Белая карта

Исчезновение семнадцатилетней Марины Воеводиной стало одним из самых громких событий города Карповска за последние месяцы, если не годы. Молодая девушка во время прогулки в парке оставила свою компанию и бесследно исчезла. Поиски начались на следующий день, однако результатов не дали. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Версия о том, что Марина могла внезапно уехать к бывшему молодому человеку в Москву, не подтвердилась. Мама Марины, заведующая городской детской библиотекой, безутешно и безуспешно искала дочь. Клавдия Степановна каждый день ходила в полицию, развешивала фотографии, давала объявления в газеты, подключала к поискам завсегдатаев библиотек. Словом, сделала всё, чтобы исчезновение стало событием. По городу поползли слухи об убийстве.

Убийства в Карповске случались. На рабочих окраинах приключалась поножовщина, пару раз в год убивали друг друга собутыльники, а порой тинэйджеры по скудоумию могли поколотить до смерти кого-то из изгоев жестокого подросткового общества. Неприятно, однако раскрываемость таких убийств очень редко опускалась ниже 100%. Насильственная смерть в центральных районах города случалась далеко не каждый год. И потому полиция крайне неохотно взяла заявление об исчезновении.

Марину искали. Искали друзья, искали работники культуры, искали добровольцы, искала даже полиция. Безутешную Клавдию Степановну водили на приём к мэру, а оттуда – на городские телеканалы. Низкое количество убийств вовсе не гарантировало отсутствие невыдуманных историй, о которых невозможно молчать: городские телеканалы охотно косплеили федеральные ток-шоу и на весь город разносили амурные похождения фитнес-тренера из Первомайского, демонтаж бетонного забора вдоль улицы Рыбной, тонкости подлёдного лова в период отсутствия gps-навигации или, например, зависимость несения кур на птицефабрике от режима работы городского аэродрома. Клавдия Степановна, побывав на паре таких шоу, измоталась эмоционально и ушла в работу, а телевизионщики обратили свои объективы на подруг Марины, её молодого человека, соседок по двору, городских экспертов по всем вопросам и прочих людей, которым нужен лишь повод что-то сказать. Журналисты телеканала «Первое карповское» даже съездили в Москву и разыскали бывшего парня Марины. Толку от него было мало, зато журналисты посетили ГУМ, «Европейский», «Ереван Плаза» и другие столичные магазины.

Бодрый и прыгучий ведущий с большими зубами и в костюме с искрой представил уважаемым зрителям следующую гостью ток-шоу «Зеркальный сазан» – таролога Сюзанну Звездовскую. В студию вплыла замотанная в пёстрые наряды дама и, поприветствовав всех странным жестом, уселась на диван.

– Сюзанна, скажите, – быстро затараторил ведущий, – весь город волнует судьба несчастной Марины Воеводиной. Вы можете что-то об этом сообщить нам и всем зрителям?

Дама состроила загадочную мину и посмотрела в камеру, словно пыталась заглянуть в душу каждому, кто её видит.

– Безусловно, меня очень волнует судьба несчастной Мариночки! Её мама не обращалась ко мне за консультацией, но я делала расклады на неё сама. Судьба девочки в тумане, но я могу утверждать одно: она жива!

– Она жива! – подхватил ведущий, а невидимые зрители зааплодировали.

– Жива! – пафосно повторила Сюзанна. – Надеюсь, её смогут найти!

– Сюзанна, а вы можете прямо сейчас при помощи карт таро прояснить что-то в судьбе Марины? Например, кто причастен к её исчезновению?

Сюзанна эффектно извлекла из рукава толстую колоду ярких карт и с ловкостью бывалого шулера перетасовала их. Услужливый ассистент подкатил небольшой столик.

– Скажите мне, карты, – зловещим голосом начала дама, – живёт ли в нашем городе человек, причастный к исчезновению Марины Воеводиной?

Сюзанна начала раскидывать карты на столике, а режиссёр трансляции заботливо отвёл камеру, чтобы пытливый зритель не мог увидеть выпавшие карты. Ведущий взволнован. Зрители затаили дыхание. Сюзанна провела рукой над картами и вздохнула. Тишина, казалось, вот-вот лопнет.

