Хроника царствования Карла IX

Из-за чего ведь вышло.

Из-за того, что незваный гость хуже татарина.

Пришёл я не в тот день

К Анжелке.

Думал, — повезло: увольнительная «на шару» досталась.

Ну, почему «на шару», рассказывать не буду.

Военная тайна. Или, говоря по-нынешнему, лайфхаки знать надо.

Да, так вот, — подхожу к её подъезду, опа-на: а они как раз выходят.

Анжелка, и лось этот. Высокий, счастливый.

Счастливый, потому что, надо понимать, — уже.

Ну и она. Сияет.

Правда, меня как увидела, радость-то и потухла. И глаза квадратные стали.

Ко мне бросилась, — Витенька... Витечка...

Хорошо хоть не додумалась, как в этих долбаных американских фильмах в таких ситуациях девки всегда говорят, — Это не то, что ты подумал!

А то и её бы въебал.

А так — только оттолкнул.

И к нему.

Ну, лось-то сразу понял, что сейчас будет.

Но я всё-равно опередил. Схитрил, — не поднимая рук, лобешником въебал.

Ну а дальше в ход всё пошло — и руки, и ноги. Как в той присказке — ...видимо-невидимо кто кого дерёт.

Что ж — с плохой овцы хоть шерсти клок.

Как говорится, хотел получить удовлетворение — и получил.

Правда, только моральное.

 

Когда вернулся в казарму, чего-то вспомнил книгу, что Кирюха, — Серёга Кирюханцев, давал недавно почитать.

«Хроника царствования Карла IX»*.

Во времена были!

За выхваченный из-под ног главного героя дамский платочек, — платочек, блядь! — дуэль.

Но при этом: сколько галантности, благородства, изящества.

А каким уважением пользовались «записные дуэлянты»!

Одно определение чего стоит: «записной дуэлянт» — это человек безукоризненно светский, человек, который дерётся, если кто-нибудь заденет его плащом, если в четырёх шагах от него плюнут и по всякому другому столь же важному поводу».

А какое бережное отношение соперника к новичку в этом смертельном деле: «Этот господин совсем недавно при дворе... Я готов сделать ему уступку... Вам понадобится рапира такой же длины, как у меня, а поэтому я вам рекомендую Лорана под вывеской Золотое солнце на улице Феронри — это лучший оружейник в городе. Скажите, что это я вас к нему направил, и он для вас всё сделает».

А поведение опытного Коменжа перед поединком с главным героем, когда сняв камзол, он развязал ленты, по-нынешнему — шнурки, на туфлях.

Тем самым по обычаю записных дуэлянтов давая понять, что не согласится ни на какие уступки.

Эх...

А тут...

Так, сволочь, и норовил по яйцам попасть.

Благородства — хоть жопой ешь.

 

В этот, главный день, подняли рано. Оно и понятно: пока доедем, потом построение, потом ожидание.

Пока пойдём.

Одеваться-обуваться было больно. То, что болели сбитые костяшки пальцев, еще можно было перетерпеть.

А вот то ли сильно ушибленный, то ли даже вывихнутый указательный палец на левой руке мало того, что от боли будто аж дёргал, так еще и причинял большие неудобства.

Если на правом ботинке шнурок более-менее завязал, то на левом завязывать замудохался. Хотя, с грехом пополам, по итогу всё-таки получилось.

...Пока стояли, аж замёрз. Погода-то ни к чёрту вышла на праздник. Май месяц — а снег. Да еще с ветерком.

Такое ощущение, будто сечёт тебя что-то по лицу.

Потом, правда, бац — солнце выглянуло. И снег прекратился. Повеселее стало.

Но ненадолго. Потому что опять серые тучи нашли, небо затянуло, снова снежок стал срываться.

...Когда наконец двинулись, легче стало.

Ну как легче — просто не до того уже было, не до погоды. Равнение надо держать. Шаг печатать, как положено.

А когда их коробочка поравнялась с трибуной, взгляд направо.

Как в старые времена говаривали, — Батюшку-царя поедом есть!

...Как это произошло, толком Виктор и не понял.

Почему?

Да потому что быстро очень случилось, в одно мгновение.

Был ботинок на левой ноге, — и нет его!

Только и заметил, как взлетел ботинок вверх и йобнул по спине Кирюху. Что шёл аккурат перед ним в предыдущей шеренге.

Но Кирюха молодцом оказался. Подтвердил, можно сказать, лучшие качества.

Отличника боевой и политической подготовки.

Подумал, конечно, наверное, с удивлением, что это такое его по спине лупануло?

То ли дрын, то ли дрон?

Но с шагу не сбился. И равнение не нарушил.

Наблюдая перед собой такой пример самоотверженности, Виктору сам Бог велел.

Сцепить зубы и держать строй.

Мысль только шебутная какая-то в голове промелькнула, — Вон, у космонавтов на орбите какие только не бывают внештатные ситуации, и то выкручиваются! А ты же — на земле!

 

Ботинку было охуенно стыдно.

Если бы было можно куда-то провалиться, он бы сделал это с удовольствием.

Но куда ты провалишься посредине Красной площади?

Если бы разве что из космоса ебанули каким-то лазером! Чтобы аннигилировать к чертям собачьим!

Но нет еще, к сожалению, такого оружия. Супер-высокоточного.

...А потом неожиданно всё перевернулось.

И легло орлом.

Можно сказать: dark side вдруг засияла moon light‘ом. Что в переводе означает: избушка повернулась передом.

Показали-то его, ботинок, по всем телеканалам.

Звезда телеэкрана, йопта.

И когда через месяц на Sotheby’s за него запросили такую сумму, что стыдно и называть — лопнете от зависти! ботинок с гордостью подумал, — А хули! Да, из грязи — в князи! Но как любят говорить звёзды Голливуда — Why not?

Карл бы одобрил.

 

*Роман Проспера Мериме