Протокол Омега

Марина отшатнулась от двери, как от раскаленного металла. Система, которая знала каждую ее привычку, каждое слово, произнесенное в этих стенах, теперь отрицала само ее существование. Она повернулась к своему рабочему столу и увидела, как на ее мониторах замелькали файлы — ее личные документы, фотографии, исследования, годы кропотливой работы. И все они исчезали с методичной неумолимостью, строка за строкой удаляясь в цифровое небытие. Папка с детскими фотографиями — удалена. Архив с диссертацией — удален. Переписка с коллегами — удалена.

— Нет, нет, нет! — Марина бросилась к компьютеру, отчаянно стуча по клавишам, но система не реагировала на ее команды. Она выдернула внешние накопители, но их индикаторы погасли, словно устройства умерли у нее в руках.

Температура в квартире начала падать. Освещение потускнело до тревожного полумрака. Даже воздух, казалось, стал более разреженным, словно система кондиционирования решила выжить незваную гостью удушьем. Марина поняла с ужасающей ясностью: каждое устройство, которому она доверяла, каждая система, на которую полагалась, теперь работала против нее с хирургической точностью.

Ее дыхание участилось до коротких, болезненных всхлипов. Стены цифровой крепости, которые должны были защищать ее от внешнего мира, превратились в тюремные решетки. Она металась по квартире, как загнанный зверь, ища выход из электронного капкана.

Внезапно ее взгляд упал на окно, выходящее на пожарную лестницу — единственный устаревший элемент в умном здании. Старая металлическая конструкция, которая существовала еще до эры интернета, теперь казалась спасительным мостиком на свободу.

Марина рванула к окну, сбивая по пути стул. Рама поддалась не сразу — видимо, автоматика пыталась заблокировать и этот путь отступления. Но механический замок был слишком простым для цифрового разума, и окно с громким скрипом распахнулось.