– Живёт! – возвестила Сюзанна. – Маг. Этот человек – мошенник или обманщик. Возможно, он удерживает Марину силой. Так-так…

Сюзанна словно читала карты как книгу и бормотала что-то себе под нос. Зрители вытянули шеи.

– Сюзанна! – не выдержал накала ведущий. – Что вы видите?

– Справедливость! Этот человек жаждет справедливости. Он одинок, он ищет своё предназначение.

– И Марина помогает ему в этом?

Тут встал один из гостей – хозяин лавки мороженого, недалеко от которой исчезла Марина.

– Сюзанна, карты говорят, что Марина жива?! Она жива!

Сюзанна на секунду смутилась, однако заботливый режиссёр переключил трансляцию уже после того, как она приняла загадочный вид.

– Для ответа требуется задать вопрос. Вы задаёте его?

– Да! – с чувством ответил микромагнат.

Сюзанна собрала карты и начала тасовать их.

– Поведайте нам карты, жива ли Марина Воеводина?

Сюзанна быстро раскидала карты. Зрители замерли.

– Жива!

Зрители ахнули. Ведущий вытянулся так высоко, что чуть не рухнул.

– Не молчите, Сюзанна!

Сюзанна не молчала:

– Верховная жрица готовит её к воспринятию справедливости! Она жаждет справедливости! Звезда даёт ей надежду, Марина ждёт спасения и спасителя!

Зрители ахнули и зааплодировали. Сюзанна улыбнулась и поклонилась, словно благодарила зрителей за оценку её мастерства. Ведущий был неугомонен в своём желании вырасти над собой.

– Феноменально! Просто феноменально! Аплодисменты!

Зрители захлопали с новой силой.

– Многоуважаемая Сюзанна, – седовласая классная руководительница Марины Воеводиной вклинилась в шоу, – благодарю вас за отличную новость. Скажите, а вы можете оказать помощь нашей полиции? Может, благодаря вашим подсказкам они вернут Мариночку маме и всем нам?

Аплодисменты. Ведущий смахнул слезу.

– Конечно, – ответила Сюзанна, – я всегда рада помочь полиции. Надеюсь, они обратятся. Видите ли…

– Жанна Витальевна, – напомнила своё имя седовласая учительница.

– Видите ли, Жанна Витальевна. В нашем обществе до сих пор бытуют предубеждения касательно карт таро и тарологии. Нас, тарологов, считают шарлатанами и какими-то колдунами. Между тем, тарология – это не колдовство, а точная наука! Она может дать ответ на любой вопрос, надо лишь правильно прочесть его. Я училась этому двадцать лет, я уже искала людей. Я их находила! Нашей полиции стоит признать, что их криминалистика бессильна! Эту тайну им не разгадать! Ответы я им дам, стоит лишь задать. Я в силах помочь следствию. Все свои силы, все свои знания, а также мои скромные сверхъестественные способности, которыми всевышний меня наградил, я брошу на поиски Мариночки и тех, кто причастен к её исчезновению!

Аплодисменты. Сюзанна приняла горделивую позу, и подполковник Фокин нажал на паузу.

– Что скажешь, Володя?

Старший лейтенант Чудин не очень понимал, каким образом комментировать увиденный им цирк.

– Иван Дмитриевич…

Фокин вздохнул и поправил свой галстук.

– Мне уже из мэрии звонили.

Он сел на стул. Чудин сел на другой.

– Позор… Какой позор, а?

– Иван Дмитриевич…

– Тебя, Чудин, – Фокин махнул рукой, – я не виню. Но тебе теперь отдуваться.

– Что я должен делать?

– Придётся… придётся… – подполковник Фокин с трудом подбирал слова, – в пресс-службе эта барышня, как её имя?

– Старший лейтенант Сошкина.

– Вот, с ней переговори, а карточную даму сегодня привезут к нам. Наверное, завтра поедет на место исчезновения Воеводиной.

– Товарищ подполковник, разрешите озвучить мнение?

– Зачем, Володь? – улыбнулся Фокин. – Мнение и у меня есть, и вряд ли оно менее ругательное, чем твоё. Но…

Подполковник показал пальцем наверх. Владимир кивнул.

– Разрешите выполнять?

– Выполняй.

