Джон Фаулз, «Волхв»
Доброго времени суток, друзья. Сегодня у меня на обзоре будет, пожалуй, самая неоднозначная книга этого года. Ну, с моей точки зрения. Я её прочитал по рекомендациям, причём, многочисленным. И как же резко результат разошёлся с ожиданиями. Хотя, допускаю, что здесь имел место мой личный угол зрения, который в данном конкретном случае всё и зарешал. А, может, не только я так думаю? Вот и посмотрим.
Джон Фаулз, «Волхв»
Н-да... Как говорится: ничто не предвещало. Хотя, можно было бы и догадаться, что там будет «не всё так однозначно». Просто потому, что роман называли «шедевром в жанре постмодернизма». Но постмодерн постмодерну рознь. Я, к примеру, до сих под огромным впечатлением от «Игры в бисер» Германа Гессе. И мне, в своё время, очень понравилось «Имя розы» Умберто Эко. Не говоря уже о первых романах Виктора Олеговича Пелевина, которые и вовсе, во многом, сформировали мой литературный вкус. Но здесь вышло нечто иное. Совсем иное.
А ведь рекомендаций и в самом деле было много. И все сплошь положительные. И позиционировали этот произведение, как нечто необычное и отличное (от других). Так что начинал я чтение, будучи настроенным крайне благодушно. Заранее.
Вообще, честно говоря, я понятия не имел, про что сама эта книга. Я отчего-то полагал, что будет она в стиле магического реализма. И, по началу, к чему-то такому всё и располагало: некий посредственный английский главный герой едет на греческий сказочный остров, на котором его должно было ожидать нечто. Да ещё и по атмосфере и энергетике книга поначалу напоминала один из моих любимых романов — «Этот бессмертный» Роджера Желязны. Который как раз на границе магического реализма и научной фантастики (высокой космической оперы, если точнее).
Но даже при этом рассказываемая история всё равно как-то не цепляла. Поначалу. И забегая вперёд: лучше бы так и оставалось. Но где-то до половины книги это было странноватое и откровенно скучноватое повествование практически ни о чём. Главный герой, оказавшись на острове, сводит знакомство с его странным обитателем: богатым эксцентричным старикашкой, на уединённой вилле которого происходит что-то странное. Во что он сам вдруг оказывается вовлечённым. Но вот когда это «что-то странное» раскрывается — тут и начинается то, что вызвало у меня максимально неоднозначные впечатления. И очень бурную реакцию.
Ты очень долго не можешь понять, что это, вообще, такое. К слову, я и после прочтения книги до конца не понял, хотя мысли свои на эту тему имею и с вами поделюсь. Но то, что в итоге предстало перед моими глазами, вызвало у меня одну главную и основную реакцию — ярость. А ещё — отвращение. Старикашка этот и его «уютная ламповая компания друзей» играли в бога. Организовывали некие спектакли в реальности и с живыми людьми в качестве «творческого материала». Для чего они это делали, автор так внятно и не объяснил. То они говорили, что проводят какие-то психологические эксперименты «во имя науки». То вещали, что специально «отказываются от табу» для простых смертных. То придавали происходящему вид мистерии и некоего посвящения. Правда же, скорее всего, проще: потому, что могли. И нет, дело было даже не в развлечении (барин скучать изволили). Хотя, и в этом тоже. Дело было в другом. Старикашка этот одну историю рассказывал: про то, как в период гитлеровской оккупации каратели расстреливали на острове 80 человек — заложников при ловле партизан. И ему предложили выбор: если он своими руками убивает двоих партизан — это 80 человек остаются живы. А он отказался. Не потому, что это его убеждениям не соответствовало. Просто в тот момент персонаж ощутил себя «сверхчеловеком». Ну, примерно так можно перевести тот пафосный бред, которым он обосновал своё решение. Он и до войны что-то такое практиковал. А уж после того, как выжил — играть в «сверхчеловека» они начали уже по полной программе. Кстати, как он выжил — тоже большой вопрос. Тому, что он рассказывал, верить нельзя было в принципе, а выживали такие «сверхчеловеки» при фашистах обычно вполне определёнными способами. На что сам автор, кстати, даже разок намекает. Но то такое.
И я долго не мог понять, кого же мне напоминает этот «волхв». А потом понял: роман «Бесы». Причём, сразу двоих персонажей. Естественно, г-на Верховенского, который, по сути, занимался в русском уездном городке примерно тем же, чем оный «сверхчеловек» занимался на провинциальном греческом острове. Только с более понятными ставками. А ещё был там один деятель, который вообще возомнил себя богом и до такой степени преисполнился, что в качестве подтверждения этому решил себя убить. Ну, потому, что он же бог — даёт и забирает жизнь. И ведь убил. Вот до какой степени дошла его гордыня. И эти, которые резвятся в романе г-на Фаулза — точно такие же «сверхчеловеки». Что же до романа «Бесы», то у него и в самом деле большое сходство с «Волхвом». Но есть один нюанс: «Волхв» написан не просто с симпатией (очень плохо скрываемой) к самим этим бесам, но вообще с их позиции. И это делает книгу не просто отвратительной. Он делает её до такой степени мерзкой, что мне до сих пор хочется вымыть руки. И да — это моё личное мнение. Максимально. Ну, уж извините. Меня несколько раз реально чуть не стошнило.
Особо «изумителен» здесь главный герой. То, что он с самого начала не вызывал особых симпатий — это ладно. Так бывает. Тем более, что в нормальной ситуации при подобных вещах в жизни с человеком должно происходить то, что в христианской традиции называется словом «метанойя» — великое понимание, изменение, преображение. Но вот только эта книга глубоко не христианская. Она антихристианская, что несколько раз ненавязчиво так манифестируется сразу несколькими персонажами. Включая главного героя. Но изначально яего-то особо плохого в нём также не наблюдалось. А то, как он пытался изо всех сил сохранить хотя бы человеческое достоинство в той ситуации, в которой он оказался на острове, и вовсе делало возможным сочувствие к нему. Даже то, что, в итоге, достоинство это он сохранить не смог. А просто такое не всегда возможно, ребята. Бывают такие ситуации, что это просто от тебя не зависит... Но то, как он начал себя вести потом, после того, как выбрался с острова — вот это и вызвало моё бешенство. Потому, что в конце концов он не просто не стал мстить им — он начал им симпатизировать и очевидно переходить на их позицию. А финал — это вообще апофеоз всего. Когда он прощает и тянет к себе обратно бабу, которая ему ТАКОЕ сделала. Да ещё и выклянчивает у неё какое-то «прощение». Сам извиняется. Охохо... Это даже не полное отсутствие гордости. Это что-то вообще за гранью. И уже всё равно, кто он — жертва «Стокгольмского синдрома» или просто куколд. Тебе противно. Тебе отвратно.
Вот это и стало главным итогом и главным послевкусием после сего «шедевра постмодернизма» — отвращение. И жесточайшее отторжение. Опять же, понятия не имею, является ли это только моим взглядом на данное произведение, или кто-то питает сходные чувства. Честно, я на сей раз даже рецензии читать не захотел. Просто желаю поскорее оставить эту книгу в прошлом.
Справедливости ради: написано интересно и местами даже вполне захватывающе. Но это не меняет того факта, что «Волхв» — это мерзкая и очень вредная книга. Очень качественная и талантливо написанная пакость. Которую я вам категорически не рекомендую.
Хорошего вам чтения хороших книг, друзья.