продолжает настаивать на факультативном использовании «ё». А это плодит разброд и шатания в рядах пишущих. И читаем мы тексты, где всё мерцает, как болотные огни: тут она есть, а там нет, тут у автора «осёл», а там, глядишь, он уже и осел...
Между тем, ёшкин кот и ёкарный бабай живы, и язык без них был бы пресным, лишённым изюминки и лёгкого хулиганства.
Поздравим же букву «ё» с днём рождения, пусть и условным, и пожелаем реального и полного возрождения: даёшь «Ё», ёрш твою медь!