Я Ему пока не нужен

Огромный холл: мраморный пол, цветы, яркий свет... Великолепное здание, но великолепие рушится, когда звучит слово «больница». Оно срабатывает в минус и перед глазами возникает громадный скальпель и... Стоп. До скальпеля нужно ещё дожить. Воображение гаснет. Взгляд обращается к вежливому персоналу. Я придерживаюсь мнения, что чем больше в больнице молодого, здорового, красивого персонала, тем быстрее выздоравливают больные. Молодость, здоровье, красота — это бушующая положительная энергия.
Чукотка.
Поместили меня в одноместную палату. Благодать. Тишина. Никто не пристаёт. Думай, пиши. День радуюсь, второй день — радость. И вдруг на третий день почувствовал, что ненавижу тишину. Злоба на неё неимоверная. Попросил лечащего врача перевести в палату, где слово слышится. Перевели. Соседом оказался семидесятилетней мужик. Полвека проработал на Чукотке. Вышел на пенсию — поселился в Москве. Живое слово. Если оно наполнено добротой, оно несёт в себе живую, лечащую энергию.
Мужик оказался рабочим-политиком и рабочим-олигархом.
— Меньше амбициоза в политике, — говорил он, — и всё будет, как на Чукотке.
— А как на Чукотке?
— Ягод полно. Грибов навалом. Рыбы завались. Икры горы. Рыбу сушил, коптил.... Работай и деньги получай. Я вначале маркшейдером был, потом увидел: денег мало. Бросил, не побоялся и пошёл в проходчики. 

— Из-за денег.
— Не перебивай. Дальше слушай. Две квартиры заработал. Пенсия 87 тысяч. Дом построил на берегу. Моторка. Машины. Сейчас дом в Донбассе строю. В Пушкино квартиру купил. Родственников у меня много. Есть кому дарить и оставить. Вкалывать нужно. И командиров поменьше. Россией должны командовать три человека. Экономист, юрист и производственник.
— А почему уехал? Денег много заработал. Решил вольно пожить.
— Нет. Это вторично. Долг Родине отдал. Не спрашивал с России, что ты сделала для меня. Спрашивал с себя, а что я сделал для России. Отвечаю: жил и работал честно, не воровал. Родину не хаял.
— А в Бога веришь?
— Как же тут не верить, — засмеялся он. — Бог послал мне испытание. Пошёл я в больницу. Да не сам пошёл. Бог повёл. Провёл среди всех врачей. Подлечили меня. Здоров. Завтра выпишут. Вот Бог и выведет меня отсюда. Значит не нужен я пока ещё там. Значит нужен я пока тут, здесь для кого — то и каких — то дел. Это же здорово! Это же замечательно! У меня должок перед ним. Исполню. Церковь построю.— Он помолчал. — Меня часто спрашивают, а не завидую ли я так называемым знаменитостям? Не хотел бы стать известным артистом, учёным. Нет. Не завидую. Да и зачем. Если учёный делает благое дело, и я делаю благое дело, так мы с ним одинаковы по духу, но различны по тому, что делаем. Так зачем мне завидовать. Вот такие дела.
Сейчас много мыльных мужиков. Этот правильный мужик. Себя обустроил и своих ближних Такие моут и Россию из болота вытащить. Попроси его: сваргань баньку, завшивела Россия. Засмеется и топором в ухватку срубит.

«Не такого ли Человека искал Человек с фонарём из рассказа «Ищущий!».
Операция.
Надели на меня медицинскую робу и повезли в операционную. Положили на типа диван.
— Напишите нам телефон в случае чего, кому звонить, — говорит врач.
Понятно в случае чего. Написал.
Медсестра достала маску и мне на лицо.
— Сейчас будешь спать.
— Это, конечно, хорошо спать, но Вы уверены, что я проснусь?
— Мы здесь боги. Разбудим.
Действительно разбудили.
— Открой глаза.
Открыл.
— Покажи язык.
Показал.
— Всё в норме.
Наркоз пока работает, можно быть спокойным, но готовым к боли, наркоз скоро кончится и боль так атакует, что мама не горюй.
Отвезли в палату. Посмотрел в окно. Боже мой. Какой красивый мир. В жизни такого не видел.
Выписка.
Куча врачей. Хлопают, щупают. Словом, обрабатывают со всех сторон.
— Как чувствуете себя?
— Сейчас нормально. Как дальше будет, не знаю. А вы знаете?
— Это только один Бог знает.
Вспомнил я слова соседа. Бог меня сюда привёл, провёл по всем врачам и выводит. Значит, я ему пока не нужен. Это очень здорово! Это просто замечательно!