Поэт-перформер
В поэзии не разбираюсь,
Зато я разбираюсь в эпатаже,
Поэт-перформер я,
Хоть рифмы нет, но есть кураж,
И публика в мандраже.
Я не вычитываю тексты,
Я публикую сразу.
Не думаю, когда пишу,
Я – гений, есть такая маза!
Мне не до строк, что выверены в лад,
Не до размеров, что веками льются.
Мой стих – не мёд, а горький аромат
Дыхания, что в бездне задохнётся.
Мой голос – не свирель, а ржавый гвоздь,
Что вбивают в скрипящие панели
Привычных истин. И какая злость
Бушует в тех, кто в тишине сидели!
Я – не поэт, что словом душу лечит,
Я – тот, кто режет, вскрывает нарыв.
Моя рифмовка – искренность и вечер,
В котором гаснет мир, себя забыв.
Я выхожу на сцену, как палач,
С немым вопросом: "Что вы здесь, живые?"
И каждый взгляд – надрыв, и каждый плач
Встречают эхом демоны слепые.
Нерв мой кураж, он – оголенный провод,
Ток боли бьет в толпу.
Я не несу гармонию, но довод
Того, что истина – не в сладком бреду.
Пусть говорят, что это лишь безумье,
Что рвать покровы – варварство и грех.
Но в этом первозданном полнолунье
Мой крик острее, чем обманный смех.
Я – не для тех, кто ищет утешенья,
Кто хочет спрятаться от мира в сон.
Я – для разрыва, для преображенья,
Для тех, кто слышит сердца дикий звон.
И в этом мандраже, в испуганном ступоре,
Когда летят обломки старых стен,
Вы вдруг поймёте: не в бумажной пудре
Живёт поэт. Он – ваш живой обмен.
Я – голос боли, я – глаза прозренья,
Я – танец хаоса, где смысл не мёртв.
И в этом диком, страшном выступленье
Звучит не рифма, но последний зов.
Я – гений. Есть такая маза. Верьте.
Или не верьте. Мне, по сути, всё равно.
Я уже здесь. И в этом каждом нерве –
Моё бессмертье. Ваше – лишь кино.
(с) Юрий Тубольцев