Первоцветы

иллюстрация: Soamo

Мапа редко обращает на Блюка внимание, не то что бада и деба. Блюк аккуратно сошел с дороги в искрящуюся поросль холодняка и посмотрел на мапу. Его родительница, встопорщив горловые протуберанцы, запустила руку в местную звезду. Блюк облизнулся — он любил горячий звездный мед. Лучше мапе не мешать.
Среди холодняка катились студенистые шарики, которые мапа не разрешала трогать. Белый, потом желтый, потом голубой и красный. Были и еще шарики, но вокруг них холодняк был очень колючим. Блюк подошел поближе к голубому шарику и посмотрел на него, скосив глаза — так было лучше видно.

— Мапа!
— ...
— Мапочка!
— Ну что тебе? – раздраженно сказала мапа, вытянув из звездного нутра горячий, пульсирующий ком.
— Мап, а что это такое красивое?

Мапа бросила мед в туесок, облизнула пальцы, подошла к Блюку и присмотрелась.

— А! Так это первоцветы.
— Красивые такие...
— Красивые.
— Так переливаются.

Мапа улыбнулась и погладила Блюка по макушке.

— Ладно, малыш, пойдем. Пама заждался поди.
— Хочу первоцвет.
— Что за глупости?
— Ну мап!
— Первоцветы нельзя трогать, — сказала мапа, присаживаясь перед Блюком на корточки. — Пусть они сначала поспеют, дадут ягодки по всему шарику, мы тогда и придем. А если их все сейчас оборвать, то что же будет? Из чего бада варенье будет делать?

Блюк задумался на мгновенье — варенье он любил. Но вот опять глянул на первоцветы и зарыдал.

— Прекрати.
— Ну мапа! Ма-а-поч-ка-а-а!

Мапа встала, отряхнула колени.

— Мапочка, мне бы только один! Ну пожа-а-а-луйста! — Блюк ухватил мапу за подол. — Я буду слушаться и куша-а-ть!

Мапа оглянулась по сторонам, утончила пальцы, ловко схватила букетик из трех первоцветов и сунула их Блюку.

— На, молчи только.

Блюк повис у мапы на шее, но она поцеловала его, легонько хлопнула по спине и поставила рядом с собой. Блюк ухватил мапу за палец, мапа подхватила туесок с остывающим медом, так они и пошли в сторону недалекого Фомальгаута, где разместилась вся семья.

***

Генерал отодвинул стакан чая и посмотрел на трясущегося оперативного дежурного:

— Что значит: «Нигде нет»? Это же, мать твою, не цветочки! Это же ядерные боеголовки!!!