 

Старшему лейтенанту Владимиру Чудину дело об исчезновении Марины Воеводиной досталось в прямом смысле по наследству: предыдущий следователь, капитан Эврисфеенко, не вынес тяжести бытия и провалился под лёд во время рыбалки на Щёлкином озере. Владимир принял дело в гиблом состоянии: по горячим следам ничего сделано не было, свидетелей толком никаких, место предполагаемого исчезновения юной гражданки Воеводиной осмотрено лишь спустя четверо суток после оного. Зато – резонанс. Потому дело не закрывали. В перерывах между бытовухами старший лейтенант Чудин регулярно находил время на дело Воеводиной, однако ни тело, ни её саму обнаружить не удавалось. Хоть к гадалке иди…

Однако гадалка приехала сама: на новом следкомовском «Камри», в сопровождении огромного джипа личной охраны. Владимир не знал, что делать и как говорить, а потому переоделся в форму. В форме была и Соня Сошкина, референт пресс-службы.

– К чему это всё, Сонь?

– Начальство велело. Иди встречай.

Владимир поправил фуражку и открыл дверь «Камри».

– Здравия желаю!

Он подал картёжнице руку. Её ладонь оказалась сухой, шершавой и неприятной. Сюзанна, выйдя из машины, опустила тёмные очки на кончик носа.

– А где журналисты?

– Здравствуйте, Сусанна Вениаминовна! Сегодня нет съёмок, – пояснила Соня, – техническая встреча.

– Ну хорошо.

– Прошу, – Владимир указал на вход.

Как раз подъехала третья машина – микроавтобус, из которого высыпала свита тарологини. Бойкого мужичка в чёрных очках и с козлиной бородкой Владимир безошибочно определил как продюсера. Сюзанна скинула свой тяжёлый величественный плащ, и его моментально подхватил ассистент. Под плащом на помощнице следствию оказался обыкновенный деловой костюм.

Вся пресс-служба собралась посмотреть на знаменитость. Спустились психологи из ситуационного центра – взять автографы, которые Сюзанна очень щедро раздавала. Майор Мартышкин, начальник пресс-службы и известный выпивоха, с чувством расцеловал Сюзанну и предложил отметить успешное начало работы, от чего Сюзанна решительно отказалась. Мартышкин нашёл компанию в лице продюсера, с коим и удалился в личный кабинет.

– Сусанна Вениаминовна, – улыбнулась ей Соня, – начинаем завтра. Вы и следователь поедете на место предполагаемого исчезновения Воеводиной.

– Хорошо, дайте анонс на сайт.

– Уже готово. С минуты на минуту принесут договор.

– А следователь где?

Соня указала на Владимира.

– Знакомьтесь: старший лейтенант Чудин Владимир Григорьевич.

– Здравствуйте ещё раз! – улыбнулся Владимир.

Сюзанна посмотрела на него, словно увидела только сейчас.

– Бо-о-рь!

Не весть как услышавший свою повелительницу продюсер моментально вышел из прежде закрытого кабинета Мартышкина, встал рядом и обратил на Сюзанну свои полные покорности глаза.

– Да, Сюзанночка!

Сюзанна кивнула на Владимира.

– Следак.

– Борис! – продюсер потряс руку Владимира, сделал рамку из пальцев и посмотрел на него со всех сторон. – Нет, Сонечка, это нам не подходит. Не мужественный он какой-то. Да и ростом длиннее Сюзанночки. Мы бы хотели провести небольшой кастинг и…

– Прошу прощения, Борис, но следователь по делу – именно я.

– Да? – улыбнулся Борис. – Ну и как успехи, молодой человек? Без картишек – никуда?

Борис по-хозяйски приобнял Сюзанну, но мгновенно получил каблуком по носку ботинка.

– Симочка, – позвала Сюзанна, – пообщайся.

К Владимиру подскочила девушка из свиты Сюзанны и отвела в сторону.

– У тебя костюмчик-то есть?

– Здравствуйте. Есть.

Девушка подёргала Владимира за рукав.

– Вот это снимай и ходи костюме. Избегай яркие цвета и, мой тебе совет номер один: постарайся быть невидимым.

– А совет номер два?

Девушка улыбнулась.

– Готовься к хейту.

