О голимой попсе замолвлю я слово
В древние времена моей школьной юности среди настоящих пацанов считалось крутым слушать хард-рок, но никак не джаз, фолк или диско. Мы, обычные провинциальные старшеклассники, азартно обменивались вторыми-третьими копиями магнитофонных записей любимых западных групп Deep Purple, Doors, Led Zeppelin, Kiss, Uriah Heep, ZZ Top, Rolling Stones. Поскольку дорогие фирменные диски были лишь у редких избранных мажоров, ради классной первой записи приходилось делать им контрольные, ваять чертежи и помогать с зачётами. Потом, в отсутствие родителей, врубив дребезжащие отечественные колонки на полную мощность, мы улетали сквозь дым над водой по лестнице в небо к Люси в алмазах. Мало кто знал английский и понимал слова, но тогда для нас важнее был драйв, саунд и энергетика.
Beatles, Boston, Beach Boys, Monkees, 10CC считались уже почти отстоем и чуть ли не попсой. Впрочем, они ей и были, но тогда понятия и критерии у нас в ходу были иные. Особо рьяные и отчаянные обладатели хороших радиоприёмников сквозь вой глушилок слушали врагов с радио Свобода, Немецкая Волна, Севу Новгородцева с BBC. По рукам ходили контрабандные постеры и журналы. Они перепродавались и переснимались с доступным тогда ужасным качеством, но позволяли визуально прикоснуться к кумирам, недоступным на ТВ и видео. Сам я всегда предпочитал красивые мелодии и звук глэм-арт-рока Queen, Pink Floyd, Wings, T-Rex, Slade, Sweet, Animals, Procol Harum и Smokie депрессивному тяжёлому забою хард-групп Witesnake, Motorhead, Accept, Nazareth и Black Sabbath. Но… оставшись один, чаще всего слушал потрясающие голоса и заводные ритмы диско ABBA, Arabesque, Bee Gees, Boney M и Dschinghis Khan.
Родная «Мелодия» клепала в 70-х грампластинки с пафосными песнями советских композиторов в исполнении отечественных эстрадных «звёзд», «прогрессивных» или особо популярных забугорных поп-исполнителей, типа Д. Рида, И. Монтана, Ш. Азнавура, Т. Джонса, М. Матье, Р. Караклаич, С. Адамо, Э. Хампердинка. Даже перепечатки рок-групп «демократов»-соцлагерников из ГДР, Венгрии и Польши Scorpio, Omega, Lokomotiv GT, Karat, Pundys, Prinzip, Czerwone gitary, Skaldowi доставались из-под полы и втридорога. Впрочем, на безрыбье неплохо продавались записи отечественных вокально-инструментальных ансамблей Весёлые ребята, Добры молодцы, Песняры, Голубые гитары, Цветы, Самоцветы, Пламя, Поющие сердца, Лейся, песня, Ариэль, Орэра, Верасы. Да и концерты их мы посещали ради нечастых тогда хорошего звука и света. Но настоящие шоу отваживались делать немногие — Арсенал, Интеграл, Поющие гитары.
Кухонные радиотрансляции и общественные репродукторы испытывали терпение домохозяек и производственников гимнами вечно молодому Ленину, комсомолу и весне, БАМ, Братской ГЭС или иной стройке века. Однако в мутном потоке партийно-патриотических од и антиимпериалистических «песен протеста» иногда случались настоящие шедевры-откровения в лице молодых ещё А.Пугачевой, С. Ротару, А.Герман, Э. Пьехи, Э.Горовца, В.Мартынова, А.Градского, В. Ободзинского, В.Леонтьева, М.Магомаева и, даже И.Кобзона, которые становились по праву популярными и любимыми многие последующими поколениями слушателей. Все альтернативные официозу и полусамодеятельные рок-группы Машина Времени, Аквариум, Воскресение тогда довольствовалась подпольными квартирниками и нелегальными концертами, которые жёстко преследовались и пресекались сексотами, ментурой и гебухой.
