Исаак Бабель, «Конармия» / «Одесские рассказы»

Доброго времени суток, друзья. Книги, о которых сейчас пойдёт речь, я решил прочитать экспромтом. Просто вдруг вспомнил об этом авторе и решил, что время пришло. А приходило оно долго, ибо мне его советовали ещё очень много лет назад. Ещё в моём подростковом возрасте. Во времена позднего Союза, когда оный автор был одним из культовых.

Исаак Бабель, «Конармия» / «Одесские рассказы»

Собственно, прочитать я хотел только первую книгу. Просто потому, что вспомнилось мне, как её сравнивали с «Россией, кровью умытой» Артёма Весёлого и говорили, что это произведения из одного ряда. Это, кстати, правда. В том числи и потому, что книги эти, как говорят, дорого обошлись своим авторам. Но так вышло, что вместе с «Конармией» я скачал ещё и «Одесские рассказы». Они в одном пакете шли, о чём я узнал только после скачивания. Что ж, стало быть, это знак, решил я, и прочёл обе.

Ну, что сказать? Бабель — автор специфический. Как писатель, он окончательно сформироваться не успел и это чувствуется. Рановато ушёл. Как и Артём Весёлый. А развиваться ему было куда, и это чувствуется тоже. И наиболее очевидны оба этих момента именно в первой из прочитанных мною его книг.

«КОНАРМИЯ»

Читать эту книгу я решил не из-за стиля автора, а из-за тематики. Гражданская война. То, что мне всегда интересно. Как имеющему отношение. Так сказать. Я читаю и сравниваю то, что было, с тем, что я видел сам. И, в общем-то, Исаак Бабель отлично подтвердил тот вывод, который я сделал, прочитав Артёма Весёлого: нам ещё очень далеко до того трэша, который был тогда. По всем параметрам. Начиная от ощущения полностью рухнувшей в Ад страны, и заканчивая... Нет, даже не запредельной взаимной жестокостью и полным взаимным же расчеловечиванием, а повседневностью всего этого. Вот как раз этот момент Исаак Бабель показал даже лучше, чем Артём Весёлый. Хотя, если брать в целом, то роман «Россия, кровью умытая» куда более впечатляет, чем «Конармия».

Ну, как минимум, это большой роман, в «Конармия» — это довольно компактный сборник рассказов. Своего рода, зарисовок из жизни и повседневной рутины 1-й Конной армии, наступавшей на Варшаву. То есть автор изнутри описывает венную кампанию, которую Красная армия проиграла. Самого этого момента он не описывает, но проигрыш, как бы, чувствуется. Он висит в воздухе. Даже сами герои понимают, что всё катится в никуда, хоть и вслух этого почти не произносят. Но акцентируется книга на другом. Как раз на той самой повседневности. Которая просто потрясает. Если вдуматься, то в ней всё запредельно. А более всего две вещи: жестокость и героизм. Которые даже не переплетаются — они буквально спаяны друг с другом. Например, в случае с одним из командиров, который сначала свирепо расправляется с пленными и буквально сразу геройски гибнет, защищая своих людей от вражеских аэропланов.

Кстати, сама эта история крайне примечательна: внезапное сходство с нынешней войной просто бросается в глаза. Начнём с того, что аэропланы тогда были чем-то вроде нынешних дронов: новинкой, с которой непонятно как бороться и от которой часто и густо гибнут люди. А закончим тем, что управляли этими аэропланами американцы. Которым, так же, как сейчас, было больше всех надо. И которые вовсю резвились на воюющих друг с другом осколках Империи.

А воевали люто. Гражданская война показана, как она есть. В моменте даже начиная напоминать «Донские рассказы» Шолохова. Чего стоит одна история двух молодых братьев казаков, у которых отец на другой стороне. Причём, он лютует, пытается их убить, но в итоге они сами убивают его. Драма, достойная пера Шекспира. Рассказанная размеренным, будничном стилем. Это рутина. Такого много. Спокойная, повседневная кровавая жесть.

Что до самого стиля написания, то мне он не особо понравился. Как я понимаю, писать Исаак Бабель пытался творить в том же ключе, что и «Одесские рассказы». Но уж больно разные это форматы. Плюс, он ещё и слишком старался: всё время пытался в яркие метафоры и это местами выходило на грани графомании. Впрочем, так уж сильно это в глаза не бросается.

Кстати, совершенно внезапно обнаружил, что письмо к жене красноармейца Сухова из «Белого солнца пустыни» совершенно откровенно вдохновлялось именно этим произведением. Сценарист явно читал «Конармию» и буквально отсылался к ней. Занятный момент, друзья.
Но совершенно внезапно следующая книга понравилась мне куда больше.