Юристы принесли договор, который подписывал продюсер. Пока юристы получали свою порцию автографов и бесплатных советов на все случаи жизни, Владимир посмотрел через плечо продюсера на подписываемое. ИП Верховодовым Б.К., очевидно, и был продюсер Борис. В текст договора Владимир не вчитывался, это было бы неприлично, да и Борис подписывал почти не глядя, но вот сумма в спецификации весьма удивила Владимира. Он отошел, чтобы не смущать Бориса: тот, похоже, занялся тщательной проверкой расчёта. Владимир не любил считать чужие деньги, но не мог не подумать о том, что на указанную сумму можно было бы закупить вполне приличную передвижную криминалистическую лабораторию, о которой мечтали всем следственным управлением несколько лет. Старый РАФик, ещё советский, списали, а замену так и не купили: денег нет. Удивительно, что на сомнительную пиар-акцию подобно этой деньги внезапно нашлись.

Соня о чём-то долго говорила с Сюзанной, и Владимир подумал, что он тут не очень-то нужен. Его такая ненужность тяготила: работы много, можно ещё что-то успеть сегодня, а он – тут.

Наконец, Соня подозвала Владимира.

– Сусанна Вениаминовна, вы можете побеседовать со следователем в кабинете, вам там никто не помешает.

– Веди, Софочка.

Соня взяла Сюзанну за руку и увлекла по коридору, Владимир поплёлся за ними. Один из охранников Сюзанны семенил позади.

В кабинете пресс-службы никого не было. Соня поставила на журнальный столик воду, улыбнулась, вытолкала охранника и вышла сама. Сюзанна села на диван, по-мужски широко расставив ноги.

– Тебя как звать?

– Владимир.

Он сел на стул напротив.

– Ну вот что, Вовчик, ты не отсвечивай особо, понял?

– Я и не собирался, Сусанна Вениаминовна.

Сусанна Вениаминовна нахмурилась.

– Ты вот что, зови меня только и исключительно Сюзанной, понял?

– Хорошо, Сюзанна.

Она достала из внутреннего кармана пиджака колоду карт и начала их тасовать. Владимир следил за её руками: обращаться с картами госпожа таролог умела. Наверняка специально училась всяким эффектным фокусам. Закончив тасование, Сюзанна протянула колоду Владимиру.

– Выбери любую карту.

– Вы хотите погадать мне? – улыбнулся Владимир.

– Нет, хочу узнать, с кем имею дело.

Владимир вытянул из середины колоды карту и протянул Сюзанне. Она ухмыльнулась и положила карту на столик. На карте был нарисован человек в красной рубашке с целой вязанкой пик в руках.

– Десятка жезлов, – пояснила Сюзанна.

– И что она значит?

– Молчи.

Сюзанна начала выкладывать карты под человеком с пиками. Иногда госпожа таролог хмурилась и клала под одной картой ещё одну. Рисунки на картах были какими-то неприятными, Владимир вообще терпеть не мог карты, и потому он решил рассмотреть саму Сюзанну поближе. Она была ещё совсем молодой женщиной, едва ли ей было больше тридцати пяти. Грим и макияж на телевидении безжалостно прибавляли ей лет десять-пятнадцать, зато удачно скрывали мешки под глазами и некоторую болезненную пухлость лица. Владимир был почти уверен: у Сюзанны проблемы с алкоголем, которые она частенько усугубляет. Едва заметный шрам над левой бровью, похожий на след от пирсинга. Усталость и безысходность в глазах. Припудренные веснушки.

Сюзанна провела ладонью над картами, Владимир посмотрел на них. Пугающие и странные картинки, которые он не видел целиком. Одна из карт была пустой. Под ней лежала такая же пустая карта. Странно.

Даже для единственного зрителя госпожа таролог играла роль: что-то шептала, величественно нависала над картами, таращилась на Владимира время от времени. А затем просто сгребла карты и вместе с остальной колодой отправила в карман.

– Карты правду говорят? – улыбнулся Владимир.

– Всегда!

Сюзанна встала. Владимир – тоже.

– И что говорят? Скажете?

Сюзанна смерила Владимира насмешливо-надменным взглядом.