Их песни были популярны и любимы многими поколениями благодарных слушателей, но прошло немало лет, и время многое расставило по своим местам, стерев из памяти и сцены одних известных исполнителей и их шлягеры, но сохранив в сердце неожиданно совсем иные песни, которые ранее воспринимались вполуха, считаясь чуть ли не сопливо-девчачьими. В них не содержалось никакой критическо-политической тематики или социально-бытовой сатиры, но были простые слова, несущие понятные всем чувства и проникающие незаметно для сознания в самую душу. Они доселе вызывают самые разнообразные эмоции и живой отклик в сердце, в отличие от утративших свою острую актуальность хитов прошлого, не только в дамской аудитории, но и у меня, внешне непробиваемого и несентиментального рок-меломана со стажем.
Душе, видимо, требовалось пройти через множество испытаний, страданий и потерь, что бы созреть до понимания их вечно-непреходящей ценности. Не случайно, со сцены и в узких компаниях поныне поют именно эти казавшимися ранее проходными песни про любовь, разлуку, первые поцелуи и размолвки. Да и в тяжёлые дни именно они сами всплывают в памяти, помогая бороться с тоской и унынием, поддерживая дух и ободряя плоть. Конечно, нынешняя музыка поп в исполнении безликих «поющих трусов» или блатного шансона существенно отличается от качественной советской эстрады 70-80-хх годов, но возможно, современная молодёжь спустя десятилетия будет точно также ностальгировать под наиболее её достойных представителей и отдельные удачные хиты, как мы теперь вспоминаем незаслуженно забытые шлягеры нашего прошлого.
Только встретив спустя много лет свою давно потерянную подругу юности, пережив счастье встречи, обретения любви и потеряв её вновь, можно по-настоящему ощутить и понять все то, что содержалось, например, в давнем шлягере Песняров «За полчаса до весны» —
Если б судьбу знали заранее,
Что средь дождей встретимся мы.
Я бы пришёл к Вам на свидание
За полчаса до весны.
Опозданием, мы наказаны,
Что слова любви прежде сказаны,
Что совсем другим доверялись мы
За полчаса до весны.
Томясь от невозможности исправить прошлое и воссоединиться со своей любовью, легче понять то, о чем поют ВИА Цветы в «Звёздочка моя ясная» —
Песни у людей разные,
А моя одна на века.
Звёздочка моя ясная,
Как ты от меня далека.
Поздно мы с тобой поняли,
Что вдвоём вдвойне веселей
Даже проплывать по небу,
А не то, что жить на земле.
Мотаясь по длительным командировкам или вообще вырываясь к любимой только на праздники можно в полной мере оценить песню Ю. Лозы «100 часов» —
Я был так долго далеко,
В дороге о тебе скучал я.
Ты отведи мои печали,
И припади ко мне щекой.
Ты все, что есть, неси на стол.
Оставь на после злые вести.
Мы наконец то снова вместе —
Я прилетел часов на сто.
В реальной жизни бывает очень трудно сохранить взаимное доверие, понимание и уважение, о чем поют ВИА «Добры молодцы» — «Кто тебе сказал»
Хочешь я в глаза, взгляну в твои глаза,
И слова припомню все и снова повторю,
Кто тебе сказал, ну, кто тебе сказал?
Кто придумал, что тебя я не люблю?
Я каждый жест, каждый взгляд твой в душе берегу,
Твой голос в сердце моем, звучит звеня.
Нет, никогда я тебя разлюбить не смогу,
И ты люби, ты всегда, люби меня.
Верить не хочу, и думать не хочу,
Что придёт разлука, и не сбудутся мечты.
Ночью я кричу, от горя я кричу,
Если снится, что меня не любишь ты.
Пройдя с достоинством и показной бодростью трагедию прощания с настоящей любовью, по новому воспринимаешь песню Л. Лещенко «Прощай!» —
Прощай и ничего не обещай,
И ничего не говори,
А чтоб понять мою печаль,
В пустое небо посмотри.
Ты помнишь, плыли в вышине
И вдруг погасли две звезды,
Но лишь теперь понятно мне,
Что это были я и ты
Но даже настоящему мужчине тяжело скрыть душевное смятение и сердечную боль, от которой никуда не скрыться, как у В.Казаченко — «Больно мне, больно» —
Больно мне больно не унять эту злую боль,
Больно мне больно умирает любовь,
Больно мне больно не могу удержать я слёз,
Чёрный ветер на крыльях разлук моё счастье унёс.
