Самый интересный мир

Прежде чем войти в деревню, я потоптался в пыли, испачкал травяным соком плащ и провел пыльными руками по лицу. Путник, прошедший долгий путь по разбитым дорогам, на которых меня поджидали опасности и лишения. Именно это я расскажу жителям деревни, виднеющейся за поворотом.

Около домов копошились куры, а в отдалении раздавался лай собак. Ну, хоть какая-то жизнь. Ни детей, носящихся по улице, ни женщин, собравшихся в стайки поболтать о том о сем, ни любопытных стариков на скамейках возле домов. Мне надо было найти местную харчевню, именно там можно узнать последние деревенские новости.

Около колодца громыхала ведрами симпатичная девица. Она бросила на меня подозрительный взгляд и сразу отвернулась.

— Доброго дня, — я нацепил улыбку на лицо, надеясь ей понравиться.

Ответа не последовало, молодуха наполнила ведра и, не оглядываясь, поспешила прочь. Мне ничего не оставалось делать, как идти дальше по пыльной улице, пытаясь отыскать трактир.

Харчевня располагалась на центральной площади. Справа церквушка, двери которой закрыты наглухо. Или служитель плохо выполнял свои обязанности, или жители совсем разочаровались в вере. Слева магазинчик, в котором продавались несовместимые, на первый взгляд, товары, от патронов до сырных головок.

Сначала зашел в магазин, в надежде получить информацию о происходящем в округе. Но хозяин оказался неразговорчивым. Узнав, что я не собираюсь ничего покупать, зыркнул на меня из-под нависших бровей и потянулся за ружьем, лежавшим под прилавком. Я поспешил покинуть лавку, чтобы не раздражать негостеприимного торговца.

Перед входом в харчевню стояла троица местных мужиков, что-то оживленно обсуждая. При моем приближении, они замолчали, так и стояли, не произнеся больше ни слова, до тех пор, пока я не вошел внутрь заведения.

Вид внутреннего убранства и витавшие внутри ароматы могли отбить аппетит даже у самого голодного посетителя. Криво сбитые столы и лавки, засиженная мухами стойка, и, звероватого вида, трактирщик вызывали желание быстрее покинуть зал, и искать пропитание в другом месте. Но я пришел не обедать, хоть и пришлось сделать заказ, чтобы не вызывать подозрение хозяина заведения и посетителей.

Не ответив на мое приветствие, хозяин воззрился на меня, всем своим видом показывая нетерпенье.

— Что надо? Или заказывай, или проваливай прочь, — грохнул он кулаками о стойку.

— Мне бы освежить глотку. Налей мне пива, а я пока присяду отдохнуть, — я сделал вид, что не заметил агрессии трактирщика.

На соседней лавке сидела компания местных, но отдыхающими они не выглядели. Перед каждым было по кружке пива, они тихо о чем-то переговаривались и бросали на меня косые взгляды. Доносились только отдельные фразы:

— ...остался на кладбище. Больше и не появлялся.

— ...вся деревня опустела.

— ...это был некромант, да поняли, когда уже поздно было.

— Самая большая гробница, та, что богач местный, Голдар, для своей жены возвел...

Шепотки и разговоры, но из них сложилась вся картина происшедшего. Дождавшись пива, быстро опустошил кружку. Пойло оказалось горьким и невкусным, но я и не поморщился. Пора было уходить, а конфликт с хозяином харчевни мне ни к чему.

Из разговоров стало понятно, что где-то около месяца назад, в соседнюю деревню пришел усталый путник, попросился на ночлег к вдове кузнеца, да так и остался у нее жить. Назвался он Дефом.

Соседи и знакомые даже порадовались за одинокую вдовушку. Вот только по хозяйству новый жилец помогать не торопился. Бродил по округе, часто ходил гулять на кладбище, которое находилось неподалеку. Ну а вскоре жители деревни заметили, что на кладбище что-то происходит. По ночам раздавался треск, будто деревянные кресты сходились в драке. Кошки и собаки обходили погост стороной. Деревенские наведались пару раз, посмотреть, что там, но увидев перерытую на могилах землю, даже к кладбищенской ограде больше не приближались.