– Моя консультация, Вовчик, стоит десять тысяч рублей. Приходи ко мне в офис, тебе как сотруднику внутренностей сделаю небольшую скидку. Я узнала, что хотела, тебя это не касается.

Раздался радостный стук в дверь.

– Сюзанночка, – послышался голос продюсера Бориса, – Сюзанночка, денежки, сегодняшнюю их часть, принесли, нам пора!

Владимир открыл Сюзанне дверь, но продюсер влетел в кабинет. Бумажный свёрток в его руке тянул на 400 тысяч рублей: четыре пачки по сто, в банковской упаковке. Сюзанна провела рукой по пакету, и продюсер жадно прижал его к своему животу.

– Пошли, дорогая, не будем медлить ни минуточки!

Сюзанна кивнула и посмотрела на Владимира.

– В десять.

Владимир вздохнул.

– До свидания.

– До свидания.

– Всего доброго! – счастливый продюсер схватил Сюзанну за руку и быстро уволок.

Соня сидела на подоконнике и смотрела на гаснущее солнце. Грустная.

– С каких пор мы даём наличные?

Соня опустила глаза.

– Начальство… начинать надо завтра, они хотели аванс, а через банк было бы долго.

– Понятно.

Соня посмотрела на Владимира.

– Ты не думай, Володь, всё нормально. Расписка, акт, все дела.

– А почему деньги взяла не она сама?

– Слушай, вот чего ты ко мне пристал, – Соня раздражённо скривилась, – не моё это дело. Что велят, то и исполняю.

Соня отвернулась к окну.

– Прости. Ты будешь там завтра?

– Нет.

– Ладно. Пока тогда.

– Пока.

В Пионерском произошло убийство, очередное бытовое, и Владимира почти к самому дому подвезли на машине дежурного по городу. Владимир убитого знал, потому поднялся в квартиру. Веселков Никита Филиппович, ранее судимый безработный двадцати пяти лет, лежал на полу не своей квартиры с навеки застывшей гримасой невероятного удивления. Уже приехал судмедэксперт. Возле разбитого зеркала суетились криминалисты, однако картина преступления, как обычно, была ясной, к тому же главный и единственный подозреваемый ничего не отрицал.

– А где он? – спросил Владимир.

– Уже внизу, в патрульке.

– Понял. Ладно, ребят, до завтра. Хорошего дежурства.

Владимир спустился вниз. Полиция, карета скорой помощи, зеваки. Владимир подошёл к патрульному УАЗику, сел в салон и открыл окошко в отсек для задержанных. Задержанный угрюмо смотрел в пол.

– Здорово, Юр.

– Здорово.

– Всё же прирезал его?

– П-прирезал, – закивал задержанный.

Владимир тоже кивнул. Помолчали.

– Мне твои говорили: приедем на труп. Вот и труп, правда не мой, – парень тихо и нервно расхохотался.

Владимир вздохнул.

– Ладно, Юр. Поедешь пока с ребятами, я утром поговорю.

Задержанный кивнул и отвернулся.

– Ладно, бывай.

– Бывай, Володь.

 

Несмотря на будний день, утренний парк был необычайно людным. Мамы с колясками, пенсионеры с внуками и без, алкоголики, гадалки, а также просто любители этого интересного собрались на аллее, с которой два с лишним месяца назад сошла и не вернулась Марина Воеводина. Уже в девять утра начали развёртывание телевизионщики, приехала девушка от Сюзанны и громко заявила, что будет вести трансляцию в соцсети. Старшему лейтенанту Владимиру Чудину не было до соцсетей никакого дела: он вместе с полицией думал, куда отправить зевак в случае дождя. «ГАЗель», выделенная руководством в качестве штаба расследования, внезапно обрела соседку в виде фургончика с кофе. Вскоре рядом образовался и лоток с мороженым. Владимир подумал, что наверняка подтянутся ещё какие-нибудь бенефициары исчезновения девушки. Возможно, даже её убийца…

Микроавтобус со свитой госпожи Сюзанны прибыл в без десяти десять. Ассистенты достали и разложили столик, какую-то другую карточную утварь, продюсер Борис командовал установкой кулера с водой. Приехала ещё одна пара патрульных «Патриотов» в оцепление. Похоже, к обеду начнётся дождь.

