Бергамотовые сны

Я сидел в своём кабинете и смотрел в окно. Пациенты приходили и уходили вереницей, оставляя за собой лишь шлейф больничных историй. Я устало переводил взгляд с дверей на окно — за ним виднелась вывеска знакомого кафе напротив. Там по вечерам я иногда проводил время за чашкой чая с бергамотом, в одиночестве, которое, признаться, меня тяготило. Однако в тот день ко мне на приём пришла пациентка, не похожая на других. Я почувствовал это сразу. Она тихо вошла и села напротив, склонив голову, почти шёпотом произнесла: 

— Доктор, вы верите в сны? 

Я улыбнулся, пытаясь скрыть усталость. 

— Смотря в какие... 

Она посмотрела мне прямо в глаза. 

— В бергамотовые... 

— И что вам снится? — вырвалось у меня. 

— Мне снится мужчина в кафе напротив. Всегда один, пьёт чай с бергамотом. Почему? Одиночество его не красит.

Её слова повисли в воздухе тяжёлым облаком — в кабинете вдруг стало душно. У меня на миг перехватило дыхание. Но тут за окном шумно хлынул дождь — внезапный ливень принёс облегчение. 

— С чего вы решили, что он один? Возможно, он кого-то ждёт, — пробормотал я, пытаясь взять себя в руки. 

— Нет, — перебила она. — Никого он не ждёт. Скорее избегает...

В этот момент дверь кабинета резко распахнулась — и я услышал знакомый голос: 

— С кем ты разговариваешь, Саша? 

— Ни с кем, Пётр Алексеевич! — поспешно ответил я, и только тут заметил, что кресло напротив пусто. У меня сердце оборвалось — словно я оступился на лестнице в пустоту. 

— С тобой всё в порядке? 

— Да... 

— Хм... У Геннадьевича внучка вчера родилась. Пойдёшь с нами? Посидим где-нибудь скромно, отпразднуем. Недолго. 

— Сегодня никак, к сожалению. Передавай мои поздравления, — ответил я, стараясь скрыть своё смятение. 

— Ладно...

Пётр Алексеевич бросил на меня внимательный взгляд и скрылся в коридоре. Я выскочил из кабинета — и сразу направился в кафе напротив. Заказал чай с бергамотом: первый же глоток сладкого чая перебил горечь случившегося. Я пытался успокоиться, но ничего не получалось.

В тот вечер я ушёл домой пораньше и решил сразу лечь спать, надеясь восстановить расшатанные нервы. Однако мой сон трудно было назвать спокойным. Мне приснилось, будто я брёл босиком по промёрзшей земле — меня била дрожь, сил идти почти не оставалось. За мной волочились тяжёлые металлические цепи такой длины, что, оглянувшись, я не видел им конца. Наконец силы покинули меня, и я упал на землю. И тут появилась она. Девушка протянула мне руку, но я не успел за неё схватиться. Она нежно провела ладонью по моей щеке — и тут же растворилась в рассветном тумане.

Утром я проснулся разбитым, но, как ни в чём не бывало, отправился на работу. Перед началом приёма в кабинет вошла новая пациентка — девушка с миндалевидными глазами. 

— Доктор, вы верите в сны? — спросила она тихо, присев напротив. Я не смог сдержать улыбку. 

— Дайте-ка угадаю... В бергамотовые? — отозвался я. Девушка от удивления приподняла брови — две тонкие линии жизни на моих ладонях. 

— Вам снится мужчина, — спокойно продолжал я. — Один и тот же, всё время пьёт чай с бергамотом в кафе напротив. Я прав?

Она молча вскочила и выбежала из кабинета. В приоткрытую дверь тут же заглянул Пётр Алексеевич: 

— Саша, ты её чем-то напугал? Никогда не видел, чтобы кто-то так быстро бегал в нашей поликлинике. 

— Вы тоже её видели?! — вырвалось у меня. 

— Что значит «тоже»? — нахмурился он.

Я бросился вслед девушке. На улице, лихорадочно оглядевшись по сторонам, я увидел знакомую фигурку за стеклом кафе напротив — там, где вчера пил чай с бергамотом. Не раздумывая ни секунды, я вошёл в кафе и подсел к ней за столик. 

— Простите... Я не хотел вас напугать. Это всё так странно... Вы даже не представляете, что случилось вчера, — выпалил я на одном дыхании. 

— То, что было вчера, уже в прошлом — пусть там и останется, — перебила меня девушка сухо. 

— Как вас зовут? 