Ты разбила моё сердце,
И осколки разбросала,
Ты всегда была моей звездой,
А теперь чужою стала.
В это время более всего хочется верить в искренность чувств женщины, её верность, любовь. Терпение и прощение, как у А. Пугачевой в «Не отрекаются любя»-
Не отрекаются любя.
Ведь жизнь кончается не завтра.
Я перестану ждать тебя,
А ты придёшь совсем внезапно.
Не отрекаются любя.
За это можно все отдать!
И до того я в это верю,
Что трудно мне тебя не ждать,
Весь день не отходя от двери.
За это можно все отдать!
О том, как трудно и долго прийти в себя после ссоры, когда в разорванном и кровоточащем сердце теснятся любовь и обида, поёт А.Хоралов «Без тебя»
Без тебя, проходит день, как год,
А миг, как длинный день.
Без тебя, мир песен не поёт,
Грустит в саду сирень.
Без тебя, пустынно в том саду
И так печален клён,
От чего, к тебе я не иду,
Понять не может он.
И лишь после осознания всей невосполнимости утраты и необходимости покаяния приходят слова, о которых раньше забыл А. Серов «Я не хочу тебя терять»
А может ночь не торопить
И все сначала повторить,
Нам все сначала повторить
О, как мне быть?
А может снова все начать,
Я не хочу тебя терять,
Я не могу тебя терять!
О, как мне быть?
И лишь жесткосердная и самовлюблённая женщина может не расслышать этого, упиваясь страданиями мужчины, как Виагра в песне «Я не вернусь»
Я не буду сто лет убиваться опять
И знахарок просить, чтоб вернули тебя.
Ты захочешь меня, я любовью клянусь,
Ты захочешь меня, только
Я не вернусь в руки твои,
Не отзовусь, как не зови.
Ты улетишь, я не дождусь,
Ты позовёшь, я не вернусь.
Тогда приходится лишь сожалеть об утерянной любви, перебирая старые снимки и перечитывая письма, как Я. Йоала в «Фотографиях любимых»
Храним мы фотографии любимых —
Так листья под снегами прячут зимы.
Скользнул по ним лучом своим когда-то
Последний взгляд осеннего заката.
Мы прячем их от взглядов посторонних,
При тусклом свете лунном достаём их,
И, молча, разговариваем с ними,
Разглаживая глянцевые снимки.
Но все равно каждый день и час ты вспоминаешь утраченное и ждёшь того самого заветного звонка или стука в дверь Отиева «Последняя поэма»
Я уплываю и время несёт меня с края на край
С берега к берегу с отмели к отмели
Друг мой прощай знаю когда-нибудь
С дальнего берега с дальнего прошлого
Ветер весенний ночной
Принесёт тебе вздох от меня
Ты погляди ты погляди ты погляди
Не осталось ли что-нибудь после меня
В полночь забвенья на поздней окраине
Жизни твоей ты погляди без отчаянья
Ты погляди без отчаянья
Вспыхнет ли примет ли облик безвестного
Образа будто случайного
Оставшись под конец жизни в одиночестве, остаётся лишь вспоминать свою былую юность, друзей и любимых, как А. Градский в «Как молоды мы были» —
Как молоды мы были
Как молоды мы были
Как искренне любили
Как верили в себя
В небесах отгорели зарницы
И в сердцах утихает гроза
Не забыть нам любимые лица
Не забыть нам родные глаза
Несомненно, что у каждого из нас свой жизненный опыт, свои воспоминания и переживания, свои любимые исполнители и песни, будящие в душе свои чувства, и каждый может составить гораздо более длинный список памятных сердцу песен, но мне хотелось сейчас, как никогда раньше, открыться людям, которые правильно меня поймут и оценят этот текст, имея сходные со мной истории и эмоции. Мне кажется, что им, так же, как и мне, будет приятно на несколько минут вернуться в свою юность, в мир свежих и незамутнённых последующими наносами пошлости и грязи ощущений первой влюблённости, жажды счастья и веры в то, что все ещё впереди и все ещё сбудется и не раз, как у А. Пугачевой
А знаешь, все ещё будет,
Южный ветер ещё подует
И весну ещё наколдует,
И память перелистает,
И встретиться нас заставит,
И встретиться нас заставит,
И ещё, меня на рассвете
Губы твои разбудят.