Вопреки ожиданиям Владимира, таролог Сюзанна приехала на скромном «Солярисе», сама за рулём. И одета скромно, но вместе с тем ярко – чтобы все видели и все внимали. За оцеплением пронёсся ропот, телевизионщики оживились, а анонсированная трансляция в соцсети началась.

Владимир не знал, как себя вести, да и вообще не понимал, зачем он здесь. Подошёл, поздоровался. Таролог Сюзанна поприветствовала его в ответ. Поприветствовала собравшихся людей. Принесли столик. Люди замерли. Тишину нарушало лишь громкое дыхание патрульно-поисковых собак. Сюзанна извлекла из сумочки колоду карт, подняла её над собой, продемонстрировала всем и начала тасовать.

– Скажите, карты, жива ли пропавшая Марина Воеводина сейчас?

На стол брошена карта. Люди ахнули.

– Жива! – словно от нетерпения крикнула одна из ассистенток.

– Жива! – повторила Сюзанна.

Люди зашептались, снова зашумели. Кто-то заплакал. А Владимир подумал, что у Сюзанны хорошо поставленный голос. Председателю городского суда бы такой…

Люди с камерами метались вдоль зевак перед оцеплением. Владимир же думал о работе. Экспертиза по убийству Германа Овезова ещё не готова. Он мог бы сейчас снова допросить свидетелей по делу Хвостенко или проведать задержанного вчера Юру. Надо убедиться, что он написал явку с повинной: он сам сообщил об убийстве (вернее, превышении пределов самообороны), но из чувства вины мог не написать. Ещё много столь любимой начальниками бумажной волокиты, проверка жалобы, списание случайно упавшего в карьер УАЗика. А он, старший лейтенант Владимир Чудин, терял рабочее время в парке. Однако Артём Капитонович, его школьный учитель истории, наказывал во всём искать и находить хорошее. Владимир искал хорошее. Парк вряд ли можно считать хорошим: работа на воздухе случалась с Владимиром нередко, в том числе и здесь. Работа телевидения. Если и не хорошее, то интересное. Дождя нет. Тоже сомнительно: дождь полезен, да и зевак было бы поменьше. Однозначно хорошо: скоро отпуск. Если ничего не случится, конечно. Но Владимиру его уже дважды переносили. Так что, хорошее есть. К тому же Владимир заметил, что среди полицейских была кинолог Людмила Блинкевич: можно было лишний раз полюбоваться самой красивой девушкой на свете. Люда тоже заметила Владимира и улыбнулась. Её верный нос по кличке Шарик был исполнен властности и сидел смирно. Если наряд Люды не уедет сразу по окончании шоу, надо будет подойти.

Шоу внезапно напомнило о себе: мужчина из толпы громко выкрикнул: «Спасибо, Сюзанна! Спасите Марину!» Люди грянули аплодисментами. Владимир даже засомневался, не наняты ли зрители. Но вроде нет. Его самого, к счастью, не трогали. Сюзанна давала картам отвечать на какие-то громкие и бессмысленные спустя столько времени вопросы, но вдруг позвала его:

– Господин следователь!

Владимир вышел, и зеваки встретили его недобрым улюлюканьем. Сюзанна развела руками – и вновь воцарилась тишина.

– Да, Сюзанна.

С десяток камер нацелился на него.

– Мариночка ушла туда! – Сюзанна указала рукой в направлении предполагаемого покидания Мариной Воеводиной дорожки.

Да уж, сенсация. Владимир даже не улыбнулся.

– Совершенно верно.

Толпа загудела: таролог права! Сюзанна смело направилась в указанном ею же направлении. Ассистенты со столиком зашагали следом, за ними – журналисты, зеваки и прочие полицейские.

На берегу паркового ручейка установили столик, операторы помогли выбрать наиболее удачные ракурсы, и Сюзанна приступила к работе – тасовала карты, выкладывала и что-то говорила про направление движения Марины. Владимир слушал без особого интереса, хотя направление и было неизвестным: март выдался холодным и снежным, а в ту ночь выпала почти месячная норма осадков. Коммунальщики были в ужасе, зато на улицах – красиво. Многие гуляли, в том числе Марина Воеводина.