— Меня? — растерянно переспросил я, чувствуя себя неловко. 

— Вас. Или вы кого-то ещё видите за этим столом? — улыбнулась она. 

— Саша. 

— Я Анна, очень приятно. Понимаете, Александр, проблема в том, что бергамот цветёт только зимой. И пока цветы не увянут, мне будут сниться бергамотовые сны — такие же яркие и холодные, как сама зима. 

— А почему это проблема? — удивился я.

Анна рассмеялась. 

— Вы так много знаете о моих снах, неужели не понимаете? 

— Честно говоря, нет. Вчера у меня было видение — вы словно появились в моём кабинете и говорили о мужчине в кафе напротив. Больше я ничего не знаю. 

— Даже так... — задумчиво протянула Анна. — Признаться, я не ожидала, что вы тоже видите меня в своих снах. 

— Но то видение было не сном — я ведь не спал, насколько могу судить. Простите за вопрос, что значит «тоже»? Вы видите меня в своих снах? 

— Вижу. Мужчина, пьющий чай с бергамотом, — это вы. Я так привыкла к вам за эти месяцы, что уходящая зима нагнала на меня тоску — и тогда я твёрдо решила разыскать вас. 

— Безумие... Неужели такое бывает? 

— Оказывается, бывает. Кафе — реальное. Как и вы, — Анна улыбнулась. 

— Аромат бергамота... Он напоминает мне о чём-то забытом, но важном. Может, о вас? — я невольно улыбнулся. 

— Я могла бы угостить вас крепким кофе, но боюсь: его вкус не раскроет тайны чашки чая с бергамотом, — добродушно усмехнулась Анна.

В этот миг у входа мелодично звякнули колокольчики на двери. 

— Приятный звук, — заметил я. 

— Это ангелы смеются над нами, — сказала Анна и звонко рассмеялась…

После разговора в кафе я поехал домой. Накрывшись одеялом, вскоре погрузился в глубокий сон. Во сне я поднимался по бесконечной лестнице куда-то вверх. На душе было удивительно легко, не знаю почему. Может, всё дело было в том, что Анна шла рядом и крепко держала меня за руку. В ту минуту я испытывал приятное, давно забытое чувство. Счастье? Возможно. Но длилось оно недолго. Вдруг лицо Анны омрачилось, и она отпустила мою руку. Я понял: она больше не может идти рядом. Плохо скрывая грусть, она улыбнулась мне и, нежно проведя ладонью по моей щеке, исчезла — словно тепло в промозглый день. Вместе с Анной ушло и то чувство.

Проснувшись вместе с солнцем, я позавтракал и поспешил на работу. Сидя в кабинете и слушая, как настенные часы отстукивают секунды моей жизни, я думал о нашей встрече... Вдруг дверь тихо приоткрылась, и на пороге появилась Анна. Сердце у меня замерло. 

— Вы даже не пытались меня найти. Или я для вас просто сон? — тихо спросила она, опустив глаза. 

— О нет... Вы мне небезразличны. Я глупец. Только дома я понял, что ничего о вас не знаю, и теперь могу увидеть вас лишь в бергамотовых снах, — выпалил я.

Анна молча смотрела на меня, и я продолжил: 

— Этой ночью мне приснилось... Кажется, там были вы. 

— Кажется?! — в её голосе прозвучало разочарование. 

— Нет, это были вы. Мы вместе поднимались куда-то наверх, держась за руки. Потом я потерял вас и остался один... Это меня очень расстроило.

Анна печально улыбнулась и тихо спросила: 

— Вы хотели бы, чтобы я осталась?

Я боялся сказать «да», но слово «нет» пугало меня ещё больше. У меня пересохло в горле, и я не мог вымолвить ни слова...Я молчал слишком долго. Улыбка на ее лице угасла.

— Я поняла, — сказала она тихо, но уже без тени печали, только холодная усталость. — Вы всё ещё предпочитаете сны, доктор. Жить иллюзиями легче, когда ты один.

Она встала и повернулась ко мне спиной.

— Анна, подождите! — вырвалось у меня.

Но она не обернулась и вышла из кабинета, закрыв за собой дверь. Пустое кресло застыло напротив меня, а я потерял чувство времени. Очнувшись и побежав на улицу, я встретил холодный ветер. На миг зажмурился, и вдруг увидел: дверь кафе напротив всё ещё покачивается, и колокольчики на ней тихо звенят, а в утреннем воздухе витает аромат бергамота. Я шагнул ему навстречу…