Хуто-хуторянка или Как выйти из лабиринта

Одиночество притягательно, но труднодостижимо, особенно если семья большая, а жизнь не спешит покидать точку бифуркации.

Впрочем, из этой точки просматриваются как минимум два пути, какой-никакой выбор.

Мои мужчины в одночасье решили меня покинуть. Я возрадовалась. Выяснилось, правда, что счастье не будет вечным.

 Несмотря на краткость грядущей разлуки, они переживали. Думала — из уважения к моим сединам. Но я ведь взрослая уже! Да и не впервой мне одиноко жизнь влачить: езжу много и почти всегда сама по себе. Оказалось, их тревожило, что бываю-то я по большей части в цивилизованных людных местах (ха-ха-ха), а здесь…

И действительно, цивилизации у нас — днём с огнём. Ближайший магазин в бинокль не разглядеть, транспорт общественный… тоже нет. Зато есть полторы глухих старухи и подобие цыганского табора неподалёку — который год живут во шатре да с бытовкою, днём их не видать, а по вечерам песни-пляски. Нет, я тоже не то чтобы молодуха, хотя слышу хорошо, и цыганская моя кровь взыгрывает иногда страстью к бродяжничеству и желанием всю правду сказать. Но это другое.

Деваться, однако, некуда, труба зовёт. Успокоила я хранителей моего тела и духа тем, что не в полном одиночестве остаюсь: пёс, коты, старая мудрая черепаха, куры-гуси. Да, и домовой же ещё!

Первым делом сломался бачок. Ну, тот, который… Сантехников в наши места даже самогоном не заманишь, потому раскрутила я сама бачок этот – руки-то приставлены. Там трубка с пимпочкой, которая слив перекрывает — так вот, пимпочка отломалась напрочь, и обратно её приставить не представляется возможным. Надо бы в город метнуться, поискать что-то похожее, но целое. Только настроилась, как сразу вода кончилась.

Позвонила нашему главному по воде – говорит, у насоса насморк, дня за два починим. Знаем, знаем: насморк если лечить… а если не лечить… Что ж, поездка неактуальна: пусть даже найду нужную деталь и, чего доброго, сумею её приделать – испытания провести всё равно не удастся. Бог с ним, пока не очень-то и хотелось.

Тут вдруг сильно теплом запахло. Я бегом в подвал, а там котёл закипает: хитрый прибор типа «Комфорт», с какими-то ещё иероглифами, истерически пищит, сам котёл гудит, температура 98 градусов. Мои мальчики заботливые перед отъездом загрузили угля ему по уши, чтобы я не замёрзла, и у него несварение случилось - уголь больно хорош.

Комфортно, ничего не скажешь!

Открыла я топку настежь, дверь в подвал тоже, сама снаружи жду, когда температура упадёт. Благо, не пришлось угли раскалённые лопатой на пол выгребать – был у меня такой опыт. В общем, за час с котлом договорилась, вернулась в дом, как кочегар после вахты, которую я оказалась в силах стоять. Помыться нечем. И ладно, сколько там того обезвоживания.

Но за водой придётся сходить, если завтра не включат. Каких-то пять километров до родника — ничто для бешеной собаки.

Оказывается, отсутствие воды — понятие относительное. На кухне, например, её оказалось вдоволь: коты перевернули собакино ведёрко.

Вот интересно: у котов питьё по всему дому, в чашках, стаканах, мисочках и даже в большом ведре, но им время от времени хочется попить из собачьего, причём нескольким сразу.

Незапланированно помыла полы. Сходила к котлу – самочувствие хорошее, температура в норме. Обошла хозяйство, проверила – все по местам.

Решила быстренько сбегать по грибы, пока погода.

Встретила гадюку. Удивилась: ночи холодные, к утру всё в инее, змеи уже спать должны. А эта красуется на полянке. Бессонница, видимо, или на моцион вышла.

— Мадам, приятно вас видеть неоцифрованной. Не позволите ли оцифровать?

Она смотрит на меня матом, позировать явно не собирается.

— Пару снимков на долгую память! Вы собаки стесняетесь?  Он отвернётся.

Шипит:

— Никаких фотосессий, я не в форме!

Я же настырная, как все папарацци, хожу кругами, выбираю освещение, а она продолжает возмущаться:

— Подите прочь! И грибы здесь все мои!

Вот она, кстати. Ракурс, конечно, так себе: девушка нервничала, крутилась-вертелась, да и вообще была против. Ну и горизонт завален, это у меня всегда.