Из рук его

Июль пылил, встречая у перил.
Знакомо-незнакомой чьей-то речью,
неугомонным гулом говорил
поток неразличимых человечков.
 
Но был один в воскресном шуме шин,
чей тихий голос прозвучал как выстрел.
Из рук его, надёжных и больших,
дай бог последний раз воды напиться.