Люди ахали и перешёптывались. С запада тянулись спасительные тучи. Владимир коротал время, наблюдая как Люда играла у воды с Шариком. Ему было странно, что люди не расходятся: скучно же. Наверное, что-то похожее почувствовала и Сюзанна, хотя возможно, что своё воздействие оказали первые упавшие с неба капли. Госпожа таролог громко объявила, что устала и нуждается в подпитке как физических, так и интеллектуальных ресурсов, собрала колоду и пошла обратно на дорожку. Любопытная процессия с Владимиром в качестве замыкающего потянулась следом.

Возле машины Сюзанна пообщалась с зеваками: кому-то сказала доброе слово, кому-то вытаскивала из колоды карту и демонстрировала, а кому-то просто давала автограф и позировала для селфи. Кажется, Люда тоже была бы не прочь подойти, но – служба.

Минут через пятнадцать госпожа таролог объявила, что совсем устала, анонсировала своё появление в каком-то вечернем ток-шоу и пригласила прийти всех сюда же и завтра: её работа с местом происшествия пока не закончена. Села в машину и уехала. Всё.

Оцепление не снималось до отъезда журналистов. Какое-то время оставались и люди – делились увиденным и пережитым. Владимир лишь испытывал ненавистное чувство впустую потраченного времени. Но вроде вот и всё. Владимир подошёл.

– Здравия желаю, товарищ сержант.

Люда обернулась и улыбнулась.

– Здравия желаю, товарищ старший лейтенант! Как дела?

– Да вот, ерундой этой занимаюсь. А у тебя?

– Ничего. Но интересно же, правда?

К Владимиру подошёл Шарик и подставил морду. Владимир присел рядом и начал чесать пса.

– Не знаю. Странно. Я понимаю, когда гадалки помогают, скажем, с какими-то эфемерными сущностями вроде любви или удачи, но тут-то другое.

– Но вдруг её найдут?

– Надеюсь.

– А как другие дела? А то ты пропал, с первомайского усилка не виделись.

Владимир хотел извиниться, но не успел.

– Людк, а, Людк?! – донеслось из УАЗика.

Люда выдохнула и обернулась.

– Слушаю, товарищ лейтенант.

– Грузи своё корейское народное национальное блюдо, и поехали.

Люда посмотрела на Владимира и грустно вздохнула.

– Прости, пора мне.

Владимир кивнул.

– И мне. Пока, Люд!

– Пока, Вовка!

Владимир отошёл на пару шагов. Люда открыла дверь в багажник, и Шарик запрыгнул в машину. Люда закрыла дверь, поправила кепку и села вперёд, к водителю. Сидевший на заднем сиденье командир патрульно-постового наряда лейтенант Тополь не без удовольствия показал Владимиру средний палец, и «Патриот» укатил по своим патрульно-постовым делам.

 

В конторе старшего лейтенанта Чудина сразу же вызвали к начальнику пресс-службы майору Мартышкину.

– Здравия желаю, товарищ майор!

Товарищ майор не поздоровался в ответ и указал на стул. Владимир сел.

– Смотрел, – начал Мартышкин, – какой-то ты неестественный в кадре, лейтенант.

– Работа такая, товарищ майор, – пожал плечами Владимир.

Мартышкин изогнул губы дугой, изображая улыбку.

– Шутеечки шутишь, значит? А у нас тут серьёзная пиар-акция, в которой по нелепости оказался ты.

– Товарищ майор, мне кажется некорректным называть приказ начальства нелепостью.

– А ты не хами мне, лейтенант. Пришёл запрос на твоё участие в вечернем ток-шоу. Но пойду я. Не дорос ты до прайм-тайма. Соцсети ведёшь?

– Никак нет, товарищ майор.

– Ну вот и хорошо. А то пошутишь ещё, Петросян в погонах… Завтра и все выходные Сюзанна работает каждый день. Участвуешь, рапорт полковнику по вечерам.

– Так точно.

– Свободен.

Работа, к счастью, ожидалась только бумажная. Владимир старался без особой спешки подготовить всё, что нужно, по всем делам. Юра в СИЗО, к нему не пустят. Но он поговорил. Благо следователь понял ситуацию, по сто пятой дело не завели, а противоправного и аморального поведения потерпевшего оказалось на несколько гигабайт с разных камер. Сто восьмая, ещё и со смягчающими… А всё равно не по себе. Владимир подумал, что надо бы поговорить с участковым.