А потом пропал деревенский парень, безобидный чудак, которого никогда никто не обижал и все жалели, потому что по разуму он был сродни семилетнему ребенку. Дома он не появлялся три дня, мать его обежала каждый дом, была и на кладбище, но парня нигде не было. Нашли его охотники в ближайшем лесу. Он лежал в самом центре нарисованной на земле пентаграммы, совершенно обескровленный.

Тогда же жилец вдовушки куда-то исчез, но сметливые деревенские жители быстро связали смерть дурачка и исчезновение Дефа. Тут-то и пришло понимание, что Деф некромант, но для чего ему понабилась жертва, они и предположить не могли.

.На кладбище стало неспокойно, по ночам раздавались жуткие звуки, и мелькали зеленые огоньки. Жить в деревне стало страшно, жители собрали свой скарб, погрузились на телеги и отправились на поиски нового пристанища.

Я знал, зачем некроманту нужна жертва, и почему он не довольствовался только мертвыми.

Здесь родился лич. И пока это был совсем молодой лич, не вошедший в полную силу, мне надо обязательно отыскать его.

Ноги уверенно несли меня на кладбище, к той самой большой гробнице, где покоилась жена богача Голдара. Именно там должно быть логово лича.

Тропинка к опустевшей деревне и кладбищу вела через лес, потом немного по лугу, и вот уже передо мной кладбищенская ограда. Пока я шел, приготовился к трансформации, на случай внезапного нападения нежити.

Ни одна пичуга не подавала голос в здешних окрестностях. Ограда погоста покосилась, кое-где виднелись прорехи, и я не стал искать вход, а прошел внутрь через огромную дыру в заборе. За годы сражений у меня выработалось чутье на нежить, по позвоночнику пробегали холодные мурашки, слух и зрение обострялись. Я был готов к битве.

Вот и гробница, действительно, огромная для такого небольшого кладбища. Изображение птицы смерти на барельефах, вход в гробницу охраняет изваяние проводника в мир смерти — Хадоса. А рядом с изваянием стоит высокая фигура в плаще, капюшон накинут на голову, в руках посох.

Я начал трансформацию. Когти-лезвия выскочили из пальцев за считанные секунды, лицо удлинилось, челюсть с клыками выдвинулась вперед. Веки нависли над глазами, огромными и фасеточными. Попутно я обрастал чешуей, которой был не страшен ни огонь, ни острый меч, ни быстрая пуля. Я, боевой оборотень, готов сразиться с порождением тьмы.

Лич среагировал очень быстро, поднял посох и нацелил его на меня. Пробормотал какое-то заклинание, камень на вершине посоха загорелся пронзительным белым огнем, но я не дал ему завершить колдовство. Всего один прыжок, и я уже рядом с ним. В ход пошли когти и клыки. Я растерзал его за считанные минуты.

Но это еще не конец. Мне необходимо найти филактерию, сосуд, в котором лич держит свою душу. Он может возрождаться снова и снова, пока филактерия в безопасном месте.

Нажав незаметную кнопку под ребром, я перекинулся в человека и зашел в гробницу. Лич уже обустроил себе жилище. Здесь было все для комфортного пребывания. Кровать, столик, полки, заполненные магическими книгами. На одной из полок и нашлась небольшая шкатулка с душой нежити.

Оставалось только приготовиться к переходу. Прежде всего, я стянул с себя костюм — трансформер. Сложив филактерию и костюм в бездонный вакуумный карман, подарок еще одного мира, я был готов. Остается только переключить незаметный рычаг на поясе — панели управления, и через секунду я буду стоять в нашей лаборатории.

Это был самый интересный мир из всего веера миров. Здесь жила вся нежить и нечисть, которая встречалась у нас только в мифах, сказках и легендах. Я раздобыл филактерию, и наш научный центр будет с нетерпением ждать возрождение лича около своей души.