Свет Просвещения
Не секрет, что ничто так не способствует успеху в делах, как старая добрая взятка. Именно по этой причине июльским вечером, за столиком ресторанчика на набережной Сены, состоялась встреча двух господ. Первый служил в министерстве образования и пришёл пешком, другой же, именующий себя коммерсантом, прибыл на фиакре.
— Поверьте, мсье Арно, — чиновник говорил приглушённым шёпотом, подозрительно оглядываясь и каждый раз замолкая при появлении официанта. — Министру совершенно безразлично, кто будет издавать газету. Мало того, ему наплевать и на содержание. Какие-нибудь статейки о сиротских приютах, переводы с иностранного, опыт коллег из сферы образования. И, разумеется, не забывайте ввернуть комплимент, другой министерству.
— Это замечательно и, наверняка, полезно для общества, — мсье Арно достал из жилетного кармана часы, взглянул на циферблат и поднял руку, подзывая официанта. — Однако, я человек дела, а благотворительностью планирую заняться не ранее, чем лет через двадцать.
— Да, как вы не понимаете? — заволновался чиновник. — Всё оплачивает наше министерство! А доходы от рекламы и продажи тиражей пойдут в ваш карман.
— Ах, вот как, — удивлённо протянул коммерсант. — Занятно, занятно. Однако если я правильно понимаю, с моей стороны потребуется некий взнос.
Собеседник согласно затряс головой и, воровато оглянувшись, написал на салфетке искомую сумму.
— Передадите лично заместителю министра и, voila, приступайте, — он радостно потёр ладони.
***
Спустя несколько месяцев после этой знаменательной встречи, на одном из зданий 14 округа Парижа появилась медная табличка с надписью «“Издательство”. Газета “Свет Просвещения”». Заглянув в окно, вы бы увидели мсье Арно за столом, заваленным бумагами. Перед ним, задумчиво покачиваясь с мыска на пятку, стоял компаньон — светловолосый молодой человек, а вид нашего коммерсанта указывал на то, что не всё так хорошо, как хотелось бы.
— ... и после того, как мы с тобой, Феликс, арендовали контору, оплатили тираж типографии и выдали гонорары болванам-журналистам, — голос мсье Арно звенел от ярости, — эта министерская обезьяна заявляет, что «финансирование газеты признано нецелесообразным».
— Иными словами, mon ami (друг мой), — невесело улыбнулся Феликс, — нас просто облапошили.
— Иными словами, — передразнил мсье Арно, — поимели и ограбили.
На столе появилась бутылка коньяка.
— Вызову его на дуэль, — спустя час, горячо шептал Феликс.
— Не-е-ет, — противился мсье Арно. — Я это затеял, мне и убивать. Застрелю мерзавца!
— Хочу, что бы подлец мучился, — капризничал компаньон.
— Слушай, — наш герой встал и сгрёб со стола счета. — Мы же уже заплатили типографии за будущий тираж...
— Деньги не вернут, — покачал головой Феликс.
— Чёрт с ними с деньгами, — зловеще прошипел мсье Арно. — Выпустим газету, посвящённую лично этому ублюдку. Господину заместителю министра.
***
— Кровосмеситель в министерстве Республики! — размахивали свежими номерами газетчики через два дня. — Самая честная газета Парижа! Покупайте «Свет Просвещения»! Похотливый развратник из правительства!
Изумлённые парижане выхватывали у маленьких торговцев газеты и с ужасом узнавали: заместитель министра образования сожительствует со своей сестрой и продаёт воспитанниц детских приютов в дома терпимости. Откровения личного венеролога чиновника заставляли содрогнуться самых прожженных ловеласов. Рассказы сироток на части разрывали женские сердца.
— Свет Просвещения, Свет Просвещения, Свет! — звучало повсюду.
К полудню газеты были распроданы и издатели распорядились о допечатке тиража.
— Если продержимся ещё месяц, — Феликс раскрыл объятия входящему в кабинет мсье Арно, — то, мы богачи!
— Наш юрист, — компаньон, кивнул на солидного господина, пришедшего с ним, — обещает тянуть дело в суде не менее года.
— Благодаря имеющимся связям, — солидно произнёс юрист, — решение судьи будет достаточно мягким. Естественно, потребуется некий взнос...