 

Вопреки ожиданиям Владимира зевак на следующий день собралось нисколько не меньше. Может, это и правда проплаченная массовка? Бригад от телеканалов стало на одну меньше, полиция для оцепления прибыла в прежнем количестве. Увы, без кинолога Люды. Владимир наблюдал за всем со стороны, но встал поближе – чтобы иметь возможность слышать Сюзанну. Госпожа таролог приехала ровно в десять. Как и всегда, экстравагантно одетая и, как показалось Владимиру, с небольшого похмелья. Сюзанна поздоровалась с публикой и сразу же разложила карты. Карты велели ей идти по дорожке на юг. Процессия двинулась. Сюзанна водила руками в стороны и говорила, что чувствует вибрации. Их, кстати, чувствовал и Владимир: где-то в километре от затаптываемой локации вибромолот вбивал очередную сваю в будущий фундамент нового городского дома культуры. Бестолково, как показалось Владимиру, походив по парку, Сюзанна остановилась возле дуба и обняла его. Публика ахнула, операторы окружили Сюзанну. Владимир подумал, что ему надо сбегать за пивом и предложить ей.

– Это дерево помнит! Мариночка проходила мимо!

Владимир улыбнулся: конечно, проходила. Тут другой дороги-то и нет. Сюзанна заулыбалась, прильнула к дубу щекой, и на её глазах выступили слёзы.

– Она была счастлива! Так счастлива!

Евгений Молочников, друг Марины и её молодого человека Виктора, которого не было в толпе вчера, схватился за голову и разрыдался. Люди ахнули, Евгения окружили операторы.

– Мы все были счастливы! – сквозь слёзы кричал Евгений. – О, это я виноват! Я ей позволил! Нет мне прощения!

– Вы ни в чём не виноваты! – ответила уже плачущая Сюзанна. – Ни в чём!

– О, горе мне!

Люди окружили Евгения сочувствием. Он продолжал стенать и возносить руки к небу. Владимир отвернулся: противно. И парень этот – никто. Оставалось надеяться, что они все не в сговоре.

Порыдав ещё с минуту, Сюзанна заявила, что уже устала. Пригласила всех на вечернее ток-шоу, по дороге к машине ответила на пару вопросов журналистов, села и уехала. Журналисты же внезапно бросились на Владимира.

– Лейтенант Чудин, скажите, почему вы проигнорировали вчерашнее ток-шоу?

– Лейтенант, почему следствие не привлекло несравненную Сюзанну раньше?

– Почему следствие в тупике? Люди должны знать правду!

– Господин Чудин, где вы были в день исчезновения Марины Воеводиной?

– Почему вы скрыли, что были знакомы с потерпевшей?

– Следствие будет искать Марину дальше?

Владимиру захотелось ответить, что он знать не знал потерпевшую, но личный ответ на личный вопрос в данной ситуации тоже являлся бы нарушением.

– Уважаемые господа, я не уполномочен общаться с прессой. Прошу вас по любым вопросам обращаться в пресс-службу, там вам с радостью ответят.

– Но господин Чудин, люди должны знать правду!

– Всего два слова! Прокомментируйте нам!

– Господин Чудин, вы будете участвовать в ток-шоу?

Владимир сдержанно улыбнулся.

– Простите, я не уполномочен. Спасибо.

Владимир отошёл на шаг. Пресса бросилась искать безутешного Евгения, но он уже сбежал.

«Люди должны знать правду»… Владимир бы тоже не отказался. Вот только для этого надо найти Марину Воеводину. И желательно прекратить этот цирк.

Владимир составил отчёт для начальства, в котором как мог отразил бессмысленность и бесполезность как всего происходящего с Сюзанной, так и траты времени и бюджетных денег на подобные мероприятия. Как-то быстро раскидал бумаги по другим делам в производстве. К счастью, глупое убийство девушки на Луговой улице дали не ему. К сожалению, вызвали к майору Мартышкину.

Майор снова не ответил на приветствие и кивком предложил сесть. Владимир сел.

– То, что ты сос