«ОДЕССКИЕ РАССКАЗЫ»

Дааа... Знаете, я даже не ожидал, что с чисто художественной точки зрения это будет так круто. В этом плане произведение на голову превосходит «Конармию». Если там простые путевые заметки, то здесь литературный дар автора разгулялся на полную катушку. Тебя буквально с первых строк оказывает атмосфера. Нет, не так: АТМОСФЕРА. И почему-то сразу приходят на ум стихи другого великого одессита Эдуарда Багрицкого:

«По рыбам, по звездам
Проносит шаланду:
Три грека в Одессу
Везут контрабанду.
На правом борту,
Что над пропастью вырос:
Янаки, Ставраки,
Папа Сатырос.
А ветер как гикнет,
Как мимо просвищет,
Как двинет барашком
Под звонкое днище,
Чтоб гвозди звенели,
Чтоб мачта гудела:
“Доброе дело! Хорошее дело!”
Чтоб звезды обрызгали
Груду наживы:
Коньяк, чулки
И презервативы...
Ай, греческий парус!
Ай, Черное море!
Ай, Черное море!..
Вор на воре!...» ©.

Естественно, «Одесские рассказы не про греков». А таки даже совсем наоборот. И, если не ошибаюсь, ни одного грека я там вообще не увидел (если что, простите мою невнимательность). Но дело ведь не в этом. Дело в той самой атмосфере всеми большими буквами. Атмосфере рой самой загадочной Одессы, которую воспели её дети. И, в первую очередь, Исаак Бабель. Знаете, вот говорят: Одесса-мама, а Ростов-папа. И мне, как ростовчанину, всегда было непонятно, почему Одесса овеяна таким романтическим ореолом, а Ростов — нет. Если разобраться, он ведь не менее крут, а местами даже круче. А теперь понял: просто Одессе повезло с теми, кто её воспел. На её улицах родилось несколько поэтов, спевших про неё песни. А Исаак Бабель — несомненно поэт. Хоть и писал в прозе. С другой стороны, Ростову повезло больше — он жив и бодро смотрит в будущее. А вот той Одессы уже почти нет. Её стирают прямо сейчас. Меняя население, истребляя историю, загоняя в подполье менталитет и культурный код. Удастся ли когда-нибудь её вернуть? Только Господь знает. Но то такое.

Собственно, по содержанию там нет ничего замысловатого: если разобраться, то Исаак Бабель живописует быт местных уголовников и всяческого околокриминала. Тем не менее, то, как он это делает — великолепно. Знаете, я даже почувствовал некое сходство с романом «Крёстный отец» Марио Пьюзо. Внезапно, правда? Опять же, на уровне атмосферы. Неких вибраций. Струн, на которых обе эти книги играют. Хотя, стоит ли удивляться? Там ведь канва похожа: выходцы из экстремально бедной части народа приходят к успеху через криминал. А так ли уж сильно отличаются черноморская Одесса и средиземноморская Сицилия? Да и, если разобраться: главарь еврейской ОПГ Беня Крик — вполне себе начинающий дон Корлеоне. По крайней мере, действует он именно в таком ключе. Что совершенно чётко описано в рассказе «Как это делалось в Одессе». Кто читал — тот сейчас поймёт, о чём я.

Ну, и, конечно, тот самый колорит. Весь этот говор. Все эти фразы. «Беня говорит мало, но Беня говорит смачно». «Ша, Маруся, вы не на работе. Выпивайте и закусывайте и пусть вас не волнует этих глупостей». «Об чём думает Мендель Крик? Он думает об выпить водки, об дать кому-нибудь по морде и об своих кОнях. А больше он ни об чём не думает». И так далее. А ещё персонажи. Беня Крик, Фроим Грач, Двойра, Цудечкис и Арье Лейб (который сидит на стене старого еврейского кладбища и рассказывает свои истории). Каждый — бриллиант. Который автор рассмотрел и достал из грязи.

И вот, что я ещё скажу. Жанр рассказов — это не моё. Никогда не было и вряд ли будет. У меня даже к Чехову душа не лежит. Опять же — просто не мой автор. Но бывают исключения. И вот Исаак Бабель со своими «Одесскими рассказами» — как раз одно из них.

Душевно рекомендую, если вдруг ещё не читали. Хотя, почему «вдруг»? Я сам прочитал их только сейчас. Несмотря на то, что мне эту книгу с детства советовали родители, и даже зачитывали фрагменты. А я сподобился только сейчас. Ну, бывает.

Хорошего вам чтения, друзья.